На карте я попытался провести линию между несколькими Сферами, но интерфейс вместо этого выдал сведения о соединении. Пришлось попросить тень открыть возможность рисовать, пока не затрагивая настоящую сеть.
Силой воли я провёл остальные линии и вывел пробную руну Объединения. Мне хотелось понять, можно ли использовать соединения между Сферами как рунную связку, не вмешиваясь пока в работу самих ковчегов. На рисунке всё выглядело неплохо, но теперь предстояло выяснить, как он соотносится с действительным положением Сфер.
Тень совместила рисунок с положением Сфер, и мою аккуратную связку тут же перекосило. Одни ковчеги оказались далеко от нужных мест, другие скучились там, где линии должны были расходиться. Я несколько раз менял масштаб, но толку это не принесло. Сдвинуть узел на схеме было легко, а в действительности он обозначал целую Сферу со своим светилом.
О том, чтобы двигать Сферы, я даже думать не хотел. Пока передо мной оставался искривлённый рисунок, я снова присмотрелся к линиям, по которым уже успел получить этер от другого ковчега.
В устройстве Вселенной я разбирался так себе, зато рунные связки собирал не первый год. Правда, прежде ни одна из них не занимала столько места.
В обычной руне мне приходилось располагать элементы на нужном расстоянии друг от друга и следить, куда уходят соединения. Но портальная связь соединяла два места, даже если между ними лежала пустота. Если я правильно понял, для потока этера и управляющего сигнала путь определялся тем, какие узлы я связал, а не расстоянием между ковчегами.
Мы с тенью разобрали, что получится, если оставить Сферы на местах и провести соединения через порталы в нужном для руны порядке. Узлы могли передавать сигналы и энергию, но согласованное воздействие устройств требовалось рассчитать с учётом их положения и возможностей. Сами устройства тоже умели влиять на пространство. Их системы управления положением направленно изменяли движение Сфер с учётом состояния звёзд и конструкций.
Мне вспомнилась руна Тяг, которой мы притягивали меньшие объекты к большим. Устройства Создателей работали сложнее, но тоже могли направлять своё воздействие. Если заставить их действовать вместе, Сферы станут элементами общей связки.
Вот только ковчегов было множество, а в каждом горело своё светило со своим норовом. Прежде чем они смогут вместе давить на пространство, придётся заставить этот разнобой играть по одним нотам. По сведениям тени, звезда обеспечивала энергией системы своей Сферы, а гелиошлем использовал её устойчивые внутренние процессы как опору для управляющего сигнала. Узлы могут согласовать сигналы через портальную сеть и подстроить их фазу, чтобы действовать в едином ритме.
Я запустил пробный расчёт для нескольких систем, направив их воздействие к общей точке. На карте пространство между ковчегами начало сжиматься. Связка из нескольких узлов не удержит всю Вселенную, но принцип работал.
Теперь мне предстояло попытаться построить схему для всей сети и направить общее воздействие Сфер внутрь. Вот только сведения о части ковчегов отсутствовали или устарели, поэтому их возможности ещё требовалось проверить.
Некоторые узлы не отвечали на прямые запросы. Я попробовал связаться с одним из них через соседний ковчег и получил ответ. Значит, часть повреждённых соединений можно было обойти, хотя надеяться на удачу с каждым узлом не стоило.
На проверку сети и построение первых участков руны ушло несколько дней. Мы с Киану возвращались к расчётам после отдыха, а когда тени требовалось дождаться ответов от далёких узлов, я разбирал уже полученные сведения. Через Живую Сеть приходили известия от Рена и остальных. Люди и корабли постепенно возвращались на наши территории, но собрать всех в одном месте за день они не могли.
Пока тень проверяла сеть, я выстраивал руну в интерфейсе Сердца Сумерек. Но стоило добавить очередную группу Сфер, как поток перетекал к самым мощным узлам, а слабые почти переставали участвовать в работе. По отдельности они слушались, а вместе начинали мешать друг другу. Хороша руна Объединения, нечего сказать.
