— Мне нужно, чтобы ты отобрал из этих тысячи человек сотню тех, на кого можно положиться и кому усиление нужно будет в первую очередь. Я хочу, чтобы ты сразу понимал, эти люди, скорее всего, уже не вернутся в Яму, потому что после прохода этого круга жить здесь они будут не способны, и я отправлю их гарнизоном в один из городов на поверхности.

— Мастер, — неожиданно возразил мне Рен достаточно осторожно, но твердо. — Я понимаю твою идею, но позволь мне высказать свою точку зрения.

— Говори.

— Я понимаю твою идею прокачать сотню человек за две недели. Это много. Но зачем нам эта сотня, если мы можем сделать десять, но по-настоящему сильных, а может быть, даже больше? Потому что та же сотня средняков, ну пусть они будут чуть крепче, чем сейчас, разница для нас не так уж и критична.

— С одной стороны, я, может быть, с тобой согласился, но мне нужны люди на поверхности. А как ты заметил, Корневики и Глубинщики не особо стремятся выходить на поверхность. А так, с чистыми каналами им просто некуда будет деваться. Яма для них будет так же смертельно опасна без медальонов, как и другим жителям из внешнего мира. Надеяться только на Осколков Наиры нет никакого смысла, их слишком мало.

Рен вытащил из-под рубахи медальон, который теперь висел у него на груди. Сейчас ему тоже было очень тяжело находиться в Яме среди своей родни по той простой причине, что его идеальные каналы практически сразу начинали уничтожать тело практика. И без моих медальонов появляться на поверхности он больше не мог, несмотря на то, что был достаточно сильным практиком и мог выжить без всего этого. Но только потом он превратился бы в такого же Осколка, как и те, кто попал сюда из внешнего мира.

— Сильных бойцов мы пока оставим как есть, — продолжил я, — чтобы они могли спокойно работать и охотиться в Яме, тем более что Дуб очень серьезно взялся за создание и приручение местных диких зверей. Если он сможет добрать хотя бы сотню бойцов в свою стаю, это будет большая сила.

— Но это если Белый Дух никого не съест, — улыбнулся Рен. — Очень ему не нравится, когда рядом ходит столько мяса, а кушать его нельзя.

— Ничего, — отмахнулся я. — Белый дух потерпит, он и так толстый, как не знаю кто, аж лоснится. Слушай, скажи мне, если честно, ты хочешь выходить наружу, в большой мир?

— Я не знаю, мастер. — Парень немного потупил глаза, и мне даже кажется, чуть-чуть покраснел. — Я всю жизнь мечтал это сделать, хотел увидеть небо. Помнишь, как я говорил об этом еще там, в Верхней Развилке? И вот когда мы вышли через портал, и я увидел все это огромное, думал, что буду счастлив. А в итоге стоял и не смог сделать шаг от скалы. Мне казалось, что если я отойду, то упаду, и небо меня засосет. Там страшно, мастер, и я пока не представляю, как там жить.

— Это дело поправимое, и придётся привыкать, — сказал я спокойно. — Послушай меня, Рен. Я точно не знаю, что ждёт нас дальше, но в любом случае в Яме жизни больше не будет, ты скоро поймёшь это не только по собственному ощущению, но и по всему тому, что будет происходить вокруг нас дальше. Когда мы победили стража и прошли через портал, назад пути у нас не осталось. Только идти вперед. И нам нужно вырасти достаточно сильно, чтобы дать сдачи тому врагу, который, возможно, здесь появится. Поэтому ты нужен мне на поверхности.

— Я постараюсь, мастер, перебороть себя и свой страх, — сказал парень, поднимаясь. — И наши люди постараются это сделать. Возможно, стоит каждый день выводить их хоть ненадолго наверх, чтобы они имели возможность дышать воздухом и привыкать к окружающему миру.

— Возможно, даже если это будет стоить бешеного количества энергии и мы потратим кучу бочонков-накопителей, ничего страшного в этом нет, — согласился я. — Пожалуй, организуй десятки, которые будут постоянно подниматься наверх, возможно, с ночевками, и приспосабливаться к большому миру. Ты делаешь правильное дело, парень, я в тебя верю.

