Я попытался проследить несколько линий сразу и быстро запутался. Прежде чем что-либо предлагать, мне требовалось понять, какие соединения ещё работали и куда они вели. Но чем дольше я смотрел на сеть, тем больше замечал в её построении знакомого. Когда работаешь со сложной рунной связкой, отдельные элементы тоже соединяются между собой, передавая друг другу энергию и сведения. Конечно, здесь всё было намного сложнее, и о назначении большей части этих линий я пока мог только гадать.

— Корвин? — позвал Киану.

— Подожди немного. Дай мне ещё раз посмотреть.

Тень по-прежнему стояла возле постамента, ожидая следующего вопроса. Я же пытался удержать в голове то, что она рассказала о Сферах и их связях. Мысль, которая постепенно складывалась у меня в голове, казалась совершенно безумной. Я ещё не знал, хватит ли для её воплощения того, что мы здесь нашли, но впервые за этот разговор мне показалось, что решение всё-таки есть.

— Подготовь сведения об узлах и соединениях между Сферами, — попросил я тень. — Покажи, какие из них ещё работают. Я хочу с этим разобраться.

Несколько линий выделились на изображении. Остальные потускнели, но не исчезли, и я ещё некоторое время разглядывал огромную сеть. Чтобы разобраться в ней, предстояло проделать немало работы, зато теперь у меня появилась хотя бы возможность попробовать.

— Дом для своих уже готов, — сказал я. — Теперь попробую разобраться с остальной Вселенной.

— А ведь я всерьёз рассчитывал спокойно дожить до конца цикла, — протянул Киану, задрав голову к парящей над нами сети Сфер. — Кресло-качалка, плед, какой-нибудь приличный бочонок вина…

— Если мы сейчас ничего не придумаем, старость тебе вообще не грозит, — отозвался я, не отрывая взгляда от схемы. — Так что отставить нытьё, оставайся у постамента и приноси пользу. А вот моим людям пора возвращаться.

Через Живую Сеть я связался с Реном и велел ему прекратить зачистку Падающих Лесов, отвести бойцов и корабли на наши территории. Сину и Наире тоже передал, чтобы возвращались с людьми, а Ашшу попросил закончить приготовления в долине. Тарн, Киану и Савва остались рядом со мной у постамента.

На схеме над постаментом линии связывали Сферы в единый информационный монолит.

Тень вывела сведения о связях между ковчегами. Их соединяли портальные узлы, которые работали как единое целое. Системы согласовывали открытие прохода, и этер попадал из одной Сферы в другую, не оказываясь в окружающей пустоте.

— Похоже на квантовую запутанность, — заметил Киану.

С квантовой физикой у меня было не очень. О запутанности я, конечно, слышал, но попроси меня объяснить, как она работает, пришлось бы звать на помощь Киану, который, судя по всему, действительно шарил. Хотя бы на словах.

Тень подтвердила догадку Киану. Если один из парных узлов разнесёт в щепки, передача через него прекратится. Но системы смогут воспользоваться другими путями, пока те ещё работают.

Но сам по себе этер ещё не объяснял, почему люди способны им пользоваться. Создатели заранее подготовили наши тела, заложив в них структуры, которые принимают этер и откликаются на сигналы нервной системы. Эта особенность передавалась потомкам, а по мере развития человека пути для этера укреплялись и расширялись.

Вот почему практики могли пользоваться этером без Системы. Камень Бурь помогал мне разбираться в рунах, но пропускать через себя потоки я учился сам, потом и кровью. Всё же фундамент для этого Создатели заложили в нас заранее.

Мне всегда твердили, что этер бывает капризным и далеко не всякий годится для усвоения. Его свойства зависели от того, с чем он взаимодействовал раньше. Сам этер переносил энергию и мог воздействовать на вещество и живых существ, а рунная связка задавала способ управления потоком, позволяя использовать его для работы с окружающей средой.

Называть это можно было хоть магией, хоть сантехникой. Когда мне в лицо летел раскалённый огненный шар, меня волновало лишь то, успею ли я пригнуться. А вот узнать побольше о запасах этера сейчас было бы полезно.

