— Надо тебя парень всё же покормить правильной едой. — пробормотал я. — А то проголодаешься ты ночью сам, и ведь не отпихаешься от тебя.

Я собрал остатки крысы в мешок, и завязал его. Утром выкинем.

— Бабай переезжает, отныне в погреб ходит только в туалет. — скомандовал я. — А жить будет у меня, там придумаем ему что-нибудь.

Утро наступило слишком быстро. Казалось, я только закрыл глаза, а уже сквозь щель в ставне лез серый зимний свет, и Бабай, устроившийся у меня под боком на скомканном одеяле, тихо сопел, подёргивая лапами во сне. Снилось ему, наверное, как он рвёт крыс размером с корову, судя по тому, как дёргались усы.

Спал я от силы часа три. Сяо, судя по шуршанию внизу, и того меньше. Мальчишка возился на кухне, гремел чайником, и по характерному ритму движений я понимал, что он не столько готовит завтрак, сколько занимает руки, чтобы не думать о том, что видел ночью.

Я сел на кровати, потёр лицо ладонями. Еще бы часик, но мастер Цао ждать не будет.

— Сяо, собирайся, — крикнул я вниз, вставая и натягивая штаны. — Через двадцать минут выходим.

— А завтрак?

— С собой возьмём. Заверни лепёшки и мясо, если осталось.

— Осталось, но немного, я вчера Бабаю…

— Сколько есть, столько бери, всё равно надо пополнять запасы.

Бабай при звуке своего имени открыл один глаз, чихнул и снова закрыл. Я поднял его с кровати и сунул за пазуху. Сегодня он пойдёт с нами. Хватит ему сидеть в четырёх стенах, тем более что подвал теперь отменялся как место обитания, а в лавке он рано или поздно опять вылезет к клиентам и будет привлекать ненужное внимание. Территория храма — другое дело, там забора хватит, чтобы он побегал, понюхал камни, поделал свои щенячьи дела, а заодно подышал свежим воздухом, которого в нашей конуре было немного.

Вышли мы в полутьме, город ещё не проснулся толком. Фонари на столбах горели через один, экономили этер, громко хрустел снег под ногами в утренней тишине. Сяо шёл рядом, закутанный в свою куртку так, что торчал только нос и молчал, что для него было признаком либо глубокой задумчивости, либо крайней степени сонливости. Судя по тому, что он дважды споткнулся на ровном месте, второе.

— Не спи на ходу, — сказал я.

— Я не сплю. Я думаю.

— О чём?

— О Бабае. Мастер, а если он вырастет большой, как его мама, он же в лавку не поместится?

— Если он вырастет как его мама, у нас будут проблемы покрупнее, чем размер лавки.

Сяо задумался, и по его лицу я видел, что он производит в уме подсчёты, которые ему не нравятся.

— А может, он не вырастет? Вы же сами говорили, что он, может быть и обычным зверьком, который не набрал силы.

— Может, — сказал я, хотя мы оба прекрасно понимали, что обычный зверёк — это уже не та версия, в которую можно верить с чистой совестью. Только не после того, что он недавно показал.

Пока я медитировал в привычном месте, мастер гонял Сяо, до полного изнеможения, проверяя его на выносливость и силу, а щенок радостно носился рядом, вот у кого энергии было с избытком. А потом, пока мальчишка пил чай и отогревался, подошел ко мне.

— Новый заказ такой. Будем ковать тебе доспех.

— Мастер? — спросил я удивленно. — Зачем? У меня есть броня.

— На этажи ты ее с собой взял? Вот то-то и оно, а как я понял меч прошелся под кирасой. То есть ты был практически беззащитен.

— Ну он меня как щен… ребенка уделал, он же на последней стадии мышц, конечно, он знал, как убить меня одним ударом, даже умирая.

— Ну вот и сделаем тебе броню. Или ты против?

— Мастер? Но я не собираюсь на Этажи.

— Ты сейчас мне в глаза врать что ли будешь? — разозлился кузнец неожиданно и так же неожиданно продолжил. — Вместе пойдем. Тренировки — это хорошо, но реальный бой с тварями с этажей, дадут тебе больше опыта.

— Эм, а как же тот монстр? — осторожно спросил я.

— Что-то, когда ты смотрел на проход, пытаясь туда пролезть, о монстре ты не думал. Я знаю куда лезть не стоит. Твой древний доспех хорош, но он для практика закалки костей, можешь забыть про свою Эгиду. Сделаем тебе новую броню и новое копье. А, устроит?

