— Шестерых потеряли, — сказал я, посчитав урон, который получил отряд. — Интересная тактика, дальность бы им увеличить, чтобы били, не попадая под луки, — тогда получится весьма серьёзная сила.

— Неплохо, — сказал Тарн. — Как минимум сотню с их стороны точно выбили.

— Показали, что не стоит соваться к нам близко, — согласился со мной Рен. — Но если ты прав и нужно бить по пастырям, то никакого значимого эффекта этот удар не произвёл.

— Дождёмся Дуба, узнаем.

Когда наступило утро, противник показал нам свои боевые порядки, растянувшиеся почти на два километра. Он выстроился несколькими десятками больших отрядов, оставив позади как минимум треть армии. При этом практически вся армия состояла из пехоты, кавалерии было очень мало, всего лишь пара сотен всадников. И то, как я понял, большинство из них были командирами. Даже повозки с необходимыми припасами тащили люди, что меня откровенно поразило.

— А что там у эмира?

— Одни стоят, другие болтаются, — сказал Рен.

Высадка секты произошла моментально. Несколько сотен кораблей ворвались в порт столицы и за несколько часов перебили охрану и всех, кто оказывал сопротивление, а все остальные города сдавались практически без боя.

Армия, которая находилась вне городов, в составе нескольких тысяч всадников, собралась под руководством нескольких генералов и аккуратно пыталась щипать неожиданно явившегося захватчика, но выходило у них не очень хорошо. Была серьёзная разница в силе практиков, и единственное, чем могли воспользоваться солдаты эмира, — это тем, что они были более маневренны за счёт кавалерии. В итоге там сложилась достаточно патовая ситуация, когда вернуть обратно города местные не могли, но небольшие отряды секты вырезались под ноль. Правда, основную армию, выдвигающуюся в сторону Проклятых Пределов, они пропустили, даже не пытаясь её атаковать. Слишком неравными оказались силы. И по последним сообщениям тех разведчиков, которые были там, корабли секты продолжали подходить к берегу, привозя всё новые и новые силы. Старуха не соврала: в её секте хватало воинов.

— Ты смотри, они атакуют, — неожиданно сказал Тарн, показывая, что из армии врага выдвигается вперёд несколько сотен быстро бегущих бойцов, непонятно как собирающихся догонять скачущих бойцов монстрокавалерии.

— Пусть бегут, Скоба им покажет.

Но противник почти сразу отказался от попытки догнать моих бойцов и отступил назад.

— Если мы сейчас их не разобьём, через несколько недель сюда подойдёт отряд в точно таком же составе, — сказал я, продолжая разглядывать порядки врага.

Монстрокавалерия Дуба тем временем вернулась к нашим позициям.

Всадники двигались всё так же быстро, но уже не так красиво, как во время атаки. Десятки раненых везли поперёк сёдел, несколько рогачей заметно хромали, один человек вообще добирался пешком, придерживаясь за стремя товарища. Длинные дыроколы почти сразу забрали помощники, чтобы зарядить накопители и проверить трубы, так как, в отличие от тех, которые изготавливал я, эти имели свойство трескаться и подлежали обязательной замене.

Сам Дуб поднялся к нам через несколько минут. Из доспеха у него торчали два обломанных древка, однако крови я не видел. А не вытаскивал он их для того, чтобы показать, насколько крут.

— Мы по лучникам били и по тем, кто с посохами стоял, — тут же отчитался он. — Лучников положили много, а вот пастыри почти все успели спрятаться за щиты, их там специально прикрывают.

— Собирай весь отряд и уводи на левый фланг за Грауштайн. Будете бить по сигналу, — сказал Рен. — Они начинают.

И действительно, вперёд выходили щитоносцы, выстраиваясь более плотными рядами, и только позади них уже выстраивались линиями лучники, и гурты постепенно начали движение к нашим позициям отдельными колоннами. На фоне наступающей армии наша куцая фаланга смотрелась совершенно несерьёзно, но я прекрасно понимал, что это не так. Защищённые гораздо более серьёзными рунными щитами, они могли совершенно не опасаться лучников, и задача их заключалась прежде всего в перемалывании врага. Даже если враг окружит фалангу, всё равно пробить строй они не смогут, так как система резонанса, выстроенная мной, просто не давала противнику шанса. Противник этого, естественно, не знал, поэтому и попёр напролом, как только стало светло.