Я убрал соединение между питающими контурами двух групп, оставив каждой собственный запас этера, и свёл в общую связку управление их воздействием.
— Посчитай теперь. Пусть каждая Сфера работает в пределах своих возможностей, но направление задаёт вся руна.
На пробном участке потоки выровнялись. Сильный узел больше не тянул всё на себя, а слабый вносил свою часть в общее воздействие. Вот теперь можно было добавлять остальные. Я переносил найденное решение на соседние группы, а тень проверяла, выдержат ли их устройства рассчитанную нагрузку.
— Эй, великий мастер, тормози, — вмешался Киану. — У тебя вон тот узел тянет наружу. Остальные давят в центр, а этот решил выпендриться.
На переходе между группами я действительно оставил прежнее направление. Исправив соединение, я проверил соседние участки. Всё-таки не зря оставил Киану с собой, а не отправил пить чай.
К тому времени, когда схема наконец сложилась, прошло уже несколько недель. Мы с Киану успели проверить её участки и переделать те, что не выдерживали нагрузки, а тень связалась с доступными системами ковчегов. Схема по-прежнему оставалась расчётом, и настоящую работу сети мы ещё не запускали.
Центр воздействия я задал здесь, у постамента, и велел тени показать, что получится, если Сферы заработают одновременно, оставаясь на своих местах. На модели по портальным связям прошли управляющие сигналы. Воздействия ковчегов сложились, и пространство стало стягиваться к общей области, увлекая и вещество, находившееся за пределами Сфер.
По расчёту тени согласованная работа узлов должна была сформировать стоячую гравитационную волну. Её воздействие остановило бы расширение и начало сжатие. При рассчитанной мощности оно охватило бы всю Вселенную, включая Сферы, не подключённые к сети. Результат зависел от числа работающих узлов и доступной им энергии.
На согласование узлов и сжатие после моей команды, по оценке тени, уйдёт несколько часов. Срок зависел от состояния сети, но теперь я хотя бы понимал, сколько времени у нас может остаться.
Сжать всё, что осталось от старой Вселенной, мы, похоже, сумеем. Но что произойдёт дальше и сумеют ли мои люди пережить это сжатие, ещё предстояло выяснить. Расчёты Создателей по последней фазе должны были помочь, поэтому я попросил тень вывести их на схему.
Результат меня не обрадовал. При сжатии плотность достигала какого-то планковского предела, после которого расчёт просто обрывался. Я-то надеялся увидеть, что произойдёт дальше, но тень объяснила, что определить состояние пространства за этим пределом по имеющимся сведениям невозможно. Создатели рассматривали несколько моделей и допускали возможность перехода в другое пространство, однако испытаний такого масштаба не проводили. Ни рассказать про условия за переходом, ни даже пообещать его появление она не могла.
Я ещё раз вернулся к схеме и внёс несколько изменений в связки. Тень проверила мои дополнения и подтвердила, что они не помешают работе остальных узлов. После этого оставалось закончить расчёты и убедиться, что вся конструкция выдержит нагрузку.
Через несколько часов после запуска от старой Вселенной ничего не останется. Что произойдёт дальше и сбудутся ли мои надежды, я не знал. У нас оставался шанс, хотя насколько он велик, я бы не взялся сказать. Просто ждать вместе с остальными я не собирался.
Когда-то я уже пытался решить свою проблему взрывом. Мы с Ивгаром прятались в расщелине от дикарей, и я бросил им под ноги накачанный этером камень очищения. Нас тогда самих едва не приложило насмерть, зато преследователи больше за нами не гнались.
Как говорил один знаменитый герой, искусство — это взрыв. В тот день я вполне мог с ним согласиться. Масштаб, конечно, с тех дней немного изменился, но ведь и я стал другим.
На окончательные проверки ушло ещё несколько дней. Мы с Киану возвращались к схеме, когда тень получала новые сведения о ковчегах, и проверяли, выдержат ли связки ту нагрузку, которую мы собирались на них повесить. Только после всех проверок расчёты отправились по межсферной сети, а на изображении стали загораться отметки узлов, принявших задачу. Команду на запуск я пока не давал.
