— Я готов написать и передать вместе с моим письмом вашему господину о том, что сотрудничать в планах торговли и взаимовыгодной я готов только с вами и людьми вашего рода, — добавил я небольшую сладкую пилюлю в сторону собеседника. — Не вижу смысла менять проверенных, опытных, а главное, мудрых людей, с которыми мне уже довелось встретиться и пообщаться, на непредсказуемость тех, кого могут прислать вместо вас.
— Благодарю, это будет очень признательно с вашей стороны, — сказал он. — Ну, раз уж мы предпочитаем торговлю войне, тогда, может быть, перейдем к делу? Все-таки слова о мире звучат красиво, но по-настоящему людей скрепляет только выгода. Стоит позвать кого-то из ваших людей для того, чтобы поговорить о том, чем мы будем торговать?
— Об этом можете не беспокоиться, — улыбнулся я максимально широко. — Торговать с вами сегодня тоже буду я. Знаете, иногда стоит расслабиться и немного вспомнить старые добрые времена.
Такой разговор мне нравился куда больше, чем всякие политические танцы с непонятным эффектом и тем, что может вылезти в итоге. Судя по всему, мы прощупали друг друга достаточно для того, чтобы понять, что угрозы никто из нас не представляет. Во всяком случае, если в ответ не будет совершено каких-либо враждебных действий. Так что можно было сказать, что мы заключили временный союз. Так что настало пора удивить моего собеседника настоящим чудом.
Я нисколько не стесняясь, показал торговцу пространственную сумку и начал выкладывать оттуда товар. Сначала перед торговцем легли всего лишь три предмета. Рунный нагреватель, представляющий из себя небольшую каменную пластину размером с ладонь, покрытую мелкой рунной вязью. Затем точно такой же охладитель, практически ничем не отличающийся от первого изделия. Ну а третьим оказался рунный светильник, небольшой цилиндр, который светился ровным тёплым цветом, стоило только влить в него каплю этера.
На этот раз никаких комбинированных изделий я делать не стал и, кроме того, сознательно максимально отгородился от тех изделий, которые когда-либо изготавливал в Шэньлуне. Да, от классики и того, что могло пригодиться в любом случае любому торговцу, я отказываться, конечно, не стал, но переработал их максимально творчески и сделал более интересными как на вид, так и структурно для того, чтобы при сравнении изделий торговца из Шеньлуна и из Проклятых пределов разница была очевидна. Делали другие люди и совершенно по-другому. Возможно, стоило и имя себе придумать другое, но раз уж здесь я остался Корвином Андерсом, то деваться было некуда, слишком многие знали меня под этим именем. Впрочем, мало ли Корвинов бродит по миру Сферы.
Реджеб потянулся и первым делом к нагревателю. Я кивнул, разрешая, и смотрел, как он взял пластину и вертел в руках, проводя пальцем по рунам. На финальной стадии закалки кожи он спокойно чувствовал этер, и, судя по тому, как расширились его зрачки, он прекрасно понимает заложенную в артефакт работу, а он не так то прост, и явно немного разбирается в рунах.
— У секты собственная школа рунного мастерства, — добавил я. — Её ведёт рунный мастер Брин, создавая эти великолепнейшие изделия. Очень советую оценить охладители. Они не только могут сохранять продукты свежими в течение долгого времени, но и охлаждать пространство в жару, тем самым делая жизнь в наших не самых удачных краях достаточно приятной. Отдельно хочу добавить, что любой из этих предметов может использовать человек, даже не обладающий способностью чувствовать этер. Достаточно прикоснуться вот к этому выступу. Встроенные накопители позволяют им работать самостоятельно как минимум несколько дней, а рунные светильники могут работать месяцами.
— Признаюсь, это великолепная работа. — Торговец отложил нагреватель обратно в сторону на ковер с такой осторожностью, словно боялся его повредить. Но при этом я видел, как алчно загорелись его глаза, и понял, что он готов продать душу за то, чтобы начать торговать со мной данными вещами.
