— На большой дороге идут ещё несколько отрядов в сторону крепости. Дозоры проверяют боковые пути, чтобы никто не зашёл нам в спину. Думаю, пока доберёмся до границы, станет окончательно понятно, сколько сил враг отправил участвовать в завоевании наших территорий.

Следом за нами шли четыре левиафана, на которых находились отряд Ардена и около тысячи наших бойцов. Ещё несколько десятков лодок шли чуть впереди веером, стараясь захватить как можно большую площадь на случай непредвиденных обстоятельств. Большие и малые, сделанные в наших мастерских, они не обладали такой скоростью, как левиафаны, но сейчас являлись главной ударной силой и обеспечивали перемещение основной массы войск. При этом корабли Алекса плелись чуть позади, хотя он очень сильно возмущался по этому поводу.

Остальные левиафаны остались на месте, как и всё гражданское население с острова, которое сейчас потихоньку спускалось с кораблей и обустраивалось лагерем возле крепости. Ими пока занимался Клык и его люди. Разделение флота было вынужденным. Левиафан не может опуститься на землю: его конструкция просто не предусматривает таких возможностей. Поэтому, чтобы не тратить ресурсы накопителей на движение, мы оставили половину флота на месте.

— Видим большой отряд с повозками, — сообщил связист. — Двадцать семь километров от нас.

— Значит, нам туда — курс навстречу. Передайте Дубу, чтобы постарался захватить повозки целыми.

Вокруг нас всё так же тянулись привычные Проклятые Пределы. Сухая земля с редкими кривыми деревьями и кустами, за которыми разве что можно было спрятать одного человека, но никак не несколько тысяч воинов. Противник уже не мог подобраться к нашим позициям так, чтобы мы заметили его только перед самым нападением.

Рен продолжал выслушивать донесения, отправлял лодки к тем отрядам, которым требовалась помощь. Я довольно быстро разобрался в той системе, которую они разработали, и сейчас, не влезая в командование, только слушал, как работает военная организация моей секты. И пока мог сказать, что эффективность моих офицеров и моей армии мне очень нравилась.

Несмотря на то, что потери после основного сражения ещё подсчитывались, уже можно было сделать определённый вывод. Погибших было не так и много — чуть больше полутора сотен человек, ещё около семисот воинов имели разные степени ранений. Помимо этого, больше половины големов было уничтожено, так как основной удар пришёлся всё-таки туда. Да и оставшиеся только в редких исключениях были целыми.

Очень скоро мы добрались до каравана. Правда, там уже всё закончилось. Десятки больших повозок стояли вдоль едва отмеченной дороги, а между ними ходили наши бойцы, разглядывая трофеи. Чуть в стороне сидела целая толпа людей, которых я поначалу принял за пленных золотоглазых. Пришлось даже присмотреться, чтобы убедиться в собственной ошибке. Да, это были обычные люди.

— А эти откуда взялись? — спросил я, когда лодка опустилась возле ближайшей телеги, и Дуб с довольным лицом принялся рассказывать о проведённой им операции.

— При орудиях были, мастер. Как только мы охрану выбили, они сразу и сдались, и на землю уселись. Я своим велел их не трогать, пока вы не разберётесь.

— И золотоглазых среди них нет? — удивился я.

— Нет, это мы сразу проверили. Эти разговаривают нормально, приказы понимают. Они инженеры и обслуга осадных орудий.

Я снова посмотрел на сидевших возле дороги людей. Их набралось около двух сотен, и уже такое количество вполне разумных противников, решивших сохранить себе жизнь, было для меня весьма приятной неожиданностью.

Самих орудий оказалось около сорока, хотя повозок под них было больше. На десятке везли длинные ложа арбалетов, отдельно лежали снятые плечи, а дальше начинались разнообразные катапульты, у которых даже основания перевозили по частям.

Всё это было стянуто ремнями и цепями, а кое-где между железом и деревом даже тряпки проложили, чтобы детали не тёрлись друг о друга. Судя по всему, караван работал не в первый раз, и люди, обслуживающие его, прекрасно знали, как нужно перемещать такие орудия на дальние расстояния.

Я подошёл к ближайшей повозке, провёл ладонью по краю направляющей. Под пальцами чувствовались руны, уходившие под металлическую обшивку. Ничего сложного там не было: обычные руны укрепления и связки по мелочи.

