— Возьми Тарна или Сина, пусть помогут установить их в таком же положении на другие корабли, я отметил какие мы будем подключать. Только не запускайте их самостоятельно, поставьте и всё. Хорошо?

— Сделаем. Тут тебе помощь точно не нужна?

— Справлюсь.

После установки он всё равно уже ничем не мог помочь. Мы передвинули куб на его законное место, и теперь мне нужно было починить проводящие слои, так как за время, прошедшее с момента создания корабля, несмотря на то, что всё выглядело достаточно целым, внутри всё же появлялись весьма серьёзные проблемы. Несколько контактов, которые должны подходить к кубу, сейчас представляли из себя какое-то рунное месиво, хотя я даже не думал о том, что руны могут так плавить поверхность дерева. Сразу же хотелось спросить создателя, зачем он вообще придумал такую ненадёжную вещь, а не использовал металл.

Ладно, ещё проблемы были не слишком серьёзные, просто перевести контакты. Иначе тут пришлось бы повозиться гораздо дольше, чем два дня. За сорок минут я справился с основным подключением, и осталось главное — проверить весь корабль на неисправности и починить все возможные проблемы для того, чтобы подготовить его к полёту.

Первым делом я ограничил до минимума подачу этера и направил слабый поток по главной магистрали корабля, проверяя, как он проходит через весь корпус и возвращается обратно к сердцу.

У меня были надежды, что мне не придётся ползать по всему кораблю, перенастраивая ключевые энергетические потоки, тем более, что Резонансный Ключ позволял чувствовать даже небольшие потери. Сам корабль сохранился на удивление хорошо, и большинство связок принимали питание сразу. И чем дальше я двигался, тем больше у меня появлялось уверенности, что мы выбрали правильный корабль.

На корабле Стейни часть этих конструкций отсутствовала в принципе, причём раньше я даже не понимал, чего именно здесь не хватает. А здесь же можно было проследить каждое соединение и наконец-то разобраться, как всё должно работать без чужих переделок и попыток заменить одну руну тремя не сильно подходящими.

Ну, там понятна была ситуация: людям нужно было чинить корабль веками, не имея полных знаний о его структуре, и они использовали все доступные подручные средства. Передо мной же находился, пусть и не новый, но фактически только созданный и ни разу не летавший корабль, в котором всё было оригинальным.

Затем я понемногу запускал распределение по корпусу, выравнивал подачу на обе стороны и начал подключать остальное. Первая настоящая серьёзная неисправность обнаружилась ближе к корме, где одна из опорных связок забирала энергию, но почти не отвечала на управление. Несколько тонких линий под внешним слоем разошлись, разрывая общую структуру, хотя сама поверхность выглядела целой. Пришлось отсечь этот участок от питания, снять повреждённый рунный слой и вплавить восстановленный рисунок, сверяясь с сохранённой моделью, которую я снял с другого корабля. Так оказалось гораздо проще, и я потратил меньше времени на то, чтобы понять, куда здесь вообще нужно смотреть и что делать.

И вот так понемногу, шаг за шагом, я наладил подачу освещения, движение воздуха, в коридорах загорелся свет, и наконец-то корабль превратился из мёртвого существа в нечто огромное и почти живое.

Да, перед заселением нужно ещё кое-что будет доработать, но это было уже не так уж и сложно. На всю корабельную настройку у меня ушло чуть больше десяти часов, так что, можно было сказать, я перевыполнил свой изначальный план заниматься одним кораблём двое суток.

До оружия пока решил не добираться, ограничившись только проверкой того, что его питание можно надёжно перекрыть. Мне прежде всего требовалось убедиться, что корабль способен поднять себя, выдержать защиту и слушаться управления, а разбираться с тем, как стреляет древнее оружие, можно будет уже после того, как мы покинем верфь, благо времени будет полно.

Я настолько увлёкся работой с кораблём, что неожиданно появившийся за моей спиной Алекс меня даже немного напугал. Хотя, казалось бы, такое не должно быть в принципе возможно.