Так что дел у меня прибавилось много. Успевай торгуй, работай на лавку, таская еле живого Сяо домой, и щенка под мышкой, и разрабатывая концепцию доспеха для Этажей. Максимально закрытого и дающего лучшую защиту. Мастер предлагал использовать оставшиеся бруски Звездной бронзы, соединить с чем-нибудь попроще и полегче и отработать рунные связки как на доспехе из заказа, который он отвез. Мы несколько дней разрабатывали эскиз, в основном работая с панцирем и защитой тела, с руками и ногами было всё гораздо проще.

Повторить быстро, то, что сделала его погибшая жена, даже близко не получилось, но тем не менее результатом я был доволен.

Панцирь собирался из прямоугольных пластин, каждая размером с ладонь, скреплённых между собой бронзовыми заклёпками и проложенных полосами выделанной кожи. Так что при движении они скользили друг относительно друга, не задирались и не заклинивали. Нижний слой, толстая бычья кожа, вываренная и вощёная, средний — пластины обычной бронзы, верхний, там, где это было критично, грудь, спина, бока, вставки из Звёздной бронзы. Звёздной хватило на шесть пластин, мастер Цао отрезал от оставшихся брусков с такой точностью, что стружки не осталось ни крупинки, и каждую крупинку он всё равно собрал.

Шесть пластин я расположил так. Две на грудь, две на спину, по одной на каждый бок. Пластины из Звёздной бронзы я покрыл рунами рассеивания, теми же, что мы с мастером Цао наносили на заказной доспех, только проще, в два слоя вложенности вместо трёх, потому что три я пока не тянул на таком материале стабильно. Да и этера на поддержку требовалось бы слишком много. А для меня, этого этера, имеющего слишком мало, тем более, если запускать доспех в боевой режим, то на тройном слое, я протянул бы меньше минуты. Двойной давал две. Этого должно хватить на то, чтобы либо удрать, либо решить дело оружием. И при этом я был полностью лишен техник боя с этером. Что не сильно радовало, хотя я и не применял Усиленный удар или удары Идущего с наполнением, тем не менее такое ограничение было удручающим. Но делать доспех проще — проще таскать Эгиду.

Обычные бронзовые пластины получили связки попроще, усиление структуры, чтобы металл не крошился при сильном ударе, и базовые элементы распределения нагрузки, когда удар приходится в одну точку, связка размазывает импульс по соседним пластинам, и вместо пробоя получаешь вмятину, с которой можно жить.

Ну и всё это рунное великолепие закрывалось сверху заклепками и кожей.

— Мастер, а если связь между рунами нарушится? — спросил меня Сяо в один из вечеров, изучая рядом со мной простые руны. — Ну, враг ударит, поцарапает доспех и всё. Связки нерабочие и что тогда делать.

— А этого не будет — улыбнулся я в ответ. — Сила этого доспеха в этере практика, а не в самой броне, если практик-враг пробил защиту этера, то разницы в том, поцарапал он броню или разрезал его обладателя пополам нет никакого, он слишком силён.

— То есть мастера Цао вы в такой броне не одолеете?

— Нет конечно! — Я представил настоящий бой с кузнецом. — Он меня с одного удара отправит навстречу богам. Такой доспех хорош для равного боя, ну или сможет удивить высокоуровневого практика на один удар, второй меня тут же прикончит.

— Значит надо драться с теми, кто слабее. — заключил мальчишка, и я был с ним согласен. — Пришел, навалял, и всё.

— Ну, я бы не сказал, что это тоже верное решение. — ответил я. — Так ты будешь думать, что силен и сильнее всех, привыкнешь, а потом нарвешься на равного соперника и эта привычка тебя погубит. Слабых вообще обижать не стоит. Если они не совсем-совсем гады. Можно кулак показать и договориться, по праву сильного.

— О чем договориться? — удивился мой помощник, махающий перед собой кисточкой в поединке с неведомым невидимым врагом.

— Не знаю. О том что не буду их убивать, если они уйдут с пути, или что-то подобное. Я с таким не сталкивался. Но всё равно считаю, что убивать ради убийства — глупо. А умные всегда могут найти возможность договориться. Наверное. А теперь не мешай, нужно сосредоточиться.