— Да нет здесь никакого секрета, — сказал я. — Помогаю своему остроухому другу защитить народ эльфов, который живёт наверху. Он считает, что где-то здесь есть решение, которое позволит обезопасить его земли от Звёздного Дождя и других катаклизмов.

— Чушь и бред. Готовой защиты от всех ваших бед вы здесь не найдёте, — ответил Киану, принимаясь тереть плечо. — Сам постамент действительно относится к управлению нашим сектором и находится в самом его центре. Тут вы не ошиблись. Но та штука, которую на него водрузили, никакой не пульт управления. Поделка неизвестного рунного мастера, который зачем-то решил, что сумеет заменить работу древних создателей.

Я посмотрел на устройство. Рунные связки на нём были настоящими, и человек, который их собирал, явно рассчитывал чего-то добиться. Хотелось всё-таки услышать, почему Киану так уверенно списал чужую работу со счетов.

— Ну, её же зачем-то сделали. Почему ты так уверен, что она не работает?

— Потому что управлять этим основанием можно только с помощью настоящего пульта, созданного теми, кто построил сам узел. Уж в этом я разбираюсь гораздо лучше тебя, поверь мне. Что именно пытался собрать тот мастер, я ещё не смотрел. Может, и вложил в свою работу какую-нибудь полезную мысль. Но заменить подлинник этой штукой не получится.

Киану опустил мочалку в воду и потёр пальцами небритый подбородок. Я пока не спешил принимать его слова на веру. Слишком уж мало я знал и об этом человеке, и о конструкции, ради которой мы сюда забрались.

— А тем, кто тебя пленил, ты об этом говорил?

— Конечно же, нет, мой друг. Мне всё ещё хочется жить. Пока я могу помочь им разобраться с прибором, меня есть смысл держать в живых. А если сразу объяснить, что они притащили сюда бесполезную безделушку, какой им от меня прок?

— Значит, ты тянул время?

— Как умел. Я даже не думал, что они смогут сюда добраться. Преодолеть порог очень сложно, и я надеялся, что до настоящей работы дело вообще не дойдёт. Что ж, время показало, насколько жестоко я ошибался. Они всё-таки смогли.

Киану снова посмотрел на Савву и указал на неё зажатой в руке мочалкой.

— Кстати, твоя кукла полностью механическая или в неё встроено сознание?

— Я её не создавал, — ответил я. — Она досталась мне, когда я попал в одно место и смог изменить её управляющие руны. Теперь она служит мне. Да, в ней есть человеческое сознание. Точнее, часть сознания.

— То есть сам ты таких создавать не умеешь, — подвёл итог Киану. — Ох, какая жалость. Выглядит как весьма неплохая работа.

— Человек, который её делал, был таким же, как мы, и погиб несколько тысяч лет назад. Он правил городом Аш-Китаром. Может, слышал о таком?

— Да-да-да, — сказал Киану, немного задумавшись. — Было такое дело. Один мой друг на праздновании своего возвышения рассказывал, как они прищучили одного из говнюков, живших внизу. Сбросили на него целый парящий остров. По-моему, Дариш его звали.

— Да, верно, это был он. Знаешь, почему-то я даже не удивлён, что ты об этом знаешь.

— О, поверь, я и не собираюсь прикидываться ветошью. В твоём лице я нашёл прекрасного собеседника, которому можно рассказать кучу всего интересного. А болтать я, как ты уже понял, очень даже люблю. Так что спрашивай, мой друг, спрашивай, и я отвечу на твои вопросы.

Он отложил мочалку на бортик и устроился поудобнее, явно приготовившись к долгому разговору.

И этим ввёл меня в полнейший ступор. Передо мной сидело существо, которое прожило тысячи лет и при этом вело себя совершенно непонятно. Во всяком случае, окажись я в такой ситуации, то точно поступал бы по-другому. Спрашивать его? Да о чём я могу его спросить? От открывшихся возможностей из головы почему-то вылетели все вопросы, которые ещё недавно казались такими важными.

— Мы ведь все умрём, да? Сектор уже не спасти? — неожиданно спросил эльф.

