– Слышь, дитё. Для жиробасины ты что-то слишком дерзкий, как я погляжу. Пожалуй, пора заканчивать эти пустые разговоры. Антонио, на тебе два этих дрища, Василио, займись жиробасиной и Психом. Я подключусь, если в этом возникнет необходимость. Справитесь?

– Обижаешь, брат, – здоровяк сделал шаг вперёд, разминая кулаки, следом за ним шагнул пухлый. – С этими малолетками я бы и в одиночку справился.

– И давайте по-быстрому, пока дождь не начался. Не хочу мокнуть в этой дыре, – аристократ раздраженно глянул на затянутое тучами небо. – И напоминаю, чтобы не вздумали использовать способности!

Я внимательно присмотрелся к тому, как двигается противник. Плохо дело. Судя по всему, они оба имели дело с боевыми искусствами. Шаг мягкий, стелющийся. Явно привыкли действовать в том числе и ногами. Одно радует, они явно нас недооценивают.

– Следите за их ногами и держите дистанцию! – шепнул я друзьям.

Они кивнули, подтверждая, что услышали меня. Сейчас будет многое зависеть от того, что собой представляет боевое искусство, которое изучает соперник. Если что-то вроде нашего карате, то шансы есть, так как оно не очень приспособлено для уличных боёв. Как только начинается уличная схватка в стиле «все на всех», то, если ты не дурак, то скукоживаешься и бьёшь, бьёшь, несмотря на боль от ударов противника. А каратист в этой ситуации бить не сможет! Ведь ему, чтобы ударить, нужна прямая спина и отточенная техника. Не приспособлены они к драке в толпе.

А вот если это что-то вроде муай-тай, то дело плохо… Тут тебе помимо ударов кулаком и удары локтями, голенью, ступнёй, коленом. Бойцы муай-тай в совершенстве владеют лоу-киком – мощным и быстрым оружием против любого боксера. Бокс не предусматривает защиту от указанного приема, поэтому в девяноста процентов случаев представители данного вида боевых искусств проиграют. Единственное преимущество боксёров в подобной ситуации – более сильный удар. Но, боюсь, это не наш вариант… Слишком мало времени ещё занимаются мои друзья. Да и я не в форме…

Противник сблизился, и мне пришлось выбросить лишние мысли из головы. Ну что ж. Это мы ещё поглядим, кто кого! Загнанная в угол крыса смертельно опасна для любого, кто её туда загнал! Мы тоже можем больно укусить!

К моему огромному удивлению, первым бой начал пухлый. Он вдруг резко ускорился, перейдя на бег, и с разбегу прыгнул на Глисту, нанеся в прыжке удар двумя ногами в живот и грудь. Вместо того, чтобы просто отпрыгнуть в сторону, Глист замешкался и попытался поставить блок, пропустил удар и улетел назад. Пухлый тут же переключился на Шкета и попытался с ходу зарядить ему вертушкой. Ошибки Глисты тот не допустил и, уклонившись от удара, попытался сразу контратаковать джебом. К сожалению, не достал. А дальше…

А дальше мне стало не до наблюдения за их боем, потому что за нас с Психом взялся здоровяк. Он прыгать не стал, а с ходу попытался зарядить Психу, видимо, посчитав его самым опасным из нас двоих, прямой удар с правой в голову. Быстро. Очень быстро. Даже слишком быстро, я бы сказал, для человека его комплекции. Псих еле успел отшатнуться от пролетающего мимо кулака и тут же чуть не пропустил следующий удар с левой снизу в челюсть, буквально отпрыгнув назад и чуть не упав при этом. Здоровяк быстро сделал шаг вперёд, намереваясь нанести добивающий удар, но тут уже и я медлить не стал. Воспользовавшись тем, что он пока отвлёкся на Психа, я попытался зайти за спину здоровяку, но у него как будто были глаза на затылки, он тут же повернулся ко мне боком таким образом, чтобы не выпускать из виду ещё и Психа.

– Иди сюда, птенчик. Потанцуем! – прорычал он мне.

