Ну а когда видна структура полностью, понимать, что она такое и для чего создана, становится легче. Пусть только и на одном конкретном примере. Так кластер фильтрации этера я нашел сразу. Самая полезная функция, позволяющая мне без вреда сожрать кучу ядер зверей, была аккуратно пристроена с самого низу и работала даже сейчас в фоновом режиме, очищая капли этера для внутреннего потребления.

Следующие четыре заставили меня только гадать, что это такое и откуда тут растёт логика, они были не активны, и практически ничего не потребляли. А вот последний кластер, был иным, отличаясь прежде всего тем, что он работал, постоянно, и довольно активно, выпуская импульсы куда-то за пределы решетки, в ту самую бесконечность.

Импульсы, ровные, как удары метронома, шли раз в пять секунд. Крошечные порции этера, поднимались по позвоночнику вверх, проходили сквозь решётку, просачивались через маслянистую преграду между вторым и первым слоями, и уходили наружу через физическую оболочку Камня.

Интересненько… Это же оно да? Это мой маяк и надсмотрщик? Устройство и метка, которая следит за мной? Ожидания оказались совершенно несоизмеримы с реальностью, мягко говоря. Я видел, как камень отправляет данные, он сам мне об этом говорил в моменты весьма специфические. Когда получил уровень за убийство и когда я оказался под звездным дождём. И вообще, когда погиб полковник, Система выдала мне что, я могу провести слияние с камнем и что я являюсь частью артефакта, так же, как и он частью меня.

Тогда я этого не сделал, и сейчас бы я этого не сделал. Так что же ты такое? Сторонний артефакт, связанный с Системой и следящий за мной, или часть всего огромного и непонятного механизма под названием Система. Куда уходят эти данные? Получается, что где-то далеко за хребтом, а может в совершенно другом измерении, или вообще за пределами Сферы, кто-то только что получил очередной пакет данных обо мне. О моём пульсе, и моих навыках. О том, хорошо ли я поел, что сделал и как.

Кто бы это ни был, Киану, или те самые Древние, создатели Системы, те, кто засунул сознание Андрея Красникова в тело Лео Фарелла, кто бы ни стоял на принимающем конце этого ручейка. Они знали обо мне всё, с самого первого дня.

Вопросов, теперь очевидных и которые я не слишком хотел себе задавать стало больше, чем ответов. Что уже привычно, но всё равно сильно выбешивает. Зачем собирать данные? Зачем наблюдать? Зачем давать мне Систему, навыки, артефакт, всё для того, чтобы расти и становиться сильнее, и при этом следить за каждым шагом?

Это такой эксперимент или вообще развлечение какого-нибудь бессмертного, которому скучно? Ладно. Допустим. Пусть следят. Но мне от этого нисколько не легче, потому что слежка подразумевает контроль, а контроль подразумевает возможность вмешательства. Сегодня они наблюдают, а завтра они решат, что наблюдаемый пошёл не туда, и дёрнут за поводок. Или выключат Систему. Или активируют какой-нибудь кластер, который отвечает за самоуничтожение реципиента и пиши пропало. С учётом энергии находящейся в Камне, бахнет будь здоров.

Паранойя? Может быть. Но паранойя уже спасала мне жизнь, так что я был к ней благосклонен. Я закрыл глаза и начал думать. Маяк нужно заглушить. Разрушение слишком рискованно, а сделать так, чтобы импульсы никуда не уходили, но кластер продолжал думать, что работает. Обмануть систему изнутри.

Почти сразу я понял, что не получится. Нужно разобрать архитектуру всего камня, чтобы сделать заглушку. Заглушить в принципе не сложно, я смогу перехватить сигнал и переделать контур в замыкающий пусть данные бегают по кругу и никого не колышет. Явная проблема была только со стороны приёмной станции. Там то точно ждут сигнала и любое его нарушение будет задекларировано и будут ответные действия неизвестного мне характера, вплоть до моментального десанта уберсильных практиков прямо ко мне на голову.

Значит задача ясна. Скопировать и изучить всё что есть внутри артефакта, понять логику внутренних событий и функций, чтобы найти приёмник. И только после того, как я грохну приёмник, можно будет глушить сигнал. И лучше для этого быть подальше от дома, чтобы прискакавшая туда кавалерия, не нашла ничего кроме выложенного на земле ругательного символа, или лучше даже слова, земного.

