Его глаза на мгновение вспыхнули бледно-голубым светом. Не так ярко, как у Алекса, но достаточно, чтобы понять, что сейчас он использует что-то серьезное. Не базовую технику из учебника, а то, чему учат только офицеров.

Стейни сделал шаг вперед, развернулся и ударил ногой в дверь.

Не просто ударил. Он вложил в этот удар столько силы, что створка вылетела с петель, пролетела внутрь метра на три и рухнула с грохотом, от которого в ушах зазвенело. Металлические оковы разлетелись осколками, дерево треснуло пополам.

— Четверо мне свидетели! — прошептал Алекс, уставившись на лейтенанта. — Лейтенант!

Стейни обернулся, и на его лице мелькнула усмешка. Мрачная, усталая, но всё же усмешка.

— Заходим, — бросил он, первым шагая в проем. — И будьте готовы ко всему.

Мы последовали за ним, и то, что открылось нам внутри, заставило меня застыть на пороге.

Это был настоящий дворец в миниатюре. Мраморный пол, отполированный до блеска. Бархатные портьеры вдоль стен, хотя за ними не было никаких окон. Рунные светильники под потолком излучали мягкий, теплый свет, от которого глаза заслезились после долгих часов в темноте. Посреди зала стоял массивный стол из черного дерева, заваленный свитками, картами и какими-то артефактами.

И трупы. Три трупа в богатых одеждах.

— Красиво жили, — сплюнул Леви, переступая через оторванную руку в расшитом золотом рукаве.

Я подошел ближе, стараясь не наступить в лужу крови и рассматривая трупы. Это были не люди.

Высокие, худощавые человекоподобные, они имели схожее строение, но отличались в деталях, вытянутые черепа, узкие подбородки, словно после проведения пластической операции, белая кожа, словно ее специально отбеливали, и при этом ярко синие, подпиленные зубы у одного из трупов. Почему синие понятно — цвет этера. Но всё остальное выглядело как-то слишком мерзко. Даже те немногочисленные нелюди, которых мне довелось мельком видеть в Стенном Цветке, были органичнее и приятнее на вид, чем эти странные, наполовину искусственные мутанты.

— Старшие, — тихо сказал Стейни, разглядывая ближайшее тело. — Или те, кто себя так называл.

— Кто их убил? — Алекс обошел стол, заглядывая за портьеры. — Проклятые?

Гаррет присел у одного из трупов, изучая раны.

— Нет. Это сделало что-то другое. Посмотрите на следы когтей, они слишком глубокие, слишком ровные. Проклятые рвут хаотично, предпочитая кусать, а здесь удары точные. Целенаправленные. Словно кто-то намеренно их казнил.

Я подошел к столу, убрав в сторону свиток, залитый кровью. Под ним лежала карта. Огромная, детальная карта всего этого проклятого подземелья. Туннели, залы, отметки с рунами. И в центре схема Врат.

— Лейтенант, — позвал я, не отрывая взгляд от карты. — Вам нужно это увидеть. Стейни подошел, склонился над столом. Его лицо стало еще более каменным.

— Алекс, Корвин, — лейтенант не поднимал головы от карты. — Поставьте дверь обратно. Хоть как-то. Нам нужно время.

Мы молча кивнули и вышли в коридор. Дверь сломала внутренний засов практически пополам, и просто вылетела из петель, которые на удивление даже не сломались, только слегка погнулись. Поэтому дверь на место мы воткнули, а нормально закрыть не получилось, понадобилась помощь сержанта, и с матом, кое-как, подперли ее половиной сломанного засова. Рука пролезть могла, а вот проклятый уже нет. Хлипкая конструкция, для любого уровня силы того-же лейтенанта, но мне понадобится пара ударов, чтобы ее поломать. Так что решили сойдет.

— Стейни постучал пальцем по карте. — Объясни, что мы видим.

Я склонился ближе, водя пальцем по линиям. Карта была старой, пергамент пожелтел и потрескался по краям, но руны светились, словно их нанесли вчера. Магическая защита от времени, не иначе.

— Это полная схема подземелья, — начал я, прослеживая основные артерии туннелей. — Видите эти толстые линии? Главные коридоры. Они идут от Врат во все стороны, как корни дерева. Тонкие линии — второстепенные проходы. Их сотни, если не тысячи.

