— Зато я был там, — сказал Тарн и поежился. — Появление практика ступени ядра — не самая приятная вещь, в которой стоит участвовать. Если бы не Скоба и его парни у дырокола, все закончилось бы очень плачевно для нас всех.

— Таких героев надо всегда брать с собой, — сказал Син.

— Ну, сделать большой дырокол прямо сейчас у меня не получится. Нет материалов и возможностей, — ответил я. — Но кое-что другое я придумаю. Есть у меня пара мыслей, над которыми стоит поработать. Но для этого мне нужно время.

— Нет, ждать не будем. Раз пришли, надо сразу его грохнуть и идти домой. — не согласился со мной Син. — Я схожу и посмотрю издалека, никакая образина меня не почует.

— Ты уверен, что сможешь уйти в случае проблем?

— Закройте глазки и сделайте вид, что меня здесь нет, — сказал бывший дознаватель, не отвечая на вопрос и разворачиваясь в сторону леса.

Сколько я ни расспрашивал про его навык ухода в Тень, он мне всегда рассказывал всякие небылицы и ни разу не сказал правду. Поэтому, как это работало, мне было неизвестно. Техника, которую он получил где-то на болотах или в школе, которую проходил вместе с мастером Цао, или, может быть, она досталась ему еще раньше — все это было окутано его болтовней, легендами, сказками и всякой разной чепухой, которую не стоило принимать всерьез. Но факт оставался фактом. Син умел превращаться в нечто подобное невидимке и очень хорошо этим пользовался.

— О каком командном духе можно говорить, если меня все остальные друзья не слушаются? — сказал я тихо и услышал только, как рядом кашлянул подслушавший меня Тарн. — Что, смешно тебе?

— Нет, мастер Корвин, — улыбнулся он. — Просто ты слишком заботишься о своих друзьях. Мы все взрослые и разумные люди, каждый в свою меру и прекрасно понимаем, что и как работает. И любые риски, которые мы принимаем, мы принимаем их на себя, а не отдаем другим.

— Верно, — согласилась Наира. — В этом плане наша компания мне весьма нравится.

— Есть планы, в которых мы тебе не нравимся?

— Затянувшиеся приключения мне не нравятся, — ответила та. — То, что я не знаю, что творится в моем гарнизоне с моими людьми, за которых я несу ответственность, мне не нравится.

— А мне нравятся ваши приключения, — сказал Алекс. — Мне Син всё рассказал с самого начала. И Тарн много чего рассказывал. Как и демонов победили, и как летали на корабле за мной. Я считаю, это вольная жизнь, когда ты можешь делать всё, что захочешь, и тебе не нужно оглядываться на других. Тем более, мы же именно об этом и мечтали тогда у озера.

— Ты просто слишком молод. — не согласилась с ним, Наира, — и у тебя нет ответственности за тех людей, которые тебе подчиняются. Смотри на Корвина, — она показала на меня. — За ним стоит целая секта, десятки, если не сотни тысяч человек, которые в него верят и которые слушаются каждого его приказа. Он спас их, он вытащил их из Ямы и дал им надежду на завтра. Ну что говорить, если он спас меня и Тарна. И вернулся за тобой. Где ты здесь видишь вольную жизнь, когда у тебя на плечах висит целая гора обязательств и чувство, что только ты можешь сделать то, что делаешь?

— Ну, — здесь парень стушевался, не зная, что ответить, а я посмотрел на него по-другому.

А ведь он действительно гораздо моложе меня, хотя в реальной жизни старше почти на год. Просто разница между мной и им сейчас уже не просто в силе, но и в развитии личности и тех поступках, которые сделали нас самими собой. Он так и остался ополченцем Великой Степи, получившем золотое безумие и сражавшимся с демонами, и потом и вовсе, лежал в медикаментозной коме, в то время как я… А, к чёрту всё это. Нужно убить зверя и вернуться домой.

— Давайте разговоры будем говорить после того, как сделаем дело, — сказал я, чуть громче привлекая внимание. — Держите.