— Верно, мой маленький дружок, мы все умрём, — ответил Киану совершенно без сожаления. — Но это всего лишь один из циклов. Не переживай, пройдёт пара сотен миллионов лет, и на месте нашего сектора образуется новый. Там появятся новые разумные. Будут и лаэрны, и орки, и люди, и много кто ещё. Со временем они тоже умрут, и так будет продолжаться до бесконечности. Цикл за циклом.

— А в чём тогда смысл? — спросил я. — Зачем вообще всё это нужно и для чего здесь нужны мы?

— Мы… Ты про людей? Про всех разумных или про Помеченных богами?

— Про Помеченных богами, конечно.

— А мы, друг мой, как ни горько это признавать, и есть решение проблемы. Но здесь мои знания заходят в тупик. Ты умудрился задать тот самый вопрос, на который я до конца так и не нашёл ответа.

Киану развёл руками над водой, словно извиняясь за то, что не смог рассказать больше.

— Безмозглые Старшие искали здесь бессмертие и возможность править сектором. И это при том, что скоро он полностью разрушится. Они точно не пытались никого спасти. В отличие от вас. Вы молодцы, ребята, стоит это признать. А уж если вспомнить, как вы умеете убивать, то молодцы вдвойне.

Лисс подался вперёд на стуле, но на похвалу даже не улыбнулся.

— Меня совсем не радует твоя похвала, — грустно сказал эльф. — Ты ведь бессмертный, один из тех, кто добрался до невероятных высот. И даже тебе пришлось спрятаться в искусственном теле. А теперь ты говоришь нам, что мы всё равно обречены. Я видел, что творится с нашим сектором, видел, что происходит в других. И всё это приводит меня к одному выводу. Никаких шансов спастись у нас нет, а если какой-то выход и найдётся, он даст лишь отсрочку.

— Жизнь вообще временная штука, особенно если ты слаб как практик. Тут я спорить не буду. А в остальном ты прав, лаэрн. Даже те, кто умудрился спрятаться, всё равно в итоге умрут. Я вот лично хотел дожить до смерти сектора, купаясь в неге и любви своих наложниц. Но вместо этого оказался пленником. И теперь сижу здесь в ванне, общаюсь с вами и даже не представляю, что делать дальше. Такого в моих планах совершенно не было.

Он провёл мокрой ладонью по лицу и на несколько мгновений замолчал.

— Девяносто лет, — произнёс Киану уже тише. — Я просто моргнул, и у меня пропало девяносто лет. Даже удивительно, что вы тут ещё все не поумирали.

— Осталось недолго — звёздные дожди идут теперь без перерыва, — сказал я. — Но попробовать мы всё-таки можем. Ты ведь тоже знающий мастер, способный работать с Системой и с этим артефактом.

— Не совсем, — ответил Киану, покачав головой. — Вот здесь у нас есть маленькая проблема. Когда я спасался, то отказался от Системы и перенёс в новое тело только часть своего сознания. Я сохранил знания о рунах, умею их читать, но работать с ними получается очень плохо. Это, знаешь ли, такая плата за попытку прожить другую жизнь.

— А в чём тогда смысл? Получается, ты знал, что всё закончится, но ничего не делал и даже не пытался покинуть сектор?

— Сектор невозможно покинуть. Даже боги не могут уйти за его пределы. Мы заперты в его границах, и хотя по площади он гораздо больше Земли, выйти за эти границы нам не дано. Наши души привязаны именно к этому сектору. Ты же понимаешь, что в соседнем могут быть такие же, как ты?

Думать об этом мне не хотелось, хотя логика подсказывала, что такое возможно. Почему бы и нет? Моё сознание перенесли сюда неизвестным мне способом. Так почему бы такому же сознанию не оказаться ещё в тысяче подобных мест? Каждое такое сознание могло идти своим путём одновременно с остальными, никак не соприкасаясь ни со мной, ни с другими копиями. Может быть, где-то нет никакого Корвина, а есть совершенно другой человек, который занимается своими делами, давно уже погиб или, наоборот, стал богом. Всё возможно.

— Тебя хотя бы не Андрей Красников зовут?

— А, ты тоже об этом подумал? — усмехнулся Киану. — Нет, в прошлой жизни меня звали Роберт Кейни. Я работал инженером в Тесла.

— Хоть что-то хорошее.

— Но ты прав. Я понимаю, в каком направлении ты думаешь, и в соседнем секторе вполне может существовать твоя копия.