— Да что за хрень! — прошептал я, выдергивая руку и привлекая внимание сержанта. — Шкатулка. Она странная, если смотреть, то внутри ничего нет, а если туда пальцами залезть, то есть.

— Ну-ка дай! — тут же отозвался сержант, сел рядом со мной и открыл шкатулку, а затем достал оттуда сверток ткани, который раз в пять превосходил саму шкатулку размером. — Ого! Вот это улов! Прав был лейтенант! Да ты смотри, тут что-то написано.

Ткань оказалась не простой, а вся исписана неизвестным нам с Леви языком, но настолько мелко и подробно, что мы с ходу согласились что скорее всего это записи Старших. Следом Леви достал и несколько свитков бумажных и весьма потрёпанных, один из них привлек моё внимание больше чем другие, так как там были руны, а точнее узор построен на одной руне — руне Очищения.

— Сержант, это что такое? — спросил я, показывая на шкатулку и теребя свиток в руках.

— Пространственная формация. — ответил тот. — Древнее и утерянное искусство прятать в малом большее. Знаешь сколько такая вещь стоит? Сотни золотых. Так что мы сорвали неплохой куш, Корвин.

Я уставился на шкатулку, пытаясь осознать услышанное. Сотни золотых. За кусок дерева размером с мою ладонь. Это было безумие.

— Сотни золотых? — переспросил я, не веря своим ушам. — За эту штуку?

— За эту штуку, — подтвердил Леви, аккуратно укладывая ткань обратно. — Пространственные артефакты — это один из самых редких видов магических предметов. Их делали Первые Люди. А сейчас технология утеряна, никто не знает, как создавать формации такого уровня. Рунмастера даже близко приблизиться к таким штукам не могут.

Он провёл пальцем по резным узорам на крышке шкатулки. Руны были микроскопическими, переплетались друг с другом так плотно, что казалось, будто это просто декоративный орнамент.

— Видишь эти линии? Это не просто украшение. Каждая черта — часть огромной формации, которая искривляет пространство внутри. Снаружи шкатулка маленькая, а внутри может поместиться целый сундук с вещами. Может, даже больше. Наша маленькая, но легенды рассказывают, что можно целый замок поместить в такое место и древние великие маги умели это делать.

— А много таких вещей осталось? — спросил я.

— Единицы, — Леви покачал головой. — Большинство было уничтожено или потеряно. Те, что остались, хранятся в сокровищницах знатных домов или у магистров высшего ранга. Простому солдату такое и в руки не попадёт. А мы вот нашли просто так, в проклятых подземельях, и Бездна пусть поцелует мою задницу, если эта штука не была сворована Старшими из людских рук.

Он усмехнулся, но в его глазах читалось что-то ещё. Беспокойство, может быть. Или опасение.

— И такую дорогую вещь они использовали для этого? — спросил я, кивая на свёрнутую ткань. — Это ведь тоже не простая ткань и записи. Да и свитки?

— Вот именно, — Леви нахмурился. — Зачем? Если они жили здесь постоянно, то хранить вещи в обычных сундуках было бы проще. Пространственные артефакты используют, когда нужно что-то спрятать. Или быстро перенести. Что-то важное и опасное.

Я взял шкатулку обратно, повертел в руках. Лёгкая, почти невесомая. Но теперь, зная, что внутри может скрываться чёрт знает что, она казалась тяжёлой как камень.

— Может, там ещё что-то есть? — предположил я. — Кроме ткани и свитков.

— Нет, я всё достал. Давай сложим всё обратно, как вернёмся в башню, изучим их получше, мне тоже интересны древние вещи, а уж как лейтенант будет рад.

Я согласился, хотя любопытство разрывало меня изнутри.

— А про формации вообще что-то известно? — спросил я, откладывая шкатулку в сторону, как только сержант сложил всё обратно, правда свиток с рунами я оставил себе. — Как они работают? Почему их больше не делают?

Леви потёр переносицу, собираясь с мыслями.

— Легенды говорят, что Первые Люди владели магией на уровне, который нам сейчас и не снился. Они могли искривлять пространство, останавливать время, создавать целые миры внутри артефактов. Пространственные формации — это лишь малая часть того, что они умели.

