— Воинам, как и мне плевать, — ответил Арден, скривив немного губы, но читая его эмоции я видел что ему не всё равно.

Собирая ошейники сейчас, мы сильно упадём в глазах местных воинов, это было бы плохо. Так что после завершения всей сегодняшней заварухи, нужно будет отправить сюда десяток гвардейцев генерала, чтобы собрали необходимые нам ресурсы, под нашей охраной, само собой.

— Тогда этот вопрос отложим на потом, — решил я, не углублять тему. — Пожалуй стоит вернуться в крепость и поговорить с вашим Хранителем, чтобы понять, почему от одного взгляда моего товарища разбежалась половина армии врага.

Арден бросил взгляд в сторону леса, куда убежали Желтые Листья.

— Они не разбежались, они ушли передать весть, — ответил он. — теперь весь остров будет знать о возвращении Золотого.

И сейчас это зазвучала как настоящая проблема. Почему никогда не бывает просто?

Когда мы дошли до крепости, там уже разместили раненых и начали складывать трофеи. Вольные Копья действовали быстро. Оружие сортировали по длине и состоянию, доспехи сваливали отдельно, сумки проверяли и сразу делили между отрядами. Спорить из-за добычи никто не пытался. Видимо, у них существовал понятный порядок, кто и сколько получает после сражения.

Нас проводили в очищенное помещение на первом этаже донжона. Раньше здесь, скорее всего, находилась караульная, а потом Топотун использовал её как один из проходов к своему логову. Каменный пол был весь в глубоких царапинах, часть стены обрушилась, зато потолок оставался целым и внутри было относительно чисто. Для важного разговора место вполне подходило.

Хранитель Имён уже ждал нас там.

Сначала я решил, что Арден перепутал человека. Старик сидел на перевёрнутом ящике возле стены, грел руки над небольшой жаровней и выглядел так, словно его привели сюда не объяснять древние тайны, а чинить прохудившуюся крышу. Невысокий, худой, с короткими седыми волосами и в обычной коричневой одежде без украшений. Даже оружия при нём не было.

Только каналы оказались такими, что я остановился прямо на входе.

Они были идеальными. Не очищенными и восстановленными, как у Тарна после моей работы, а выросшими именно так, как нужно. Широкими, ровными и связанными между собой десятками дополнительных переходов. Этер двигался по ним медленно, без потерь, заполняя тело старика настолько равномерно, что определить его ступень сразу у меня не получилось. Являясь практиком последней стадии закалки Крови, он казался как минимум вровень мне по внутренней силе, что делало его очень опасным противником, несмотря на всю неторопливость движений и голоса.

Он поднял голову, посмотрел сначала на меня, потом на Алекса и недовольно нахмурился.

— Это не Золотой, — сказал старик.

Арден замер.

— Я видел глаза.

— Глаза есть. Золотого нет.

Алекс выдохнул с явным облегчением.

— Ну вот, — сказал он. — Разобрались.

— Не радуйся, мальчик, — Хранитель поднялся с ящика. — Было бы лучше, если бы я ошибся.

Он подошел ближе и протянул руку к лицу Алекса. Тот отшатнулся.

— Не трогай меня.

— А ты не бойся.

— Я не боюсь. Просто не трогай.

Старик усмехнулся и опустил руку.

— Характер есть, я чувствую в тебе настоящую силу воина.

— Давайте всё-таки начнем с объяснений, — вмешался я. — Что значит, глаза есть, а Золотого нет?

Хранитель вернулся к жаровне, пошевелил угли длинной железной спицей и только потом ответил:

— Если взять наконечник, насадить его на кривую ветку и обмотать верёвкой, получится копьё?

— Если воткнуть достаточно сильно, то да.

— Нет. Получится наконечник на кривой ветке.

— Тогда я не понимаю, зачем ты спрашивал.

— Значит, будет проще.

Он достал из-за пазухи две сложенные костяные пластины. Между ними проходила тонкая золотистая полоса. Никаких рун я не почувствовал, хотя внутри двигался слабый поток Этера.

— Дай руку.

— Сначала объясни, что собираешься делать, — сказал я.

— Проверить имя.

— Как?

— Увидим.

— Нет.