Запасы местного узла, которые тень вывела перед нами, оказались немыслимо велики. По-соседски одолжить этер у других ковчегов тоже было возможно, но только с согласия той системы, которая им распоряжалась.

— Давай проверим на практике, — решил я. — Выбери рабочий канал до ближайшей Сферы и запроси десять единиц этера. Только прими их сюда, в изолированный контур. Не хватало ещё случайно залить этим добром жилые сектора.

Одна из нитей на схеме засветилась, а возле соседней точки замигал значок. Я уже начал подумывать, не постучать ли по приёмнику чем-нибудь тяжёлым, но до другого конца этого провода с отвёрткой было не добраться.

Наконец тень сообщила, что соседи готовы поделиться этером. Я подтвердил приём и попросил вывести показатели контура. На схеме прошёл поток, и запас увеличился ровно на десять единиц. Система действительно работала.

— Ну что, с почином? — ухмыльнулся Киану. — Теперь запросим сразу миллион и посмотрим, как быстро они сменят замки?

— Руки чешутся, не скрою, — усмехнулся я. — Но давай сначала прикинем, куда мы эту прорву энергии денем, чтобы нас самих не разорвало от жадности.

Проверив передачу, я вернулся к вопросу о защите сектора. Может, местному узлу просто не хватало этера, а с чужой помощью мы всё-таки сможем удержать щит?

— Посчитай-ка мне вот такой вариант, — велел я тени. — Что будет, если мы выжмем максимум из всех доступных каналов и пустим этот поток на защиту нашего сектора? Только не вздумай ничего запускать, мне нужна лишь модель.

На модели над жилыми областями сомкнулся купол и принял на себя выброс звезды. Киану подался вперёд, но радоваться было рано. Под прикрытой землёй конструкции Сферы раздвинулись, открывая проход для сборщиков, а свойства этера внутри защиты начали меняться.

В расчёте я уменьшил щит до границ наших земель и попробовал отделить их средствами постамента. Купол держался дольше, но сама земля оставалась частью сектора и расходилась вместе с его конструкциями. Даже под защитой люди не пережили бы разрушения.

— А ведь так красиво начиналось, — разочарованно протянул Киану, провожая взглядом осыпающиеся на схеме материки. — Щит на зависть, только пол из-под ног уезжает.

— Если бы наша проблема сводилась к обычному солнечному насморку, мы бы отбились, — мрачно заметил я. — Беда в том, что сама Сфера считает эту мясорубку своей штатной работой и уходить на пенсию не собирается. И точно такая же участь ждёт все остальные сектора, один за другим.

Создатели сумели придумать, как снова и снова возрождать жизнь внутри своих ковчегов. Но сама Вселенная, ради спасения которой они построили Сферы, продолжала умирать. И сколько бы новых циклов ни началось в секторах, однажды всему этому всё равно придёт конец. Что бы мы ни делали, конец всё равно будет.

Я посмотрел на сеть ковчегов, которая всё ещё оставалась на краю изображения. Сферы могли обмениваться этером, а их системы поддерживали друг с другом связь. Причём действовали они по правилам, которые когда-то задали им Создатели. Но ведь эти правила можно изменить, если найти способ добраться до управления всей сетью.

А что, если не ждать, пока старая Вселенная умрёт сама? Что, если попробовать запустить для неё новый цикл, как это происходило с секторами?

Правда, в отличие от секторов, Вселенную никто не восстанавливал. Она была одна, и сломать её оказалось бы куда проще, чем собрать заново. Я даже не знал, возможно ли вообще такое провернуть.

Но за время работы с рунами я усвоил одну полезную вещь: если хочешь изменить то, что уже существует, сначала нужно понять, из чего оно состоит и какие силы можешь использовать. Возможно, именно для этого мне и пригодятся Сферы, соединённые друг с другом.

— Верни общую карту сети, — скомандовал я, принимая решение. — И выдели мне отдельно гроздь ковчегов, у которых сохранилась прямая связь друг с другом.