— Ты чего тут ходишь-бродишь, пугаешь меня? — спросил я друга.

— Корвин, так мы остальные сердца уже установили, — доложил он мне, с интересом исследуя освещённый коридор и тыкая в рунный светильник пальцем. — Тарн проверяет, хорошо ли их закрепили, а я бы хотел опробовать корону. Ты уже закончил или пока ещё ничего не трогать?

— А почему бы и нет? Я как раз собирался тебя позвать, — согласился я с ним. — Нужно проверить, как корабль будет выполнять твои приказы. Только с причала его пока не снимай, сначала убедимся, что он вообще способен себя удержать.

До управляющего мостика мы добрались вместе. Алекс по дороге несколько раз останавливался, заглядывая в открытые помещения, но я его не подгонял, сам продолжая проверять проходящие потоки под палубой. Под нагрузкой они могли вести себя совершенно иначе, чем во время настройки, и хотелось бы заранее знать, где придётся вмешаться.

— И что, прямо на голову? — задал он вопрос, вертя корону в руках, и примеряя её, но так и не решаясь надеть.

— Я не думаю, что от этого что-то зависит. Хочешь — держи в руках, хочешь — таскай как король.

Корону он решил всё-таки надеть, освобождая руки, подошёл к пульту, положил ладонь на управляющую пластину и некоторое время простоял неподвижно. Я уже собрался спросить, отчего не получается, когда почувствовал, как от сердца к верхним палубам прошёл ответный импульс. Алекс тут же повернул голову в сторону кормы, словно там находилось что-то особенно интересное.

— Он меня принял! — сказал друг восторженно. — Теперь я чувствую, что где находится, хотя ещё не во всём разобрался. Я могу закрыть дверь, через которую мы прошли, даже не подходя к ней.

— Не-не, даже не думай, — тут же сказал я. — Этот функционал я ещё не проверял, поэтому держись от него подальше. Лучше найди то, что отвечает за подъём корабля, и понемногу добавляй силу. Я хочу посмотреть, как корабль распределяет итоговую нагрузку.

Алекс снова сосредоточился, а я развернул своё восприятие, следя за недавно восстановленным участком. Корабль даже заскрипел от того, как потоки энергии постепенно проходили по его магистралям, но не останавливались. И чем большим количеством энергии заполнялся сам корабль, тем больше я понимал, что он вполне исправен и готов к полёту. Этера, конечно, расходовалось прилично, но для корабельного сердца это оказалось вполне посильной задачей. Никаких признаков проблем или срочного ремонта я в нём не чувствовал.

— Я могу его поднять и даже полетать, — сообщил мне Алекс, гораздо увереннее водя ладонью по пластине. — Если его отпустить, мы сможем отсюда вылететь?

— Да, — согласился я с ним, — сможем, но пока ещё рано.

Я дождался, когда Алекс уберёт подачу на подъёмные связки, после чего мы вместе покинули управляющий мостик и спустились с корабля. На причале обнаружились Син, Наира и Лиана, которые устроились за небольшим столиком, играли в карточную игру и о чём-то негромко разговаривали.

— Первый готов, — сообщил я, подходя к ним. — Если с остальными будет всё примерно так же, то мы справимся гораздо быстрее, чем я думал. Вас тут сильно приложило, когда тряхнуло?

— Я успела схватиться за ограждение, но какое-то время вообще не понимала, где у меня ноги, — ответила Наира. — Остальных тоже побросало, но обошлось без серьёзных повреждений. Мы потом проверили проход к подъёмнику, там тоже ничего не обвалилось, так что, можно сказать, всё нормально.

— А где остальные?

— Тарн отправился на поверхность, а Ашши и Лисс завалились спать, — сказала Лиана, убирая карты в сторону, судя по всему, проигрывала она сильно, так как была очень недовольна. Зато ехидная улыбка Сина говорила о том, кто побеждает в этой игре.

— Может, всё уже и прекратилось? Я чувствовал, что нас иногда трясёт, но больше похожего не было, — сказал я. — На корабль можете заселяться, там безопаснее, выбирайте офицерские каюты.