— Я помню, что велел. — Он обернулся. — Ты правильно сделал. Если бы ты дёрнул эту штуку, не зная, как она крепится, мог бы убить её.

— Верно. — я понял, что он говорил о своей жене, а не о твари. — Мастер, нужно разобраться с этой штукой.

— Это точно. — он уже полностью вернулся в своё привычное состояние и теперь сосредоточенно думал. — Я никогда не слышал о таких тварях, и что они делают, даже общего предположения нет. Возможно, что, забирая этер, он выключает сознание и воздействует на душу. Она же дышит и реагирует на боль, на щипки точно, я проверял. И она была разумной, осознающей что делает и в сознании, пусть и подчинённом, когда я освобождал ее.

Он сел обратно на табурет.

— Любая попытка влить энергию напрямую, через каналы, будет работать против нас, потому что мы будем его кормить. Верно?

— Верно.

— Вырезать его тоже нельзя. Мы не знаем, что он держит. Если он удерживает её сознание, и мы его уничтожим, сознание может уйти вместе с ним.

— Согласен.

— Тогда что ты предлагаешь?

Вот тут я замялся, потому что предлагать мне было что, но звучало это даже в моей голове довольно безумно. Я потёр переносицу, вздохнул и начал излагать.

— Проблема в том, что паразит контролирует каналы. Всё, что идёт по каналам, он забирает. Но мы можем обойти каналы, вообще не трогать их.

Цао нахмурился.

— Это как?

— Пространственная рунная магия, — сказал я, и по выражению его лица понял, что сейчас придётся объяснять долго. — Мастер, пространственные руны не работают с материалом напрямую. Им не нужен проводник. Они деформируют пространство вокруг объекта, а материал, тело, кожа, что угодно, служит только якорем. Точкой привязки для геометрии. Мои татуировки, за которые вы меня ругаете, они как раз сделаны для этого.

— Я не рунник, — покачал головой мастер. — Я вижу только, что твоя шалость с рисунками на теле удалась, раз твой зверь еще жив. Как это будет выглядеть и что это будет делать?

— Если проще, то вот. — я показал предплечье. — Мы ставим две татуировки. Одну на вас, одну на неё. Ваша работает как источник, её как зеркало. Ваш этер идёт не в её каналы, он идёт через пространственную складку, минуя каналы полностью, прямо к узлу. Но не внутрь узла. Вокруг.

Я нарисовал пальцем на столе круг, потом обвёл его вторым кругом пошире.

— Этер обволакивает паразита снаружи, формирует замкнутый контур. Вихрь не может его поглотить, потому что контур не проходит через каналы, он существует в складке пространства, которая физически не пересекается с меридианами. Паразит оказывается внутри капсулы, которую не может прорвать, а каналы остаются чисты, он больше не будет их контролировать.

Цао молчал. Думал. Я видел, как он перебирает мысленно то, что я сказал, проверяет идею на прочность. Не доверяет, и правильно делает.

— Откуда ты знаешь, что пространственная складка не повредит ей? Ты говоришь об искривлении пространства внутри живого человека.

Хороший вопрос. Я бы даже сказал, отличный.

— Складка микроскопическая. Размером с ноготь мизинца, может меньше. Я не пространство комнаты сворачиваю, я формирую точечный карман вокруг одного объекта. Ткани она не затронет, потому что работает на другом уровне. Это как… — я замялся, подбирая сравнение, и выдал первое, что пришло в голову. — Как пузырь воздуха в воде. Вода вокруг него есть, пузырь внутри есть, но они не смешиваются.

— А если пузырь лопнет?

— Контур держит зеркало. Пока татуировка цела, и вы подаёте этер, контур стабилен. Паразит обездвижен. А дальше мы решаем, как его убрать, не торопясь, с холодной головой.

— Это понимаю. Но чем это поможет ей? Этера всё равно нет, узел скрыт. И соответственно, нет приходящего этера, для напитки каналов.

— Та же руна, мастер. Закрыв паразита, она будет питать каналы, выполняя роль узла и распределителя. Тем самым мы проверим что даст для Лин наполнение каналов, если что-то пойдёт не так, обрубим и уберем буквально за пару секунд.

— Хорошо. Когда мы сможем начать?

