– Учитель же из ордена Чэньси, верно? Я слышал, что когда-то именно даочжан Сюаньи прославил этот Великий орден, убив Владыку демонов, – проговорил Се Юньци, переводя тему. – Почему он… ушел?
Было очевидно, что даос покинул свой орден. Давным-давно он просто исчез, будто оставил не только Чэньси, но и весь мир, и никто не знал причины. Хотя разыскать его оказалось не так сложно, создавалось впечатление, будто его вовсе никто не ищет… Это изумляло Се Юньци: Мо Хэ был величайшим заклинателем эпохи и, несомненно, большим подспорьем процветания праведного мира. Любой орден принял бы его с распростертыми объятиями, осыпал духовными кристаллами и артефактами лишь за возможность внести его имя в список своих членов. Он мог стать придворным заклинателем и сразу занять должность номинального главы Террасы наблюдения за небом. Он мог… Да что угодно. А вместо этого даос влачил жалкое существование, скитаясь по городам Поднебесной.
Когда-то этот вопрос беспокоил весь заклинательский мир – даже демоны не удержались от сплетен, – но теперь все покрылось мирской пылью. Когда уже после знакомства с даосом Се Юньци попросил Сяо Шэ расследовать его прошлое, слуга так и не нашел на этот вопрос логичного ответа. Теперь же он с нетерпением воззрился на Гу Вэньвэнь, надеясь, что эта девица наконец разрешит загадку столетия.
– Понятия не имею, – пожала плечами та, разрушая все его мечты.
Он закатил глаза.
– А ты бывала там? В ордене Чэньси? – спросил он.
– Никогда, – отозвалась Гу Вэньвэнь. – Учитель, наверное, не хочет возвращаться. Он никогда не говорит о Чэньси и ничего не рассказывает о своей юности. Только иногда угрожает, что заставит меня учиться с другими молодыми заклинателями. – Она хихикнула, будто не веря, что Мо Хэ способен на это.
Се Юньци нахмурился и перестал спрашивать. Они как раз добрались до площади, где царило некое подобие оживления: на одной стороне были распахнутые высокие ворота, а табличка над входом гласила: «Лечебница Белого оленя». За воротами в длинную вереницу выстроились люди: одни укрывались от солнца, другие кашляли, третьи и вовсе не могли стоять и сидели на земле, дожидаясь своей очереди. На другой стороне тоже было оживленно, только там находился прилавок с бойким торговцем, который закутался с головы до пят в красную ткань. Он продавал что-то толпящимся больным. Се Юньци и Гу Вэньвэнь несколько мгновений наблюдали, как из лечебницы выходили люди и, немного постояв, двигались к лавочнику.
– Чем он там торгует? – нахмурилась Гу Вэньвэнь, тут же заподозрив неладное. В смутные времена всегда появлялись вот такие шарлатаны, которые продавали «чудодейственные талисманы для избавления от всех болезней и темных сил». В миг отчаяния люди готовы потратить последние деньги на крошечный проблеск надежды.
Когда они подошли, лавочник в красном платке и красном халате как раз говорил:
– …Верно-верно, этот талисман сделал сам настоятель храма Хуаньпу, видите, вот его печать. Здесь написано «Победа над злом».
Се Юньци и Гу Вэньвэнь подошли ближе.
– А это стрела из столетнего жужуба[205], которая отгоняет темные силы. Как увидите змею, просто пронзите ее стрелой, и она тут же издохнет.
У Се Юньци зачесались руки, и он выхватил стрелу у лавочника. Тот наконец обратил внимание на них двоих и расплылся в улыбке.
– Заинтересовала стрела? Молодой господин, это чрезвычайно сильное защитное средство, ни один демон не может коснуться стрелы! И этот чудесный артефакт я готов отдать всего за лян серебра.
Третий господин царства демонов покрутил стрелу в руках и презрительно фыркнул:
– Кажется, она совершенно бесполезна.
– Обижаете, господин, – оскорбился торговец. – Эту стрелу зачаровал сам великий даочжан Сюаньи, с которым этот простолюдин водит тесную дружбу. Только это большой секрет.
