Лисс показался из коридора и остановился возле ближайшего тела. Он быстро оглядел зал, словно всё ещё ожидал чьего-нибудь нападения, затем переступил через брошенный меч и подошёл ко мне.

— Ты цел, короткоухий?

— Цел, радуйся. Савва, пригляди за тем проходом, — попросил я, указав в сторону выхода, возле которого лежал Старший. — Не хотелось бы получить ещё один такой сюрприз.

Старуха повернулась к проёму и осталась возле него с клинком наготове. Её осторожность я вполне разделял.

Дырокол я убрал обратно в сумку. Когда я поднял руку, боль уже заметно ослабла, а пальцы сжимались свободно и уверенно. Тело понемногу справлялось с последствиями чужого удара. Теперь даже трудно было поверить, что совсем недавно я поддерживал оружие второй рукой.

К собственной силе быстро привыкаешь. Обычная дорога, тяжёлая работа, доспехи и оружие давно перестали утомлять меня так, как утомили бы смертного. Только противники почему-то всё чаще попадались такие, которым было чем ответить. Мечник вкладывал в удары силу развитого тела и подкреплял её этером, а Старший своими техниками едва не проломил мою защиту. Вот и приходилось выкладываться самому, расходуя за несколько мгновений столько энергии, сколько прежде я не смог бы даже удержать в себе.

С оружием получалось примерно то же самое. Я собирал дырокол для того, чтобы пробивать защиту сильных практиков. Отдача при этом тоже вышла соответствующей. Именно нынешняя сила позволяла удержать в руках такую штуку и продолжить стрелять. Раньше я после первого выстрела ещё долго собирал бы себя по частям, если бы вообще пережил знакомство с техникой Старшего.

Несколько раз я согнул и разогнул руку. Боль при движении уже почти не ощущалась, хотя потраченный на щиты и копьё этер от этого, конечно, назад не вернулся. Если здесь обнаружатся ещё такие же любители встречать гостей, расходовать силу придётся гораздо осмотрительнее.

— Зачем они вообще на нас напали? — спросил эльф. — Мы даже не успели ничего сказать.

— Не знаю. Возможно, решили, что мы пришли за тем же, за чем и они. Только выяснить это теперь будет сложновато.

Я посмотрел на мёртвого Старшего. Очень хотелось понять, зачем он забрался в такую глубину со своими людьми и что рассчитывал здесь получить. Оставалось надеяться, что после них сохранилось что-нибудь полезнее разбитого оружия.

Зал наконец можно было рассмотреть целиком. Основная часть боя прошла возле стены, между нашим входом и тем проходом, который сейчас сторожила Савва.

Стены, ещё недавно выглядевшие так, словно их только что построили, теперь покрывали сколы и выбоины. От мест попаданий расходились трещины, а кое-где на камне темнели широкие прожжённые полосы. Во время боя я видел главным образом летящие в меня техники и вспышки собственной защиты. Смотреть, что эти удары делали со стенами, было некогда, зато сейчас результат оказался перед глазами. Одних наших бомб хватило, чтобы насыпать вдоль стены целые кучи каменной крошки.

Раньше я бы на такой стене и царапины не оставил. А теперь стоило нам с противниками взяться друг за друга всерьёз — и древнему залу сразу досталось. С такой силой в руках можно здесь всё расфигачить, даже не задаваясь подобной целью.

По полу всюду валялись обломки камня и трупы. Возле входа лежал брошенный мной светильник, а дальше между телами поблёскивали осколки металла. Зато посреди помещения оставалось свободное место. Там стоял низкий постамент, на который я до этого совершенно не обращал внимания.

Похоже, это и было то основание, которое описывал Линь. Я двинулся к нему, стараясь вспомнить всё, что прочитал об этом месте. Посреди круглой камеры прежние путешественники обнаружили пустую середину постамента и гнёзда креплений вокруг неё. Самого устройства, которое должно было там стоять, в зале не оказалось, так что разобраться с назначением всей конструкции они не смогли.