Теперь у меня есть план и есть куда и к чему стремиться! Сам камень выкидывать я всё же не буду. Син был прав, он пригодится, особенно когда я смогу его доработать. Ведь он же является активатором Системы у меня. А вдруг можно активировать и любого другого?

Следующее, о чем, точнее о ком я подумал, это Лин Шуай. Если щуп с накопителями способен так глубоко проникнуть в рунную структуру артефакта, считать каждый узел, то что мешает сделать то же самое с этерными каналами живого человека? Каналы ведь та же структура. Узлы, потоки, соединения. Другой материал, живая ткань вместо металла и камня, но принцип тот же. Русла, по которым течёт энергия.

Мы не знаем причину того, что с ней происходит, но она жива, а сейчас у меня есть инструмент, которого раньше не было. Я вышел из погружения, вытер нос тыльной стороной ладони и посмотрел на красное пятно. Пара капель, не больше. Прогресс по сравнению с прошлым разом.

Спать я не собирался. Мысль про Лин Шуай засела в голове и не отпускала, как заноза под ногтем. Три месяца она лежит в запертой комнате и только дышит. Цао питает её этером каждый день, вливает в каналы порцию за порцией, и каждый день всё уходит в песок. Всё бесполезно. Он не говорит об этом, но я вижу, как он выходит из той комнаты. Среди нас нет тех, кто мог бы не вылечить, а хотя бы дать понимание что с ней не так.

Идти к нему сейчас, посреди ночи, с идеей, которая ещё не оформилась до конца? Или подождать утра, обдумать и подготовить аргументы? Правильный ответ очевиден, и я выбрал неправильный.

У мастера горел свет. Он вообще редко спал, насколько я мог судить, практики на стадии органов могли обходиться парой часов сна в сутки, а Цао, кажется, и эти часы считал расточительством. Я постучал и вошёл, не дожидаясь ответа.

Мастер сидел за столом и точил обычный кухонный нож, которым мы резали козлятину. Камень ходил по лезвию мерно, с сухим шорохом, и в этом движении было что-то успокаивающее. На столе стояла кружка с остывшим чаем и лежала раскрытая тетрадь, исписанная мелким почерком. Я узнал обложку, одна из тетрадей Лин Шуай. Получается он тоже читает.

— Не спится? — спросил он, не поднимая головы.

— Мастер, я хочу посмотреть Лин Шуай. — сразу в лоб.

Нож замер на полпути. Цао поднял глаза, и я увидел в них удивление.

— Чего? — повторил он ровным голосом.

— Сложно объяснить! Мастер, просто поверьте мне на слово, я научился кое-что делать, с помощью этера, и накопителей.

— Ты выпил что ли? — сказал Цао, но нож отложил. — Откуда взял?

— Да вы чего! — я даже возмутился. — Не в этом дело. Мастер, у нас есть два мощных накопителя, и я могу с их помощью пройтись по каналам Лин Шуай, и посмотреть, в чем проблема! Так же как с Сяо! Мастер! Вот видите этот камень?

Я показал артефакт.

— Трогать его нельзя, вы сразу умрёте, это правда. Но я смог залезть внутрь его и понять, как он работает! Мастер, каналы — это та же структура. Материал другой, живая ткань, но принцип работы тот же самый. Если я могу прочитать рунную решётку внутри древнего артефакта, который я не создавал, то прочитать каналы человека, это задача попроще. Технически.

— Технически, — он выделил это слово так, что оно прозвучало как ругательство. — Ты знаешь, сколько раз я сам пытался прощупать её каналы? Каждый день. И каждый день одно и то же. Чисто, целая структура, ни единого повреждения, и пустота, как в пустой бочке.

— Вот именно. — Я сел на скамью напротив, и Бабай, увязавшийся за мной, тут же полез под стол и улёгся на ноги мастеру. Цао машинально опустил руку и почесал щенка за ухом, даже не заметив этого. — Вы смотрите как практик. Широко, общим потоком. Вы чувствуете каналы целиком, всю сеть разом. А я нет, я могу увидеть, я уверен, что могу.