С Реном мы договорились об этом ещё во время перелёта. Когда я сообщил, с какой стороны мы подходим, выяснилось, что основную часть гарнизона отсюда забрали, но небольшой отряд пока оставался возле прохода вниз. Рен велел им заканчивать сборы и ждать нас, чтоб потом не гнать лодку отдельно через Пределы, заодно предупредил, что корабли наши, а то я даже не представлял, что подумали бы караульные, увидев такую компанию и не зная, кто летит.

Сначала я планировал забрать их тоже на корабль, но в итоге передумал. Пусть лучше плывут за нами, когда увидят приближающийся флот. Останавливаться и тратить время на погрузку было излишне.

Убедившись, что лодка загружена людьми и только ждёт мой приказ, я тут же отдал распоряжение через навык и направил их в крепость. Поплывут они, конечно, медленнее, чем левиафаны, но это было не страшно: два десятка практиков не переломят ход любого сражения.

Последние отроги Костяного Хребта остались позади, уступая место самим Проклятым Пределам. До своей крепости предстояло пролететь ещё несколько сотен километров, но после всей предыдущей дороги это казалось совсем небольшим расстоянием.

Я даже успел подумать, что хорошо бы потом эти места рассмотреть сверху, уже без спешки. Однако тут же вспомнил, сколько у меня накопилось таких планов на потом.

Дом, милый дом.

Я так и сидел на загривке у Бабая всю оставшуюся дорогу до самого появления башни впереди. Причём заметил её издалека, даже привстал, придерживаясь за шерсть, чтобы получше рассмотреть верхние этажи. Они все десять были достроены, сверху тянулись линии зубцов, а лесов, которые я помнил по последнему посещению, больше не было. Получилось здоровенное сооружение, особенно если сравнивать его с повозками, стоящими возле основания.

Я ведь сам хотел строить с запасом, но теперь даже немного засомневался, не перестарались ли мы. Потом вспомнил, сколько людей веду за собой, и решил, что свободному месту ещё обязательно найдётся применение.

Причём дело даже не в размерах. Просто передо мной стояла законченная крепость-башня, а самое странное заключалось в том, что для её завершения я вообще не понадобился.

Пока меня не было, люди занимались своими делами. Никто не заморозил стройку до возвращения великого мастера Корвина, чтобы торжественно спросить, куда положить следующий камень. Всё работало автоматически и довело её до завершения.

Нет, наверняка они успели наделать такого, от чего я ещё буду за голову хвататься, не спорю. Вряд ли год строительства прошёл без решений, которые мне захочется немедленно переделать, улучшить или придушить человека, который их придумал. Но сама башня стояла, и это было главное. Серьёзный труд, который был проделан моей сектой. Так что всё-таки стоит, наверное, собой немного и погордиться, что я смог запустить механизм, в котором задействованы десятки тысяч людей, при этом не убивающих друг дружку по каждому удобному случаю.

Тем более из прошлой жизни я накрепко знал, что лучший руководитель — это такой, без присутствия которого дело продолжает спориться. И, кажется, у меня вышло.

Грауштайн показался чуть позже. Между ним и башней виднелись отдельные укрепления, возле которых стояли отряды, двигались повозки и монстрокавалерия. На одной из расчищенных площадок я даже разглядел несколько длинных стволов и понял, что пора выяснять, куда вообще нужно подводить корабли, чтобы не мешать своим.

Вот ведь какая гадость! Совсем недавно я был совершенно счастлив от того, что сумел отправить несколько слов на другой конец своих владений, используя азбуку Ривза, — настоящий прорыв, которым вполне заслуженно можно гордиться, — а вот теперь эта скорость казалась мне слишком медленной. Вдоволь попользовавшись корабельным коммуникатором и используя голосовые сообщения, я понял, что нужно будет серьёзно подойти к разработке нормальной связи, которая позволит общаться непосредственно голосом и тем самым сократит время передачи информации и её получения.

