— Он очень опасен… — чуть вздрогнув, произнёс, наконец, молодой парень, с упрямо налезающей на глава чёрной чёлкой. Встал, подошёл к бару, и налил себе дрожащей рукой целый стакан виски, сделал большой глоток и выдохнул, — Его надо уничтожить! Пока не стало слишком поздно…

— Ты как всегда слишком спешишь, — покачал абсолютно седой головой его собеседник, — Плесни мне тоже виски на два пальца.

— И ты опять в своём стиле. Слишком предсказуем, — дождавшись, когда молодой человек подал ему бокал с виски, — продолжил он, — Видишь потенциальную угрозу, и тут же хочешь её уничтожить. Но при этом ты не хочешь видеть, какие тут открываются возможности! — многозначительно поднял он вверх указательный палец, — Убить мы его всегда можем. Это не так сложно сделать пока. Снайпер на крыше, и дело сделано. Но нужно же думать на перспективу! Единственный в мире владыка времени! И настолько сильный уже в таком юном возрасте! — как-то даже восхищённо заметил он, — Это же бесценный ресурс! Когда он войдёт в полную силу, то с его помощью можно будет делать поистине невероятные вещи!

— Но, отец! Ты же сам говорил, что владыки почти не управляемые! — сделав ещё один глоток, чтобы успокоить нервы, громко возразил молодой.

— Вот именно, что почти! Хватит искать самые простые выходы в любой ситуации! — раздраженно отрезал его отец, — Да, ими трудно управлять и контролировать их, особенно, если делать это напрямую. И Морозов уже очень скоро поймёт это, — ухмыльнулся он, — С каждым годом непримиримость к любому виду контроля и собственный эгоизм будут у владыки всё выше. Для них собственные интересы всегда стоят на первом месте. Сейчас он ещё молод и скован дружбой с молодым Морозовым, но, уверяю тебя, пройдёт лет пять — и князь ещё очень пожалеет, что взял его в клан. Владыка не потерпит никого над собой и либо уйдёт, либо, что наиболее вероятно, попытается взять власть в свои руки. Нам будет только на руку, если клан Морозовых ослабнет в междоусобной войне. А мы пока будем подбирать к новому владыке ключики, искать подходы, дёргать за ниточки. Нам спешить незачем. Чем старше человек становится — тем больше у него появляется струнок, подёргав за которые, можно направить его действия в нужное нам русло так, что он этого даже не заметит. Друзья, любовь, дети, увлечения, слабости, ошибки, мечты — этих ниточек бесчисленное количество и они есть у каждого человека!

— Даже у тебя?

— Даже у меня, — кивнул отец.

— Ну, хорошо. Допустим, ты прав, — с явным сомнением произнёс сын, — Но сейчас-то нам что с ним делать?

— Сейчас? — задумчиво переспросил отец, — Именно сейчас пока ничего делать не надо. Я уверен, он решил, что на него наехала обычная банда. Спокойно дождался появления Меченого, убедился, что тот действует сам по себе, и уничтожил всех причастных, как он думает. Но при этом он пока будет настороже и во всём искать подвох. А вот чуть позже, когда Михаил вернётся из Китая, мы отправим к ним в школу твоего младшего брата, и там он либо их рассорит, либо постарается подружиться с обоими. Я ещё не решил, что лучше. Нам бы пригодилось иметь человека рядом с наследником Морозовых, которого он будет считать своим другом. Твой брат с этим справится.

— Да, этот без мыла кому угодно в душу залезет, — с едва заметным неодобрением заметил сын, — Ну, хорошо. То, что пока ждём, я понял, но я другого не понял. Мы же и так знали, что он — владыка! Зачем было нужно это нелепое похищение? Ещё и группу Меченого потеряли…

— Не потеряли, — не согласно покачал головой отец, грея в руке бокал с виски, — А избавились от назревающей проблемы. Меченый слишком уж о себе возомнил в последнее время и много воли взял. Свои интересы стал ставить выше наших. Крутил мутные схемы за моей спиной. Я так и так собирался его списать, а тут такой подходящий случай появился сделать это с пользой для дела! А насчёт владыки… Мы не знали это точно. Лишь слышали это с чьих-то слов, а слова — это лишь пустой звук. Мало ли какую игру мог вести тот же Князь Морозов? Может, он лишь слухи распустил о владыке с неведомой нам целью? А теперь мы точно знаем, что у него в распоряжении есть владыка и, надо сказать, очень сильный владыка, и теперь мы можем наши планы скорректировать с учётом этого знания!