— Мы готовы продавать их достаточно серьезными партиями, как минимум несколько десятков штук каждого изделия. Работа кропотливая и достаточно долгая, но, тем не менее, у нас есть достаточно серьезные возможности для того, чтобы попробовать расширить производство. Для этого мы будем привлекать местное население и расширять нашу оружейную школу, всё зависит от вашего интереса и запроса.
— Вы явно подготовились к нашему приходу. Это похвально.
— Торговля, это двигатель всего вокруг, — сказал я. — И у нас достаточно серьезный список запросов того, что нам необходимо, чтобы наладить жизнь секты и наших людей на этих землях.
— Достойные слова, — ответил торговец, внимательно изучая следующий предмет.
— Но это еще не все. — Я достал из сумки небольшой деревянный футляр и открыл его. — Есть у нас вещи и посерьезнее.
В футляре лежало двенадцать пилюль, разложенных по четырем рядам. Причем это были самые простые из того, что производила школа алхимика Хуа. Но для внешнего мира даже они были достаточно серьезной редкостью. Это я знал по собственному опыту.
— Перед вами четыре вида пилюль. В первом ряду, пилюля прорыва. Я думаю, не стоит рассказывать о её значении и том, что она делает. Второй ряд предназначен для перехода на начальную стадию закалки костей. Третий и четвертый, соответственно, далее. Здесь, конечно, ничего необычного, базовые пилюли, но они чистые и без побочных эффектов.
— Как я понимаю, школа алхимии вашей секты тоже достаточно серьезная. — Сказал Реджеб медленно. — Вы же понимаете, что только одна эта коробка меняет расклад сил во всем регионе?
— Ну, здесь для нас стоит совершенно другая проблема, — сказал я, стараясь выглядеть максимально честным. — Я готов вам предоставить эксклюзивное право на перепродажу пилюль за пределами моих земель, но взамен нам нужны достаточно стабильные поставки для того, чтобы создавать их снова. Нам не хватает ядер духовных зверей, и чем крупнее и чище, тем лучше. То, что вы видите, по сути, это все, что у нас сейчас есть готовое для продажи.
— То есть для своих людей вы все-таки находите возможность производить такие пилюли?
— Боюсь, что нет. Это старые запасы, которые прошли с нами весь наш долгий и замысловатый путь сюда, — со вздохом сказал я. — Но не предложить их я не могу, потому что только вы можете поспособствовать тому, чтобы эти пилюли появились и у моих людей, и у вас в достаточном количестве. — и я вновь подсластил разговор, — станем сильнее мы, и станете сильнее лично вы и ваш род.
Судя по улыбке, тронувшей уста торговца, эти слова достигли адресата. Следующие полтора часа пролетели незаметно для меня, потому что мы оба достаточно яро и жестко, но совершенно без злости торговались, так как прекрасно понимали цену того, что лежит перед нами. Караванщик тоже занимался прежде всего покупкой духовных ядер зверей и сейчас с огромным удовольствием продал мне все те пять десятков, что были у него в небольшом сундучке. Помимо этого, мне в подарок досталось три бочонка вина, которые он планировал продать Хельту, ткани, письменные принадлежности и много всего разного, в том числе и огромный мешок вкуснейшего чая, который мне очень понравился.
В итоге всё закончилось с разгромным счётом. Количество товара, которое было у меня, позволяло мне выкупить всё, что было у караванщика, до последнего копыта у верблюда вместе с охраной и всем остальным. Поэтому мы сошлись на определённом договоре, согласно которому я предоставлял ему в долг некоторые предметы для того, чтобы, продав их, он смог мне вернуть их нужными товарами и услугами. Так что в накладе я не остался, тем более что такую мелочь мастера Горбуна изготовили бы за день. Но не говорить же об этом торговцу, пусть думает в том направлении что я ему дал.
Для составления договора пришлось привлекать Наиру и одного из писцов из каравана, чтобы составить огромный список вещей, которые должны будут прийти через два месяца на нашу территорию в счет будущей торговли и долга. И кроме того, я пообещал, что к возвращению караванщика ассортимент немного расширится.