— Дня через три должны подойти их тяжёлые осадные орудия, — сказал Рен. — Но думаю, им они уже не понадобятся.

С одной стороны фалангу прикрывала крепость, которая способна была простреливать своими огромными дыроколами как минимум несколько километров перед собой, а с другой, в сторону города, стояла почти сотня големов. Рен собрал их всех, боевых и рабочих, которые добывали на шахтах руду, и выстроил в одну кучу, и я был с его решением полностью согласен: потерять всех каменных дуболомов не так страшно как терять своих людей.

— Всегда можно позвать на помощь Бабая, — ответил Тарн.

— Скажи ему это сам, — улыбнулся я.

— Он меня не послушается, мастер Корвин, — сказал тот.

Сам Бабай тем временем занимался важным делом. По моей просьбе он охранял флот левиафанов. Хотя, если быть честным, просто бессовестно дрых на одном из них, греясь под лучами Красного Ока. Драка, которая должна была пройти рядом с ним, ему была совершенно неинтересна. Достойных противников здесь не было, а убивать просто ради забавы он не считал нужным, о чём мне и сказал фактически сразу. Правда, намекнул, что если будет трудно, то старший придёт и разберётся со всеми, кто обижает младшего. Так что были у меня задумки, как использовать его силу, но пока только на будущее. А сейчас же Бабай был вычеркнут из нашего сражения полностью.

Поэтому в резерве за основными порядками находились четыре отряда, которые Рен пока вообще не собирался выпускать в бой, а также несколько десятков практиков рядом с нами на башне, которые были только частью собранного засадного полка. Остальные оставались внизу. Всего же в этих отрядах было почти три сотни бойцов, и все эти люди откровенно меня порадовали после возвращения даже больше, чем достроенная башня.

— То есть сотню бойцов на закалке крови мы всё-таки смогли набрать? — сказал я ещё задолго перед рассветом, когда мы распределяли отряды и готовились к сражению.

— Немного больше, — ответил Рен. — Большинство пока на начальной стадии, конечно. Остальные в резерве на ступени закалки органов. Можно сказать, что лучшие из лучших.

Когда мы запускали второе Горнило, такая сотня только существовала в наших планах, а теперь эти люди были готовы драться за секту. И для того чтобы они стали сильнее, мне даже не понадобилось возвращаться. Оба горнила продолжали работать: бойцы проходили через них, восстанавливались, тренировались и постепенно добирались до следующих ступеней. Всё-таки приятно было узнать, что результатом твоего отсутствия стали не только накопившиеся проблемы.

Отряды были распределены между мной, Тарном и Наирой, а четвёртый Рен оставил под своим началом. Сам он собирался руководить боем с башни, передав людей одному из старших, и в этом я был с ним совершенно согласен: командующего, который бросит всю армию и сражение ради возможности помахать копьём, нам только и не хватало. Парень серьёзно вырос в этом деле. Может быть, в этом помог чудовищный опыт по командованию тысячами бойцов, а может быть, и те книги, которые я когда-то достал в хранилище и отдал ему, чтобы он учился читать и понимал, что такое тактика и стратегия.

— Пусть противник покажет сильных бойцов, — сказала Рен, чертя на разложенной на столе карте наши позиции. — Они будут бить по фаланге и истощать лучшие ресурсы, пока мы займёмся обходом и подготовкой основных ударов.

Первые выстрелы больших дыроколов, которые торчали из бойниц крепости, заставили монструозное строение вздрогнуть. В середине одной из приближающихся колонн вдруг образовалась полоса поваленных тел. Передние ещё продолжали бежать, не понимая, что произошло у них за спиной, но следующие уже спотыкались о своих, мешая друг другу обойти неожиданное препятствие.