Договорить я не успел, потому что в моей голове неожиданно вспыхнул яркий и мощный сигнал. Сердце рун буквально сразу же раскрылось передо мной, и я увидел рабочий резервный канал питания в направлении северо-восточного сектора с подтвержденным статусом активности. Каменный Служка сделал своё дело и нашел мне мёртвого Стража, которого успешно разбудил, энергия пошла.

— Мастер? — заметив, что я замер на полуслове, Рен, видимо, что-то почувствовал через клеймо, потому что остановился в дверном проеме и обернулся.

— Собери мне сотню бойцов, — сказал я, внимательно продолжая изучать поступающие данные. — Срочно спускаемся на шестой ярус, кажется, у нас тут кое-что случилось.

Тот вылетел пулей, а я же сидел с закрытыми глазами, изучая ту схему, которую сердце рун любезно расстелило предо мной во всех подробностях. Что ж, можно было сказать с уверенностью, что Каменный Служка, маленький почтовый голем, действительно добрался до соседнего сектора и разбудил мертвого стража с помощью моей рунной пластины. Одно только это оправдывало все мои затраты на него в тысячи раз.

Подключиться к механическому сознанию Стража было достаточно просто. Он был вписан в общую структуру города, которая подчинялась мне, и поэтому для меня все было очень просто. На интерфейсе возникла новая точка, с которой можно было работать. Резервный канал работал практически на пределе, но отдать стражу новый приказ о том, чтобы тот открыл нижние шахтные галереи шестого яруса, я всё-таки смог.

Как он будет справляться со своей задачей и откроет проход, мне известно не было, но я был уверен, что он это сделает. Я закрыл интерфейс и подумал о том, что, наверное, сотня бойцов, это слишком много для разведки. Но все же мне хотелось не просто посмотреть то, что находится в новом секторе, а сразу в нём закрепиться, попутно надеясь на то, что там многое из чего окажется целым. Слишком долго я ждал этого момента, чтобы терять время на повторные вылазки или дожидаться очередной группы бойцов.

Стоило мне только спуститься на четвертый ярус, а там меня уже ждали выстроившиеся в несколько линий люди, собранные Реном. Все-таки дисциплина была отлично налажена, поэтому собрать сотню бойцов было недолго.

— Шестой ярус, шахтные галереи, — сказал я без предисловий. — Соседний сектор пробудился и будет открывать нам проход, а мы пойдем проверять, что там цело, а что нет, так что готовьтесь к разному.

— Соседний сектор? — переспросил Рен, и в его голосе проскользнуло удивление. — Но, туда невозможно попасть.

— Было невозможно, — сказал я, — а теперь возможно. Я тут мастер или кто?

Рен было открыл рот, чтобы задать еще один вопрос, но я жестом остановил. Пока времени на объяснения особо не было. Все, что я знал, я и сам рассказал, потому что еще не до конца понимал, что именно ждет нас за той стеной, которую сейчас пытается открыть страж сектора. Лучше уже увидеть все это своими глазами, чем строить теории в пустом коридоре.

— Построиться колонной по два, — скомандовал Рен, мгновенно переключаясь в режим командира. — Светильники приготовить и оружие тоже, но без фанатизма. Мы не знаем, что нас ждет, а пугать раньше времени ни себя, ни других не стоит.

Бойцы зашевелились, перестраиваясь, а я с удовольствием смотрел на то, как они работают как единый слаженный механизм. Большинство из них были Корневиками, и лишь несколько Глубинщиков попали в общий сборный отряд. Несмотря на то, что я предпочитал не делить местные артели и роды, они сами собой старались придерживаться древних принципов, и пока излечить это было очень сложно.

А потом мы уже спустились на шестой ярус практически в полной тишине. И сделали это как раз вовремя. Страж смог запустить механизмы, блокирующие вековые плиты, и сейчас я буквально чувствовал, как они сдвигаются в сторону, открывая проход в новый сектор.

Правда, чтобы найти этот проход, нам пришлось достаточно долго ходить по ярусу, пытаясь определить место открытия. Шестой ярус представлял собой настоящий лабиринт, который состоял из бесконечных штолен, завалов и ответвлений, уходящих куда-то вглубь. И нельзя было сказать, что он был достаточно хорошо мной и разведчиками исследован. Мы дошли только до аварийного туннеля и немного осмотрели окружающее нас пространство. На этом, собственно, все изучение и было завершено.