— А эти символы? — Алекс указал на россыпь мелких рун вдоль одного из туннелей.

— Отметки, — ответил уже Леви, пытаясь разобрать значение. — Это хранилища. Вот здесь мы были, — он ткнул в участок, где было особенно много символов. — Склеп с пустыми нишами. А вот это, — палец переместился выше, — зал с кристаллом, который мы видели наверху.

— Значит, у них была карта всего этого места, — пробормотал Стейни. — Они знали, куда идут.

— Не просто знали, — Гаррет развернул еще один свиток, лежавший под картой, и вчитался в него. — Они планировали это. Смотрите, здесь расписаны этапы. Открытие печати, перенаправление потоков этера, активация Врат…

— Дата? — резко спросил лейтенант.

Разведчик пробежал глазами по строкам, нашел нужное.

— Два месяца назад начали. Финальный этап — три недели назад. Как раз когда всё началась, когда мы увидели движение орды.

— Садитесь, — Стейни указал на край стола, сам опускаясь на единственный уцелевший стул. — Нам нужно думать.

Я обошел стол, продолжая изучать бумаги. Большинство свитков были исписаны незнакомым языком, но кое-где попадались вставки на общем. Обрывки фраз, пометки на полях: печать ослабла после землетрясения, нужно больше жертв для стабилизации, кристалл верхнего уровня даст достаточно энергии.

— Жертв, — прошептал я, останавливаясь на одной из записей. — Они писали про жертвы.

Все повернулись ко мне.

— Что именно? — Леви подошел, заглядывая через плечо.

— Здесь сказано, что для поддержания Врат в открытом состоянии нужна постоянная подпитка, — я провел пальцем по строке. — Живая энергия. Кровь. Души. Они приносили людей в жертву. Регулярно.

— Вот откуда столько проклятых. — подвел итог Леви. — Это не культисты какие. Это Старшие. Которые использовали людей для своих ритуалов.

— Значит, эти твари, — Стейни кивнул на трупы, — не просто открыли Врата. Они кормили их живыми людьми.

— И сами стали кормом, — добавил сержант, глядя на разорванные тела. — Ирония судьбы.

— Справедливость, — поправил лейтенант, поднимаясь. — Леви, Алекс. Отрежьте им головы. Мы берем их с собой.

Я обернулся, уставившись на него.

— Зачем?

— Потому что, когда мы вернемся, — Стейни посмотрел на меня, и в его взгляде было столько холодной ярости, что я невольно отступил, — я брошу эти головы на стол Совета. Пусть видят, кто открыл двери в Бездну. Пусть знают цену предательства.

Сержант молча достал небольшой тесак. Звук лезвия, врезающегося в плоть и кость, эхом разнесся по залу. Я отвернулся, возвращаясь к картам. Мне не хотелось смотреть на это.

— Корвин, — окликнул меня Гаррет. — Иди сюда.

Разведчик стоял у дальней стены, всматриваясь в потолок. Я подошел, задрав голову. Там, почти скрытый в тени, виднелся узкий лаз. полметра в ширину, не больше. Края были неровными, словно кто-то пробил отверстие грубой силой.

— Видишь? — Гаррет указал на край лаза.

— Оттуда вылезла тварь, которая убила этих троих, — тихо сказал я.

— Ага. И может вернуться. У тебя есть рунные штуки, чтобы бабахнуть в эту дыру?

— Если честно, то та бомба сработала, потому что я тупо залил туда много этера, ломая рунную заготовку. — признался я. — А это как раз и способствует разрушению и так сказать сопутствующему взрыву.

— То есть это не подготовленная бомба? Которая могла сработать среди нас? — тут же, верно, уловил мысль Леви. — Корвин, ты часом не охренел?

— Я чувствую, когда нужно кидать. — сказал я, показывая руками, что да, есть такое.

— А если мы зарядим заготовки?

— Не сработает. — покачал я головой. — Мне самому нужно чувствовать количество этера. Вы с камнями и бронзой точно работать не умеете, это опыт, прежде всего.

— Значит бомбы не сделать? — заключил Стейни.

— Не совсем так, лейтенант. У меня слишком мало знаний о рунах, я только фонарик и щит делать научился. Бомбу можно попробовать, у меня есть заготовки с собой. — сказал я, показывая несколько пластин и камней. — Но мне понадобится время.