— Кто из вас главный? — спросил я, повернувшись к сидящим неподалёку пленным. — Мне нужен человек, который отвечает за всё это барахло.

Поднялись сразу несколько человек, однако вперёд вышел только один немолодой мужчина, прихрамывающий на одну ногу. Он остановился передо мной, старательно не глядя в глаза, и, судя по эмоциям, очень сильно боялся.

— Я старший мастер при орудиях, — сказал он негромко. — Если нужно их собрать, то мне людей придётся взять.

— Не надо ничего собирать, лучше расскажи, что вы привезли. Вот эта катапульта, например, далеко стреляет?

— Если каменным шаром кило на двести, то при хорошем месте и с небольшого пригорка закинет на пятьсот метров, господин. Если на триста, то поменьше.

Я посмотрел на раму уже с большим интересом. Да, для обычного города, не прикрытого серьёзными формациями, этого хватило бы вполне, особенно если камни тоже усилены рунами. Однако до нашей крепости такая штука вряд ли добралась бы. Даже собрать её дыроколы не дали бы, уничтожив задолго до того, как она смогла бы сделать первый выстрел. Зато заметил несколько интересных моментов. Судя по всему, это были не новые орудия, и они использовались уже не один раз, перевозились в походах, участвовали в осаде городов и работали на благо секты Седых островов.

— Сколько времени требуется, чтобы привести в рабочее состояние?

— Дня два, господин, — замялся мужчина. — Там нужно площадку подготовить, опоры и основание выровнять. Потом раму соберём и проверим.

— Ладно, понял, — сказал я. — Кто вам отдавал приказы? Куда именно вы должны были доставить орудия?

— К осаде города, господин. Там нам место укажут, мы соберём, потом будем обслуживать. Так нам сказали, когда сюда отправляли.

— Ну, кстати, вы немного опоздали. А сколько войск идёт за вами?

Он растерянно посмотрел на меня, затем на своих товарищей, которые явно не знали ответа.

— Мы не знаем, господин. Нам только за повозки отвечать да за людей и инструмент. Пастыри с нами про войска не разговаривали. Мы обычные наёмные мастера.

Опрос остальных тоже не имел никакого смысла. Они прекрасно знали, как работают их механизмы, как из них стрелять, а вот назвать хотя бы примерное количество воинов на побережье никто и не мог. Люди видели отдельные отряды, но даже не пытались их считать, потому что в том же порту занимались разгрузкой, а не изучением своей армии.

Тарн появился, когда я уже прикидывал, что можно сделать с этими механизмами, для чего их приспособить, а также куда девать людей. Вместе с ним подошли лодки его отряда, отпуская отряд Дуба дальше.

— Мастер Корвин, это что, наши новые люди? — спросил, скалясь, Тарн, глядя на пленных.

— Нет пока, это чужие мастера. Но я хочу сохранить всё, что они привезли. Проследи, чтобы их отдельно отправили в тыл, и Клыку передай, что пусть держат их вместе, но никуда не выпускают. Я потом ими займусь.

— Сниму бойцов с двух лодок, они проводят, — сказал Тарн, оглядываясь на свой отряд. — Здесь сильные бойцы явно не нужны, хватит тех, кто просто будет их охранять, да старшего толковее поставлю.

— Главное, смотри, чтоб не разбежались.

Он подозвал одного из командиров и довольно быстро объяснил ему, что требуется сделать. Из лодок начали выходить бойцы, собираясь возле пленных, а несколько человек направились к повозкам. Лодки с бойцами его ударного отряда по-прежнему ждали неподалёку, а сам Тарн вернулся ко мне.

— Железо пока здесь будет, — добавил он. — Охрану оставлю, а в крепость передадим, чтобы прислали людей и транспорт. Если всё это за собой тащить, мы до завтра будем собираться.

Я посмотрел на длинный ряд повозок и спорить не стал. Мелкие детали можно было распихать по сумкам, однако для остальных пришлось бы освобождать лодки и заниматься нормальной погрузкой, на которую сейчас совершенно не хотелось тратить время. Получается, захватили мы всё быстро, а вывозить добычу будем гораздо дольше.