С другой стороны, конечно, не поспоришь: сигнал доходит быстро, претензий нет. Но пока один человек наберёт всё, что хочет сказать, а другой разберёт, обязательно появится ещё какой-нибудь вопрос, и снова сиди передавай, а потом жди. Не особо приятно заниматься этим, когда ты уже видишь собственную крепость, но ещё не знаешь, с какой стороны правильно подойти и что вообще нужно делать.

Нужно будет создать полноценную радиосвязь, тем более что особых препятствий-то для этого и нет, кроме моего незнания, как это всё работает на практике. Но здесь я что-нибудь изобрету. Зря я, что ли, Мастер Рун? Я представил себе лица людей, которые только недавно научились пользоваться азбукой Ривза, а теперь им нужно переучиваться на совершенно другую систему связи, и улыбнулся. Хотя там-то будет всё гораздо проще — чем проще, тем лучше.

Командование всей операцией я оставил на Рена и командиров секты, что было логично, потому что я совершенно не понимал того, что происходит внизу, и совершенно некомпетентен в связи с отсутствием полноценной информации.

Ответ Рена наконец пришёл и был прочитан. Разбирая сообщение я нашёл вытянутую гряду холмов южнее башни, за которой следовало спрятать флот. Крепость оттуда уже не разглядишь, зато и нас со стороны приближающегося войска никто не увидит. Решение было правильным.

— Алекс, нам за длинный холм справа. Только сверху не перелетай, обойди с этой стороны, — сказал я в корабельный коммуникатор. — Рен просит спрятать корабли, пока противник их не увидел.

— Все девять туда загонять? — уточнил на всякий случай друг. — Я впереди вижу ложбину, но рядом они там не встанут.

— Тогда растяни их. Какая разница? Нам сейчас красота не нужна, главное, чтобы над холмами ничего не торчало и подняться потом можно было, не цепляя соседей.

Корабли начали поворачивать, при этом сам манёвр получился небыстрым. Первый левиафан начал обходить холм, за ним потянулись остальные, постепенно растягиваясь, чтобы не мешать друг другу. Хотелось убрать их раньше, чем противник доберётся до места, откуда можно разглядеть флот, потому что такую здоровенную штуку ветками точно не закидаешь.

Арден поднялся к нам вместе с Тарном, когда флот начал снижаться, посмотрел на оставшуюся за кормой башню, затем повернулся ко мне. Тем, что происходило, он явно был не сильно доволен и сейчас хотел высказать мне всё, что думает. Это было очевидно.

— Твои люди пока не сходят с кораблей, — сказал я ему. — Я сейчас покину вас, вы остаётесь все здесь. Со мной идет только Тарн.

— То есть ты предлагаешь не участвовать нам в этой битве?

— Я обещал вам, что вы не будете участвовать в войнах. Но когда обещал, я не знал, что здесь идет война, а видишь, получилось так. Но я не собираюсь заставлять твоих людей расплачиваться за мои слова.

— Да хватит уже, — перебил меня Арден, неожиданно усмехнувшись. — Корвин, ты иногда говоришь так, будто мы всю жизнь цветы выращивали, а ты вдруг решил выдать нам оружие и отправить на убой моих людей. Мы воевали до того, как встретили тебя, воевали вместе с тобой и прекрасно знали, что когда-нибудь придётся сделать это снова. Какая разница, если придётся сделать это чуть раньше?

— И тем не менее, — упрямо продолжил я, — пока я не прикажу, вы участвовать в войне не будете. Подготовь своих людей, предупреди, но не более того.

— А вот сейчас ты очень обидно говоришь, — сказал Арден. — Воевать нам никто не запрещал. И если надо решать за моих людей, я знаю, что они хотят, и я решаю, и я скажу. Даже тот факт, что ты считаешь, что мы не обязаны в этом участвовать, — это неправильно. Здесь теперь наш новый дом, и мы готовы. Тем более что мои воины уже заждались.

— Чего заждались? — не совсем понял я.

— Нормального противника, — совершенно серьёзно ответил Арден. — Мы сорок дней сидели в этих древних бочках, а до этого бегали от Звёздного Дождя, сыпящегося прямо на голову. Думаешь, после этого мои воины откажутся размяться только потому, что ты когда-то пообещал им спокойную жизнь?