Мо Хэ между тем очень осторожно продвигался мимо мертвецов. Он все еще не мог понять, почему они не нападают, но одна идея ему в голову уже пришла: он полагал, что кто-то – или что-то – удерживает их на месте. Уж больно злобно трупы смотрели на него. Он подошел к ступеням, что уходили вверх к каменному павильону, и остановился у подножия. В свете настенных факелов, зажженных Се Юньци, он оценил его размеры.

Павильон – или, вернее сказать, главная усыпальница – стоял прямо посреди пещеры на возвышении, как остров в этом море мертвых. Стены были вытесаны из белого камня, изогнутая крыша выложена зеленой черепицей, колонны, подпирающие вход, украшены резьбой, окон нет. И, несмотря на внушительный вид, Мо Хэ подметил и незаконченных рогатых драконов, обвивающих столбы, и криво обтесанные камни. Гробницу явно достраивали второпях. Возможно ли, что усопший наместник Цзинчжоу поднялся из могилы еще и потому, что были нарушены погребальные ритуалы?

– Держись ближе, – шепнул он ученице, доставая из рукава ворох талисманов. Это были последние, что он успел сделать прошлой ночью. Он передал их Гу Вэньвэнь, замершей позади.

Та безропотно взяла талисманы, с опаской поглядывая на стоящего в цуне от нее огромного цзянши. При жизни тот явно был силачом и даже после смерти возвышался на целую голову над остальными. Он еле заметно скалился, показывая почерневшие зубы, а его мутные глаза неотрывно следили за девушкой. Она невольно сглотнула. Обычно она не боялась цзянши, но здесь, в окружении этой странной замерзшей армии, чувствовала себя очень неуютно. Обездвиживающие талисманы Учителя придали ей уверенности.

– Не волнуйтесь, даочжан, я прикрою сестрицу Вэньвэнь, – сказал Се Юньци, с ухмылкой останавливаясь рядом.

Оба – и Учитель, и ученица – посмотрели на него странно: не этот ли молодой человек только что ныл, что он слишком слаб, чтобы от кого-то отбиться? Однако задумываться над противоречивым поведением Се Юньци у Мо Хэ сейчас не было времени. Он быстро зашагал по ступеням вверх. Остальные поднимались за ним.

Массивные двери из черного дерева оказались приоткрыты, будто гостеприимный хозяин уже ожидал их внутри, но это лишь еще сильнее насторожило Мо Хэ: успел ли Цай Южун вскрыть главную гробницу? Наверное, нет, ведь армия мертвецов по-прежнему стояла на страже. Тогда успел ли демон – наместник запада или кто бы это ни был – проникнуть в усыпальницу и забрать артефакт Владыки демонов?

Сам по себе артефакт не вызывал у Мо Хэ большого интереса, гораздо важнее умиротворить злого духа, но он все равно бы не хотел, чтобы этот предмет достался наместнику запада. Демоны… слишком непредсказуемые, подлые и хитрые, и, пусть даже он не верил, что все они абсолютное зло, наместник запада точно таковым являлся. Наверняка артефакт был невероятной силы, раз демоны пошли на такие ухищрения, чтобы его достать. Иначе зачем все это было?

Он крепче сжал ножны, раскрыл ладонь свободной руки и выпустил светлую вспышку в двери. Те с надрывным скрипом медленно распахнулись. Мо Хэ ожидал чего угодно: высокоранговых цзянши, охранявших покой Лю Бяо, пропавшие сокровища Сянъяна, демонов, караулящих внутри, да даже самого наместника запада – но только не этого.

За дверями из черного дерева посреди пустого зала стоял гроб. Он был именно таким, каким должен быть гроб богатого человека, – из крепкого красного дерева, обитый нефритовыми пластинами и золотыми вставками. Белый духовный огонек, который Мо Хэ послал в павильон, кружился под потолком, освещая и подсвечники на стенах, и колонны, шедшие вдоль гроба и разделяющие пространство на три части.

Но внимание Мо Хэ привлек вовсе не гроб, а огромная, до самого потолка, черная статуя у противоположной стены. Он махнул рукой, зажигая свечи вдоль стен, и вспыхнувший огонь осветил суровое лицо статуи из черного камня.

Се Юньци позади него шумно выдохнул:

– Ого! – затем, спохватившись, что не должен узнать того, кого изображала статуя, он спросил: – Даочжан, а вы знаете этого святого?