Теперь середину основания занимало широкое устройство с невысоким корпусом и наклонной верхней частью. Короткие выступы по бокам входили в крепления постамента и удерживали устройство на месте. С нескольких шагов всё это напоминало пульт управления, хотя привычных кнопок или экрана я пока не видел.

Лисс подошёл ближе и остановился рядом со мной.

— Мне кажется, это как раз то, что нам нужно, мастер Корвин.

— Не знаю, остроухий, — ответил я. — В книге вообще описано пустое основание, будто всё, что на нём стояло, давно спёрли. Если мы попали в тот самый зал, эту штуку установили уже после ухода прежних путешественников. Только это ещё не означает, что она даст нам нужные ответы.

— Это то место и та самая штука, мастер Корвин. Я тебе точно говорю.

— Ну вот сейчас мы это и посмотрим.

То, что стояло на постаменте, вполне походило на обычную человеческую поделку, выполненную рунным мастером. Я узнавал отдельные символы, прослеживал знакомые связки и постепенно начинал понимать, как всё это было устроено. Основные соединения сходились к нижней части прибора, туда, где он соприкасался с основанием.

Само основание и было здесь главным. А установленный сверху артефакт позволял мне взаимодействовать с ним с помощью вполне знакомого рунного ремесла. Теперь я в этом убедился. Полного назначения древней конструкции я пока не знал, зато уже понимал, что передо мной находится попытка добраться до управления ею.

Постепенно всё это начинало складываться в общую картину, причём дело было не только в самом приборе. Я оглянулся на лежавших возле стены врагов и вспомнил, сколько неприятностей уже доставили мне Старшие.

Именно эти твари запустили демонский прорыв и вместе с сектой Белого Лотоса натворили дел в степи. Об их связи я знал давно, ещё с тех пор, когда пытался разобраться с записками Линя. Но теперь становилось понятнее, ради чего они продолжали лезть всё глубже.

Лотосы ведь тоже интересовались той книгой задолго до меня. Искали сведения о спуске, о древних сооружениях, о том, до чего добралась прежняя экспедиция. А здесь, рядом со Старшим, оказались человеческие практики и рунный прибор, приспособленный для работы с основанием. Сведения о пустом основании они, похоже, сумели превратить в задачу для рунного мастера.

Вот куда они пробивались. Хотели добраться до этого места и получить возможность что-то сделать с древней конструкцией. Мы с эльфом шли сюда, надеясь найти ответы и способ защитить своих. У Старших, судя по тому, чем уже обернулись их прежние затеи, намерения могли быть совершенно другими.

Я слишком хорошо помнил, как они поддерживали открытые Врата человеческими жертвами. Если ради своего дела они уже однажды устроили такое, то рассчитывать на их благоразумие после получения новых возможностей было бы откровенной глупостью.

Жаль, спросить о конкретных планах теперь было некого.

Я снова повернулся к прибору. Разобраться в чужих связках всё-таки было проще, чем гадать о чужих намерениях. Для начала стоило проследить, как мастер соединил свой артефакт с основанием и на какую его часть пытался воздействовать.

Когда я наклонился, чтобы внимательнее рассмотреть нижние соединения, со стороны прохода раздался голос Саввы.

— Господин, у нас гости.

Я оторвался от артефакта и обернулся к Савве. Старуха стояла у второго прохода, держа оружие наготове, а из-за люка доносились громкие голоса и топот множества ног.

Снова достал дырокол, откинул зарядную часть, вставил в гнёзда два свежих стержня и заменил опустошённые накопители. Закрыв оружие, проверил, поступает ли сила в связки, и только после этого отошёл от основания.

— Лисс, останься у постамента.

Я обошёл постамент, пересёк свободную часть зала и остановился рядом с Саввой у самого края проёма. Старуха шагнула в сторону, уступая мне место. За толстым круглым ободом люка начинался широкий освещённый коридор. Первый из приближавшихся уже перешагивал порог. На нём был тёмный нагрудник, а короткий широкий меч он держал перед грудью, собирая вокруг клинка плотный комок силы.