— Дальше этим путем нельзя! — прохрипел Гаррет, резко затормозив у очередного поворота.

Я влетел в спину Алекса, чуть не сбив его с ног. Разведчик стоял, прижавшись к стене, всматриваясь во тьму впереди.

— Что там? — прошептал Стейни, подходя к Гаррету.

— Не знаю. Но большое. Очень большое. И живое.

— Попробуем другой. — согласился лейтенант и мы пошли дальше, в поисках нового прохода.

Когда этер начал рассеиваться, стало гораздо легче, каждый из нас словно скинул невидимый груз. Смерть товарищей давила, но скорость и необходимость выбраться наверх временно заглушили эмоции.

Мы петляли по туннелям еще минут двадцать, и я начинал понимать, что мы уже просто блуждаем. Гаррет останавливался у каждого второго поворота, морщился и вел нас дальше. Раза три мы возвращались назад, потому что впереди оказывалось то, что разведчику категорически не нравилось.

— Они повсюду, — выдохнул Леви, прислонившись к стене. — Мы в западне.

— Не в западне, — огрызнулся Гаррет, хотя по его лицу было видно, что он сам в этом не уверен. — Просто они растеклись по всем уровням после начала тревоги. Ищут нас. Всё же мы очень глубоко забрались в эту дрянь.

Я проверил копье и сумку, понимая, что, если судить по тому, как часто мы меняем маршрут, они выигрывают, загоняя нас практически обратно. Полная жопа.

— Сколько у нас есть времени? — спросил Стейни, глядя на Гаррета так, будто мог пробить его насквозь взглядом.

— У нас его нет, лейтенант. Разве что повезет и мы проскочим.

— А если не повезет?

Гаррет промолчал. Красноречивее любого ответа.

— Двинулись, аккуратно!

И мы пошли, следом, заглушив фонари полностью, кроме того, что был обмотан тряпкой у разведчика. А вот камень на моей груди, перестал жечься и начал понемногу леденеть, что было не к добру. Лёд — значит опасность. Но пока всё ещё было в пределах допустимого.

— Стой! — Гаррет снова замер, и я чуть не налетел на него во второй раз.

На этот раз он не всматривался во тьму. Он смотрел вверх. Туда, где потолок терялся в темноте.

— Что? — прошипел Алекс.

— Там кто-то есть, — разведчик поднял руку, указывая куда-то в высоту. — На сводах. Цепляется за камни.

Я поднял голову и разглядел силуэт. Длинный, изогнутый, с множеством конечностей. Он висел на потолке, как паук, и не двигался. Просто наблюдал.

— Идем, — выдохнул Стейни. — Быстро, но тихо.

Мы пошли, стараясь не шуметь, но каждый стук сапог по камню казался громом. Я чувствовал взгляд той твари на своей спине. Холодный, голодный, терпеливый и ждущий. Может, думала, что мы слишком крупная добыча, и стоит позвать сородичей. А может, просто сидела себе там и даже не думала нападать.

Когда мы свернули за угол и тварь осталась позади, я позволил себе выдохнуть. Рано.

Из бокового прохода, метрах в тридцати позади нас, вывалилась стая. Тварей десять… нет, двенадцать, судя по тому, что успел осветить лейтенант, выпуская луч своего фонаря.

Проклятые!

— Бежим! — рявкнул Стейни, и мы сорвались с места.

Позади раздался вой. Десятки глоток завыли разом, подхватывая и передавая сигнал о том, что нас нашли.

— Ищите щель!

Мы неслись по коридору, и каждый шаг отдавался глухим ударом в висках. За спиной, во тьме, нарастал гул — тысячи ног, когтей и копыт, шаркающих по камню. Это был звук приближающейся смерти, и он мотивировал лучше любого сержанта.

— Левый рукав! — прохрипел Гаррет, резко тормозя у неприметной трещины в стене. — Тянет сквозняком.

Мы ввалились в узкий боковой лаз, буквально выпадая из основного потока.

— Не в ту сторону! — раздался его крик. — А, Бездна! Плевать! Уходим!

Стены здесь были ближе, потолок ниже, и я инстинктивно пригнулся, наклоняя копьё, ударившее в потолок, хотя места хватало. Каменная пыль осыпалась с каждым нашим движением.

— Тише! — Гаррет обернулся, прижимая палец к губам.