Каждому из присутствующих я раздал по десятку рунных бомб, а также несколько сфер очищения. На всякий случай, может быть, на зверя они будут воздействовать. Гвардейцам же ничего не дал. У них своих бомб хватало, и пользоваться ими они точно умели. Поэтому сейчас я видел, что в рюкзаке каждого бойца Ринго находилось как минимум по пять или шесть самодельных рунных бомб, созданных мастерами в Степном Цветке.

Ждать Сина пришлось дольше двух часов. За это время мы окончательно перенесли лагерь ниже по склону, а я разобрал ошейники, снятые с местных аборигенов. Металлические обручи были грубой работы, их можно было выкинуть. Зато кристаллы могли пригодиться и могли объединяться между собой практически без потерь на переход энергии. Управляющие связки спокойно работали с рунами, что создавало достаточно уникальную синергию для этих непонятных мне артефактов, использующих незнакомую магию.

В ожидании друга я склепал камни все вместе через рунные связки и создал огромнейший накопитель, способный выдать разово невероятное для меня количество энергии. И именно в этот момент, когда я закончил, из тени ближайшего дерева буквально вывалился Син, так, как будто он прошел сквозь него. Он рухнул на колени и несколько раз глубоко вздохнул. По всей одежде тянулись полосы пыли, а на плече виднелся длинный разрез.

— Ты как? — подскочил я к нему.

— Об косяк, блин. — ответил он привычно ворчливо. — В следующий раз, когда буду вызываться добровольцем, напомни мне про этот случай.

— Вина? — спросила Наира и протянула ему флягу. Син тут же сделал несколько глотков, и после этого явно стал поспокойнее.

— В общем, так, сразу хочу сообщить хорошую новость. Зверюга там не является практиком ступени ядра, так что убить его можно.

— Это хорошо, обнадеживает, — согласился Тарн. — А теперь что плохого?

— А то, что эту дуру хрен пробьешь. Этот бронированный зверь лежит во внутреннем дворе возле донжона и на первый взгляд похож на груду камней. Я чуть мимо не прошел, пока он глаза не открыл. Страху натерпелся, жуть. Он же не фонит. Я не чувствую его этер.

— То есть ты прошел прямо рядом с ним?

— Я прятаться хотел, чтобы рассмотреть, что дальше будет, — ответил Син и сделал еще несколько глотков. — Хорошо, спохватился в последний момент и решил посмотреть, что чуть дальше находится. Сделал пару шагов, а там глаз открывается размером с мою голову.

— Ну получается, что он тебя тоже не почувствовал.

— Наоборот, — ответил практик, — меня он как раз почуял. Просто я для него как букашка, проблем не представляю, поэтому я тихонечко и ушел. Пару раз шмякнулся о камни, но смог выплыть, вот поцарапался сильно. Правда, вдогонку он мне подарочек все-таки послал.

Син вытащил из-за пазухи острый каменный шип длиною с мою ладонь. Один край у него был обломан, а второй заканчивался тонким, как игла, острием.

— Вот такими штуками он пуляется очень далеко, шагов на пятьдесят точно.

— Это дело осложняется, — сказал я и поморщился. — Бронированный зверь — это гораздо более серьезная проблема.

— Может, просто его взорвем? — предложил тут же Тарн.

— Может и взорвем, — согласился я с ним, обдумывая идеи, которые начали складываться практически сразу. Не целиком, но общие куски уже были в моей голове. — Но потом.

Бронированный зверь, стреляющий шипами — не самая удобная дичь для охоты. Стоит ему только выбраться за пределы крепости, и он поубивает половину отряда, и сделает это достаточно быстро. Такой вариант мне совершенно не нравился. Обычную ловушку делать нет никакого смысла, бронированного там не удержать. Яму он просто не заметит, даже если провалится, вред ему не нанесешь. Так что нужно подумать о другом варианте.

Я поднялся на склон, снова начал разглядывать пространство перед крепостью и отмечать будущие точки ловушки.

— Нужно будет поставить шесть столбов, — сказал я, когда остальные собрались рядом. — Поставим их вот здесь, и здесь, и там, правильным шестигранником. Расстояние между противоположными — шагов двадцать. На каждом из них я нанесу рунные связки, которые зверя должны будут остановить. В идеале.

— А как на практике? — спросила меня Наира.