Для одного расход получался вполне терпимым. Подсоединив маленький накопитель, я закрепил пластину на доспехе.

Когда всё заработало, вокруг лица появилось едва заметное движение воздуха. Я прошёлся по мастерской, проверил расход и немного убавил подачу, дышать стало заметно приятнее.

Клык встретил меня у пролома, уже освободив подход. Я включил рунный фонарь и велел пока никого за собой не пускать. Когда с питанием разберусь, сам вернусь за людьми.

За стеной я проверил, как работает очистка, и направился к лестнице. Фонарь выхватывал из темноты знакомые углы, только на полу лежало столько пыли, что за каждым шагом тянулся след.

На пятом ярусе я направился к центру сектора. Страж стоял на привычном месте, вросший в постамент и совершенно неподвижный. Я коснулся управляющих рун, дал немного этера и получил подтверждение, что он меня признаёт. На большее без нормального питания его не хватало.

Я уже собирался идти к распределителю, когда заметил у панели край небольшой пластины. Под ней, поджав лапки, лежало что-то каменное. Вначале я принял его за обломок, но, присев, узнал знакомую головёшку.

— Да ты издеваешься, что ли, — пробормотал я, осторожно поднимая голема на ладонь. — А я-то думаю, куда ты подевался.

Каменный Служка оказался цел, только накопитель был совершенно пуст. Я проверил добавленные когда-то руны и вспомнил, сколько возился, заставляя эту мелочь по очереди прикладывать пластину к переключателям. Один раз получилось, и я отправил его обходить остальных Стражей. Соседний сектор он мне разбудил, а потом, видимо, пошёл дальше и добрался сюда.

Возможно, последнего запаса хватило дойти и начать работу, а на следующую попытку уже не осталось. Я к тому времени успел забрать големов из второго сектора, потом вообще улететь, а помощник так и валялся в пыли. Хорошо хоть не живого человека за посылкой отправил.

От небольшой порции этера Служка зашевелился и тут же потянул пластину обратно к Стражу. Я отменил старое поручение, забрал у Служки пластину и убрал её в сумку.

— Всё, наработался, теперь со мной пойдёшь. А то ещё в какую-нибудь щель залезешь, я тебя потом до старости искать буду.

Я посадил его на плечо и заглянул в боковую комнату, куда уходили почтовые ходы. Вдоль стен стояли столы с пустыми зарядными гнёздами, на полках лежали заготовки и снятые каменные лапки. Других маленьких големов в почтовой мастерской не нашлось, но помещение я отметил на схеме: если Служке понадобится ремонт, пригодится.

До распределителя пришлось пройти ещё несколько улиц, обходя обломки и сверяя дорогу со схемой.

Внутри оказался обычный для этого города куб: четыре входящих канала и двенадцать выходящих, от которых питались устройства сектора. В таком кубе я уже разбирался во втором секторе, поэтому теперь надеялся быстро закончить. Положил ладонь на камень, развернул схему через Сердце Рун и начал с местных аварийных клапанов.

Первый открылся сразу, но этера за ним не оказалось. С остальными получилось то же самое, хотя на третьем пришлось повозиться, и я даже успел понадеяться, что дело именно в нём. Все четыре входа оставались пустыми.

Я некоторое время разглядывал вполне исправное устройство и злился. Куб открывал всё, что я просил, вот только пропускать ему было нечего. Прекрасно сходил за дополнительной энергией для кораблей, нечего сказать.

По общей схеме все четыре входа связывались с распределением под дворцом. До местных клапанов этер не доходил, а посмотреть отсюда, что именно случилось там, я не мог: управляющая связь с центром тоже не работала. В прошлом секторе мне повезло с уцелевшим каналом, здесь такой удачи не случилось.

Можно было протянуть питание от уже работающей части города. Только тогда прежние двадцать семь процентов пришлось бы делить ещё и на этот сектор, а зарядка корабельных сердец стала бы ещё медленнее. За подобное приобретение Горбун меня точно не поблагодарит.

Я оставил местные клапаны открытыми и пошёл обратно. Хорошо хоть стену уже научился разбирать, иначе пришлось бы опять сидеть над схемой и думать, как добраться до подвалов собственного дворца.