— Я понял, отец, — тихо произнёс сын, — Может, ты и прав, конечно, но почему-то меня не покидает ощущение того, что если мы сейчас его не уничтожим, то совершим этим огромную ошибку…

— И всё-таки, может нам сам Михаил уже что-нибудь скажет по этому поводу? Всё же это его идея была? — с любопытством уставился на меня сквозь свои квадратные очки ученик десятого класса Серж Эньен, француз, как легко можно было догадаться по имени.

Прошло всего три дня с последних событий, а Даша успела развить весьма бурную деятельность к этому моменту по внесению изменений в школьный устав. Уже набрала целый десяток единомышленников, создав что-то вроде инициативной группы. Естественно, все они были европейцами, так как китайцы весьма резко осудили эту нашу деятельность и раскол между ними и нами ещё больше увеличился. И вот сейчас состоялось в ближайшем к школе кафе первое, так сказать, заседание этой группы. Нас с Хью тоже позвали на него, но он пойти не смог, а вот я решил развлечься. Страсти кипели нешуточные. Каждому было, что сказать. Видимо, накипело. Даше удалось достать электронную версию устава, распечатать его в нескольких экземпляров, и сейчас каждый участник нашего сборища размахивал своей довольно таки не маленькой копией и предлагал целый список изменений к нему.

На этой встрече сразу стало ясно, что, помимо борьбы за новый устав, Дашу ожидает ещё схватка за лидерство в ею же самрй созданной группе. Как минимум двое новых членов явно пытались перетянуть статус лидера на себя, и вот сейчас как раз один из них ждал моего выступления. Я не стал его разочаровывать отказом.

— Детский сад! — чуть откашлявшись, резко начал я. Все сразу заткнулись, и недоумевающе уставились на меня.

— Поясните, пожалуйста, вашу мысль, — нервно поправил очки Серж.

— А что тут пояснять? — усмехнулся я, — Детский сад я сейчас вижу перед собой, а не почти уже взрослых людей, представляющих дворянство, — Что вы вообще тут устроили? Зачем вот эти выкрики в попытке перекричать друг друга? Что толку от ваших размахиваний этим уставом, если каждый слышит только себя? Встреча организована из рук вон плохо! Где регламент собрания, в котором были бы прописаны его цели и порядок выступления каждого из вас? Где назначенный секретарь, который фиксировал бы все предложения и подготовил итоговый протокол, в который были бы внесены принятые решения? Вы не понимаете, что вот этой своей встречей вы ничего не достигнете? Время только потратите, и так и уйдёте в итоге ни с чем…

— Что ты предлагаешь? — недовольно спросила Даша. И причину этого недовольства я прекрасно понял. Это же я камень в её огород бросил, как организатора этой встречи.

— Очевидно же! — развёл руками я, — Выберите председательствующего на ваших встречах, назначьте секретаря вашей организации, который бы фиксировал всё на бумаге, определите регламент — кто за кем выступает, сколько времени даётся на выступлении. Да что я вам рассказываю! В ваших же странах в каждой есть какой-нибудь законодательный орган. Парламент там, или дума, это уже не столь важно. Вот и берите с них пример.

— Но это же будет долго! — возмущённо вскинулась Даша, — А нам сейчас надо!

— Зачем? — спокойно спросил я, благодарно кивнув официантке, поставившей передо мной запечённую с молодым картофелем свинину.

— Как это, зачем? Надо быстрее вносить изменения в устав! Отменять этот чёртов рейтинг! — гневно сверлила она меня прекрасными глазами, что, впрочем, не мешало мне получать удовольствие от еды. Остальные участники увидев с каким аппетитом я ем, потянулись за меню и тоже начали делать заказы.

— Вам вовсе не надо никуда спешить. Глупо менять правила игры, когда до её окончания осталась буквально неделя, — вытерев губы салфеткой, стал объяснять я, — На этот новогодний бал вы в любом случае пойдёте в соответствии с существующим рейтингом. Так что если вы ещё хотите на него попасть, то вам нужно сосредоточиться на учёбе. А уже после него, со стартом нового набора очков уже можно и попробовать реализовать задуманное. Спокойно, никуда не торопясь, просчитывая каждый свой шаг. Уверен, что администрация школы попытается вам помешать, вы должны быть к этому готовы.