Блин, я смутился. Теория — это хорошо, а вот практика подводит. Но всё же ответил.

— Несколько дней, я хочу сначала проверить теорию на зверях, сейчас, когда я понимаю, что и как это будет работать, два духовных зверя вполне помогут провести первичный опыт и дать оценку работы. Если выгорит, то будем пробовать.

— То есть себе, — мастер указал на мои рунные татуировки, — Ты бахнул, даже не думая о том, что это может тебя убить или навсегда лишить этера и возможности быть практиком? Надо было тебя как следует палкой отходить за безумие!

— Зато работает. — я пожал плечами, поднимаясь. — Мастер, у меня есть такие моменты, когда я ЗНАЮ, как это будет работать и что будет делать, правда только со мной. В нашем же случае, лучше перебдеть.

Утро было уже в разгаре, жаркое и яркое, и у колодца толпились деревенские. Гань Тьеши что-то объяснял Ло Фэну, размахивая руками, Гань Мэй перебирала просо на расстеленной рогоже, двое других таскали воду. Обычная жизнь, которая продолжалась своим чередом, пока в запертой комнате женщина тихо дышала с паразитом в груди. Бр-рр-рр, не хотел бы я себе такой участи, может бомбу в себя засунуть? Чтобы не достаться никакому уроду и не попасть в рабство.

Я зашёл к себе, достал тетрадь и начал считать, не отвлекаясь на еду и людей. Нужно максимально сосредоточиться, сейчас ошибка стоила жизни. Принцип тот же, а последствия несопоставимы.

Базовый контур якоря я набросал за час. Две зеркальные структуры, соединённые мостом. Передатчик на Цао, компактный, на внутреннюю сторону предплечья, где кожа тоньше и этер ближе к поверхности. Приёмник на Лин Шуай, симметричный, сделаем на запястье, рядом с точкой, через которую я входил щупом. Мост между ними, это самое сложное, создать резонансное сопряжение двух якорей.

Всё выглядело просто, как и всегда, когда Цао активирует свою татуировку, приёмник на жене отзывается, и между ними возникает канал. Складка, через которую этер мастера попадает напрямую к центральному узлу, огибая все двенадцать меридианов и все капиллярные ветки.

Но формировать кокон вокруг паразита будет уже не этер Цао. Его энергия только питает контур, держит складку открытой. Сама капсула, оболочка вокруг вихря, создаётся геометрией рун на приёмнике. Придётся забить ей всё предплечье, и вот здесь уже было невероятно сложно, это уже не пара рунных связок, это уже артефакт, который задаёт форму пространственного кармана, такого же, как в шкатулке, только вывернутого наизнанку. Шкатулка прячет содержимое от мира. Здесь карман прячет мир от содержимого. Паразит внутри, всё остальное снаружи. И задача была в том, чтобы капсула дотянулась до ядра, и поглотило его, сработав на триггер твари находящейся внутри.

На бумаге выглядело убедительно. В голове, чуть менее.

К полудню я понял, что мне нужно отвлечься, иначе начну считать по четвёртому кругу и запутаюсь окончательно. Вышел на воздух и обнаружил Гань Тьеши, который стоял перед кучей зерна с выражением человека, столкнувшегося с непредвиденной проблемой.

— Зерна много, — сказал он, жалуясь, когда я подошёл. — Мельницы нет. Даже не предусмотрено в долине. А камнями перетирать мы неделями будем, такой урожай не переварить, если выхлопа мало.

— А как сейчас мелете? Покажи. — пришло время мне удивляться, о таком я вообще не думал.

Он поднял два плоских камня и показал, как несколькими движениями зерна перетираются в муку.

— Нда. — почесал я голову. — Неожиданно.

— Мы нашли два жерновых диска, но они весят много. — пожаловался Гань. — но там надо ставить вола, чтобы крутить, человеку не под силу будет.

Жерновые диски лежали за дальним домом, приваленные к стене и наполовину вросшие в землю. Массивные, из серого гранита, толщиной с две ладони каждый. Нижний, стационарный, был плоским, с неглубокой бороздкой для муки. Верхний, бегунок, имел отверстие посередине и насечку на рабочей поверхности, стёртую, но читаемую.