Клык, ждавший возле пролома, посмотрел на Служку у меня на плече, затем на лицо и, видимо, решил, что расспросы о маленьком големе могут подождать.

— Не получилось? — спросил он. — Ты вроде быстро вернулся.

— Здесь всё цело, только этер не поступает. Нужно под дворец пробиться, там общее распределение.

— С этой стороны пробиваться будешь? Я людей пока отсюда не уводил.

Я развернул схему: дворец когда-то занимал середину города, а восемь одинаковых секторов располагались вокруг него. Новый примыкал к центру только углом: там сходились сразу несколько стен и опор. Соваться в этот стык совершенно не хотелось. Со стороны нашего первого сектора к нижним помещениям дворца примыкала длинная стена, и там можно было выбрать место подальше от опор.

— Со стороны нашего сектора и пробьюсь, там проще. Здесь пусть пока обломки убирают, только внутрь не лезут. А ко мне двоих пришли — камень оттаскивать. С рунами я сам справлюсь.

Рабочие с пространственными сумками уже собирали то, что я навалил у пролома. Один поднял крупный обломок, и я остановил его, заметив на сколе уцелевшие руны.

Внутри обломка оставались целые участки укрепления, да и сам камень был прекрасный. Хорошо, что не успели выкинуть, а то потом сам бы ходил и выбирал из общей кучи.

— Вот такие отдельно собирайте, — сказал я, показав Клыку скол. — Где покрупнее и руны сохранились. Сложите в одном месте, я потом заберу, только смотрите, чтобы никуда не девались.

— Сколько тебе оставить? Тут ведь ещё ломать и ломать, мастер, если всё складывать, места не хватит.

— Тонн двадцать хорошего камня пока хватит. Этот как образец оставь, чтобы люди понимали, что выбирать.

Клык подозвал старшего из работников, я показал ему несколько подходящих кусков и отправился к дворцовой стене.

Место нашлось в стороне от лестницы. Я ещё рассматривал укрепление, когда один из помощников уселся на обломок прямо под будущим проёмом.

— Ты бы чуть подальше устроился, — заметил я. — Сюда камни вытаскивать буду, потом вместе с тобой убирать придётся.

Он посмотрел на стену, затем на своё место, подхватил обломок и отнёс его в сторону. Там снова сел, уже не мешая работе. Удобно человек устроился, я ему даже немного позавидовал, прежде чем заняться рунами.

Очень хотелось сделать матрицу и поручить эту возню другому мастеру. Вот только с каждым вынутым камнем менялась нагрузка, и следующую связку приходилось разбирать заново. Одинаковые стены ещё не означали, что их можно одинаково сломать, особенно после всего, что здесь успело обрушиться.

Я волей переносил укрепление за края будущего прохода, а помощники убирали освобождённые куски. С одним застряли: ближний край уже подался, зато дальний ещё держали старые руны.

— Давай с другой стороны возьму, мастер, — предложил работник. — Вдвоём повернём.

— Подожди, я его ещё не освободил. Сейчас вывернем, потом нас вместе с камнем убирать будут.

Пришлось снять последнюю связь, прежде чем люди смогли вытащить кусок. Дальше работа пошла быстрее, и вскоре из сквозной щели потянуло затхлым воздухом. Я отправил помощников подальше и закончил расширять проход сам.

За стеной оказалось пустое служебное помещение. Я проверил верх проёма, поднял фонарь и перешагнул через последние обломки. Клык с людьми остался на обжитой стороне.

Неподалёку начиналась лестница наверх, но через несколько ступеней упиралась в обрушенные перекрытия. Дальше уходила вверх сплошная масса камня, раздавившая жилую часть дворца. Мы пробились только в нижние служебные помещения, которые выдержали то, что на них обрушилось.

Царских хором я, скорее всего, уже никогда не увижу, и это было обидно. Хотелось посмотреть, как жил Дариш и какие вещи такой рунный мастер делал для себя. Но даже если мы когда-нибудь разгребём эту толщу камня, целых покоев под ней уже не найдём. Сейчас мне было нужно уцелевшее хозяйство под дворцом, хотя от мысли о том, сколько всего раздавило наверху, немного портилось настроение.