Он замолчал, глядя куда-то в пустоту.

— Но потом что-то произошло. Никто толком не знает, что именно. Говорят, что Первые Люди разозлили богов и те выкинули их с берегов Колыбели в Великую Степь. Одним махом, миллионы людей, без ничего, оказались перенесены сюда, буквально имея только то, что несли в руках. И отсюда от степи, они начали путь дальше. Новый путь, потеряв практически всё.

Я слушал, затаив дыхание. А Леви говорил серьёзно, почти благоговейно. Ведь если исходить из его слов, то при этом Первые люди построили и Башни и повозки, и летающие левиафаны и кучу всего остального и только потом сгинули, теряя технологии и знания.

— Так почему сейчас никто не может повторить? — настаивал я. — Ну, понятно, знания утеряны. Но если есть артефакты, можно же их изучить? Разобрать, понять, как работают?

Леви усмехнулся, но без юмора.

— Пробовали. Сотни раз. Знаешь, что происходит, когда пытаешься разобрать пространственную формацию?

Я покачал головой, но предположил:

— Судя по моим скудным навыкам рун и рунного мастерства, то скорее всего взрывается в руках.

— Она взрывается. — подтвердил Леви. — Бабахает так, что твои бомбы, просто детская шалость.

Я проверил шкатулку, оценил количество рун. Всего пара сотен, многократно повторяющихся. Так почему бы не переписать себе, а то заберут у меня богатство, а вдруг я с помощью Системы смогу повторить. И я принялся быстро записывать кусками рунный код, стараясь не пропустить не одной мелкой детали. При этом количество связок на некоторые руны, было предельно максимально, то есть четыре, а больше я и не находил. О чем это говорило? Что это максимум обвязки. Вот еще одно знание в копилочку.

— Хочешь попробовать повторить? — усмехнулся сержант.

— Ну хотя бы научиться чему. — ответил я, перерисовывая следующую руну. — Мне нравятся руны, и я очень хочу научиться с ними работать.

— Нет, — успокоил меня Леви. — Главное не пытайся быть умнее Первых Людей.

Я согласился, уж тут даже спорить не буду. Но сержант не сдавался и вовсю мне мешал заниматься делом.

— А что насчёт свитка? — он взял лежащий рядом лист с руной Очищения. — Думаешь может быть полезно?

Леви, развернул свиток, изучая узоры.

Пришлось откладывать шкатулку в сторону и свои листы.

— Это руна Очищения, одна из базовых и сильных. — начал я объяснять сержанту. — Используется для очистки воды, воздуха, иногда для изгнания слабых проклятий или болезней. Но здесь она изображена в усиленном виде. Это из-за вот этих дополнительных линий. Я с таким еще не сталкивался, но для людей она безвредна и даже полезна.

— Прямо в свитке? — удивился Леви.

— Нет. Если нанести руну в таком состоянии на бронзу, создать уже проверенный мной механизм запуска и зарядить этером, ну… — я показал на свою пластинку рунного щита на перчатке. — Сделать типа такое, то мне интересно что будет.

— Думаешь проклятые могут среагировать?

— Нужно проверять, сержант. — я забрал у него виток. — И, пожалуй, в Бездну шкатулку, попробую-ка я действительно соорудить нечто подобное. Вдруг поможет.

Я достал из сумки одну из оставшихся бронзовых пластин и кисточку. Затем обратил внимание как сержант внимательно изучает мои действия. Тот видимо понял, что меня смущает и отвернулся, закрывая глаза. Тогда я не стал придумывать ничего нового, пользуясь всё тоже связкой что использовал для фонаря и щита написал начало слова, и затем принялся аккуратно переносить руну Очищения со свитка. Затем взял готовую рунную заготовку, и немного подождав, начал закачивать туда этер, стараясь делать это максимально бережно. За часы отдыха восстановилась где-то треть от объема, но ее хватило чтобы сделать всё как надо.

— Вот теперь готово. Только одна, на вторую у меня этера не хватит. — Сознался я, привлекая внимание медитировавшего сержанта. — Теперь нужно проверить.

— Только не здесь, — быстро сказал Леви. — Чтобы не получилось, как с твоим первым фонарём, когда ты вызвал штурм толпы скелетов нашей крепости.