Я забрал предмет раньше, чем старик успел передать его Алексу, но тот был и не сильно против. Проверил Ключом, затем развернул Архитектора Основ, пытаясь понять устройство. Внутри находилось несколько бурлящих слоёв энергии, но ни один не был похож на рунную связку. Пластина принимала этер, пропускала его через золотую полосу и возвращала обратно. Никакого накопителя, способного ударить по человеку, или другой явной опасности не обнаружил, и это меня пугало. Незнакомая настоящая магия, гораздо страшнее, когда ее не понимаешь.

Зато почувствовал слабый отклик короны из пространственной сумки.

— Корвин, отдай, — сказал Алекс.

— Подожди.

— Ты всё равно не понимаешь, как она работает.

Возразить было нечего, и от этого я разозлился ещё сильнее.

— Именно поэтому не собираюсь разрешать проверять её на тебе.

— Это происходит со мной, — сказал Алекс. — Не с тобой.

— А вытаскивать тебя потом кому?

— Тебе. Но сначала дай узнать, откуда вытаскивать.

Он протянул здоровую руку, даже не спрашивая разрешения и не стал смотреть, согласен ли я. Просто ждал, когда я отдам их ему.

Наверное, можно было приказать ему ждать и попросту забрать пластину с собой. Только тогда мы остались бы ровно там же, где находились сейчас. С золотой формой, которую не понимали, и дворцом в центре острова, который каким-то образом был с ней связан.

Я, немного поколебавшись, отдал предмет.

— Если почувствуешь что-нибудь чужое, или давящее на сознание или пытающееся заставить тебя делать что-то нетипичное, сразу отпускай.

— Хорошо.

Алекс без особых раздумий, словно делал так каждый день, зажал пластину в ладони.

Золотая полоса вспыхнула практически сразу. Свет прошел по пальцам, поднялся к запястью, а затем глаза парня снова изменились, я почувствовал, что внутри друга разворачивается знакомая золотая и безумная сила.

Но только безумие не пришло, стало хуже. Алекс исчез, нет, физически он продолжал находиться передо мной, точнее его тело, он дышал и держал пластину. Только через свои навыки я больше не чувствовал его эмоций, и личности. Там не осталось вообще ничего, словно вместо друга появилась пустая живая оболочка.

Я ударил его по руке и выбил пластину, золотая полоска тут же быстро замигала, теряя связь и погасла. Алекс вздрогнул, вдохнул, возвращаясь в своё тело, и недоумевая, уставился на меня.

— Ты чего?

Я не ответил. Несколько мгновений просто держал его за плечо и проверял что он действительно вернулся. Сердце Алекса билось слишком быстро, по каналам двигался этер, а вместе с ним чувствовалось обычное, живое раздражение. Всё в порядке.

— Нет имени, — вздохнул Хранитель и наклонившись поднял пластину с каменного пола.

— Меня зовут Алекс.

— Хорошее имя, но оно не делает тебя Золотым, — ответит тот и замолчал, показывая, что разговор окончен, вот только я считал, что нет.

— Я хочу знать, что это значит, — сказал я. — Раз ты Хранитель и знаешь, что мы чужаки на вашем острове, я хочу говорить и понимать, как наше место здесь, так и вашу жизнь. От этого зависит выживаемость моих людей и шанс покинуть остров, чтобы вернуться домой.

— Ваш дом не там, — ответил тот.

— А где тогда?

Старик показал пальцем сначала на потолок, потом провёл рукой вокруг, словно этого должно было хватить для объяснения.

— Здесь. Наверху.

— В этой полуразрушенной крепости?

— На островах, — терпеливо уточнил Хранитель. — Здесь рождались первые человеческие города и практики. Здесь строили корабли. Отсюда люди спускались вниз, когда им это было нужно, а потом возвращались обратно.

У меня появилось неприятное чувство, что мы снова начали говорить одинаковыми словами о совершенно разных вещах. Для старика острова были человеческим миром, а всё, что находилось под ними, представлялось чем-то вроде дальних земель. Для меня же верх до недавнего времени вообще, практически не существовал. Там находилось небо, а если подниматься слишком высоко, то можно было замёрзнуть, задохнуться или просто свалиться вниз.