– О, белый танец? Дамы приглашают кавалеров? Простите, но вынужден вам отказать. Я не танцую, – нёс я какую-то дичь. Но как ни странно, это всё же, видимо, как-то задело его тонкую душевную организацию, и он с рыком прыгнул ко мне, обрушив на меня целый град мощных и быстрых ударов: голова, печень, голова, голова, живот… Я еле успевал ставить блоки, даже не пытаясь уклоняться или контратаковать. Не с моей комплекцией и скоростью. Так и продолжалось. Он атаковал, я отбивался, он зверел и уже, похоже, не замечал ничего вокруг, сосредоточившись полностью на мне. Не знаю, сколько бы я ещё продержался. Пару ударов я вскользь всё же пропустил. Руки, отбившие мощнейшие удары, горели огнём и уже еле поднимались. Но тут Психу удалось подобраться к нему за спину и, недолго думая, захватить его сзади в замок, не давая двигать рукам. Тот взревел и попытался вырваться из захвата.

– Быстрее! – заорал Псих. – Долго я его так не продержу!

Я, не мешкая, сблизился со здоровяком и нанёс свою серию ударов, стараясь при этом максимально использовать всю массу своего тела – джеб, джеб, апперкот… Чёрт, как будто в дерево бью… Жёсткий, тварь, и лишь вздрагивает от ударов. Моральные аспекты о том, что я бью того, кто в данный момент фактически не может дать мне сдачи, не трогали меня абсолютно. В конце концов, это он на нас напал, а не мы на него. Тут он предпринял ещё одну попытку вырваться, рванув ко мне. Псих его не удержал, он вырвался, и я встретил его мощнейшим ударом с правой снизу в челюсть. Тот как будто на стену налетел. Замер и рухнул на землю.

В своё время меня ещё мой первый тренер учил, что в поединке главное не масса и даже не сила твоего удара. Исход поединка решает точный и технически правильно выполненный удар. Один выверенный и быстрый удар, нанесенный в нужную точку на теле соперника, будет в десятки раз опаснее, чем десять сильных ударов, нанесенных куда попало. Одним из самых уязвимых у соперника мест является подбородок. Нижняя челюсть – это главная цель для ударов боксёра. Подавляющее большинство нокаутов происходит от удара туда. Точное и сильное попадание в неё со стопроцентной вероятностью отправит вашего соперника в нокаут, так как в области челюсти расположено много нервных окончаний, что сейчас и произошло. И тут же я получил мощнейший удар в спину, заставивший сделать меня несколько шагов вперёд. Я еле успел развернуться и заблокировать удар ногой в голову, нанесённый чёртовым ублюдочным аристократом.

– Неплохо… – он оценивающе смотрел на меня. – А если так? – И разразился целой серией быстрых ударов ногами то в корпус, то в голову. Нет. Это точно не муай-тай… Низовых ударов не было совсем. Я лишь отбивался, пятясь назад под его натиском. Наконец, он немного выдохся, скорость ударов у него снизилась, и при очередном ударе ногой в корпус я его не отбил, а захватил ногу в захват правой рукой, а левой стал бить куда достаю. Пропустив пару ударов, аристократишко оттолкнулся свободной ногой от земли и буквально взвился в воздух, нанеся в полёте удар в голову свободной ногой и вырываясь из захвата. Вот же уродский ниндзя.

От удара я отшатнулся назад и, воспользовавшись небольшой паузой, успел оглядеться. Глист лежал на земле явно без сознания. У Шкета одна рука висела как плеть, похоже сломанная, но он всё равно пытался зайти за спину пухлому, с которым сейчас схватился Псих. Пухлый явно выдохся и лишь вяло отбивался от его атак. Больше никто в драку не полез, оставаясь в стороне в качестве зрителей. Ну и отлично. Там и стойте. Пока всё вроде неплохо складывается.

– Не хотел я о тебя руки пачкать, но видимо придётся, – ухмыльнулся аристократ и демонстративно натянул на руки чёрные кожаные перчатки. – Пора заканчивать этот цирк. Хотя надо признать, что держался ты неплохо. Для простолюдина – так даже отлично. Дам небольшой совет. Не сопротивляйся, прими кару как должное, и тогда я тебя не сильно покалечу.

– В жопу иди, – коротко ответил я, не собираясь устраивать тут словесную перепалку и концентрируясь на его движениях. Поглядим. Судя по тому, как часто вздымается его грудь, и ему пришлось не просто. Сомневаюсь, что он сможет и дальше действовать в том же высоком темпе. И я так подозреваю, что вся эта его пафосная речь и предназначалось в основном для того, чтобы прийти немного в себя и отдышаться.