Мо Хэ не заметил заминки Се Юньци, потому что он, конечно, узнал. Только это был вовсе не святой – и его культ умер еще триста лет назад.

– Владыка демонов, – мрачно проговорил Мо Хэ. – Видимо, слухи о службе Лю Бяо все-таки правда. – А ведь он в глубине души надеялся, что это не так. Что все это лишь озлобившиеся мертвецы, у которых отняли драгоценности.

– Да у Лю Бяо здесь настоящий храм! – сказал Се Юньци, смело заходя в павильон вперед Мо Хэ. – Интересная задумка – превратить собственную усыпальницу в алтарь демону. – Он присвистнул, осматривая фрески на стенах, которые стали видны в неровном пламени.

Вдоль стен от самого входа шли нарисованные на камне сцены из жизни Лю Бяо: тот явно почитал себя за совершенно мудрого правителя и нисколько не стеснялся это показывать после смерти. Се Юньци наклонился ближе к фреске, рассматривая сцену с большим человечком в пышных одеждах (явно Лю Бяо) на высоком троне и множестве маленьких человечков под ним, которые пали ниц.

– Кажется, он мнил себя императором этих земель, а вовсе не наместником, – хмыкнул Се Юньци, от нечего делать ковырнув ногтем фреску. У человечка на троне отвалился кусочек, изображавший голову. Се Юньци сморщил нос и отвернулся. Его острый взгляд прошелся по залу, выискивая потайные ходы и углубления.

– Учитель, а Владыка демонов и правда был таким?.. – тихонько спросила Гу Вэньвэнь, глядя на статую задрав голову.

Старая страшилка, которой пугали крестьяне своих детей, разбилась о реальность: Владыка демонов оказался совсем не таким пугающим. У него было благородное красивое лицо, брови вразлет, искусно вырезанные скульптором; его глаза смотрели прямо на вошедших в зал, и от неровного пламени свечей казалось, что в их глубине мерцает огонек. Перед статуей стоял небольшой алтарь с пустой тарелкой, но за прошедшие годы фрукты на ней давно обратились в пыль.

– Кажется, здесь никого еще не было, – проговорил Тао У, оглядываясь по сторонам.

– Но почему тогда двери открыты? – поднял брови Се Юньци. – Труп Лю Бяо ушел на чай в соседнюю гробницу и забыл закрыть за собой? – Хотя он и шутил, но в то же время не прекращал мимоходом ощупывать стены, будто интересуясь фресками.

Гу Вэньвэнь тихонько хихикнула, но остальные нахмурились. Мо Хэ, разглядывающий статую, обернулся. Се Юньци тут же убрал руки за спину и с самым благочестивым видом принялся рассматривать потолок. Однако Мо Хэ не обратил на него внимания. Вместо этого он быстро подошел к гробу и провел рукой по дереву.

– Пыли нет, – сообщил он и нахмурился.

– Неужто труп и правда ушел в гости? – хмыкнул Се Юньци. – А здесь поблизости нет других гробниц? Друзей его, например? Жен, наложниц? Вообще, немного жаль Лю Бяо – у него тут компания подобралась: он, каменный Владыка демонов и трупы. Я бы уже со скуки повесился.

– Можешь сделать нам одолжение? – спросил Тао У.

– Какое? – с интересом спросил Се Юньци, делая шаг ближе к Мо Хэ.

– Заткнись, – мрачно отозвался его Второй брат.

– Чем же я тебе мешаю, брат У? – оскорбился Се Юньци. – Нехорошо так со своим спасителем.

– Спасителем? – брови Тао У взлетели вверх, но он тут же пожалел, что поддержал разговор.

– Конечно, я же только что спас нас всех от цзянши вместе с даочжаном.

Мо Хэ, напряженно о чем-то размышляющий, настолько опешил от этой фразы, что вскинул на него глаза. Се Юньци ему многозначительно улыбнулся, будто они и впрямь были заодно. Несколько мгновений Мо Хэ оторопело смотрел на него, пытаясь сообразить, о каком спасении идет речь, а потом…

– Это ты о том, как отрезал нам путь к отступлению? – сиплым голосом спросил Тао У. Голос его прозвучал так тонко, что Се Юньци захихикал про себя – Второй брат явно с трудом сдерживал гнев.