Мы замерли, вжавшись в стены. Топот проклятых прогремел мимо, по основному коридору, казалось бы, нескончаемым потоком, но всё же иссяк. Как минимум сотни три тварей гонялись сейчас за нами, и я был искренне рад, что они были туповаты. Хотя в ближнем бою с тремя сотнями врагов шансов у меня не было даже в таком узком месте. Просто задавили бы массой.

— Они проскочили, — выдохнул Леви, и я только сейчас понял, что не дышал последние секунд тридцать.

— Проскочили, но вернутся, как только поймут что впереди нас нет. — ответил Стейни, вытирая пот со лба. — Двигаемся. Быстро.

Лаз петлял, уходя в сторону от главных артерий этого проклятого муравейника. Гаррет вел нас уверенно, то и дело принюхиваясь к воздуху и проверяя, откуда тянет сквозняком. Я не понимал его логики, но сейчас готов был довериться кому угодно, кто хоть что-то понимал в этих катакомбах. Но неожиданно Камень Бурь моментально накалился, когда мы проходили развилку и затем остыл, словно показывая, что нам нужно в другое место. А как только мы зашли за разведчиков в другой лаз, камень тут же стал ледяным. Вот жопа!

И я решил рискнуть.

— Стойте! — все тут же остановились. — Лейтенант Стейни, прошу, поверьте мне, нам нужно свернуть в другой ход.

— Почему? — спросил лейтенант.

— Я не могу толком объяснить, но иногда я чувствую опасность. И вот сейчас понимаю что там смерть.

— Ты уверен?

— На все сто. Прошу. Доверьтесь!

— Хорошо. Гаррет назад. — скомандовал лейтенант, показывая, что он тоже толком ничего не понимает и готов верить кому угодно. Мы вернулись обратно и я показал рукой на другой проход.

— Чувствую, что тут нормально.

Немного подумав, лейтенант согласился, а остальные молчали, даже Гаррет не стал говорить о том прав я или нет, просто молчал, и когда мы свернули в нужную мне сторону, и прошли метров двадцать, он остановился и сказал:

— Парень прав.

Что еще больше озадачило остальных.

Лейтенант приблизился ко мне, чуть наклонившись и понизив голос до шёпота.

— И часто у тебя такое?

Я лихорадочно размышлял, что ответить. Светить камень явно нельзя, а валить всё на интуицию — плохой вариант, но лейтенант всё решил за меня, продолжив.

— При становлении практиком бывает, что у людей проявляются новые таланты. Если ты чувствуешь опасность, то считай, что вытащил золотой билет. Это надо развивать. Если выживем конечно. — Он ухмыльнулся.

Минут через десять узкий проход расширился, и мы выскочили в небольшую пещеру. Её стены были слишком ровными, а пол слишком гладким для природного образования. Явно искуственно вырубленная. И пыли здесь не было. Совсем. Зато проходов, выводящих к этому место было аж пять.

— Кто-то тут бывает, — пробормотал Алекс, оглядываясь.

— Недавно причем, — добавил Гаррет, присев на корточки у дальней стены. — Смотрите. След сапога. Свежий. Да не один… ого, да они тут как дома ходят.

Я подошел ближе, посветил фонариком. Действительно, на полу виднелся отпечатки подошв. Не звериной лапы, не когтей как можно было бы подумать, вспомнив тварей, которых мы тут встречали. Именно сапога. Человеческого.

— Культисты? — спросил Леви. — Из тек кто потом стал проклятым?

— Или те, кто открыл Врата, — ответил Стейни, выпрямляясь. — Гаррет, дальше есть проход?

Разведчик кивнул, указывая на противоположную стену. Там, едва заметная в тусклом свете, виднелась дверь. Массивная, из темного дерева, окованная металлом.

— Это смотрится так нелепо. — сказал Алекс, а когда мы к нему повернулись то продолжил. — Ну это первая дверь, на которую мы натыкаемся, причем обычная дверь.

— Заперто? — Стейни подошел, толкнул створку плечом. Дверь не шелохнулась.

— Изнутри, — Гаррет провел пальцами по косяку. — Засов тяжелый. Ловушек не вижу, но это ничего не значит.

— Значит там кто-то есть?

— Возможно… И так же, как и мы, он боится тех, кто ходит по этим коридорам.

— Отойдите, — лейтенант отступил на шаг, перехватил копье поудобнее.

Мы отошли к стенам. Стейни замер, сосредотачиваясь, и я увидел, как вокруг него начал мерцать воздух. Этер. Он накачивал себя энергией, готовясь к удару.