– В самом деле? – наигранно удивился Се Юньци, и Гу Вэньвэнь захихикала. – И каков он на вид?
– О, господа, великий даочжан позволил мне написать его портрет, извольте. – Лавочник быстро вытащил из-под своих товаров свиток и развернул его перед молодыми людьми. – Узрите же облик великого героя.
Се Юньци с любопытством склонился над свитком: великий герой изображался древним старцем с длиннющей бородой и такими глубокими морщинами, что за ними глаза казались узкими щелками. В плечах он был даже шире Тао У, одет в какой-то фиолетовый халат со звездами, а в руках победоносно держал алый клинок.
– Какая невероятная мощь исходит от этого человека, – «восхитился» он. – И за сколько вы готовы продать свиток?
– Это мое сокровище. – Осознав, что покупатель заинтересовался, лавочник напустил на себя важный вид. – В конце концов, битва с Владыкой демонов произошла триста лет назад, и мало кто встречал даочжана после этого. Одни говорили, что он умер, другие, что вознесся, но мы с ним на короткой ноге, так что никогда не теряли связь, и я знаю, что он просто устал от мирской суеты и укрылся.
– И где? – подыграла Гу Вэньвэнь, включаясь в диалог.
– О, простите, это не моя тайна, – выставил перед собой руку торговец. – Так что я не вправе ее раскрывать.
– Как жаль, я бы хотел повстречаться с ним, – вздохнул Се Юньци.
– Все мы, все мы, но не каждому уготована такая судьба, – покачал головой лавочник.
Гу Вэньвэнь тоже на всякий случай вздохнула. Они немного помолчали, и один покупатель, перебирающий красные браслеты, кашлянул, привлекая внимание торговца. Тот встрепенулся:
– Так будете брать или нет? Видите, у меня люди ждут.
– Хмм, – задумался Се Юньци и посмотрел на Гу Вэньвэнь. – Сестрица Вэньвэнь, как думаешь, Учителю понравится такой подарок?
Та хрюкнула от смеха и закрыла рот рукой.
– О, молодой господин, вы обучаетесь в столичной академии? – заинтересованно спросил торговец, оглядывая его с ног до головы и явно оценивая на предмет денег.
– Нет, – скривился Се Юньци, а затем расплылся в очаровательной улыбке. – Я заклинатель.
Торговец не заметил на них клановых знаков и нахмурился.
– Бродячий, – добавил Се Юньци, глядя, как в глазах лавочника мелькнуло разочарование.
– Зачем же вы тратите мое время, если не собираетесь ничего покупать? – сплюнул он и отвернулся к подошедшему больному. – Лучше б разобрались с заразой…
– Так мы и разбираемся, наш Учитель как раз прибыл в Шанло по просьбе молодого господина Лу, – бросил ему в спину Се Юньци и улыбнулся еще шире. – Я бы все-таки купил свиток. Понимаете… – Он наклонился вперед, проникновенно заглядывая низкому лавочнику в глаза. – Учитель только недавно принял меня в ученики, и я еще не сделал ему приветственного подарка.
Гу Вэньвэнь рядом с ним задрожала, с трудом сдерживаясь, чтобы не расхохотаться во весь голос. Торговец застыл.
– Шицзе, так что думаешь? – Молодой человек повернулся к ней, и его глаза лукаво изогнулись.
– Думаю, Учитель заставит тебя стоять в стойке лучника три шичэня, – самым серьезным тоном произнесла она, а затем сдавленно хихикнула. – Но это того стоит!
Се Юньци кивнул, достал мешочек-цянькунь, а из него вынул серебряный слиток. Стоило лавочнику увидеть деньги, как он мигом вернулся к прежней обходительности, бросил покупателя и подошел к ним, потирая ладони.
– Молодой господин, а кто ваш Учитель, раз удостоился приглашения молодого господина Лу? – заискивающе поинтересовался он, сворачивая свиток и убирая в бамбуковый цилиндр.
– Даочжан Сюаньи. – С широкой улыбкой Се Юньци вложил серебряный слиток застывшему торговцу в руку и забрал цилиндр. – Благодарю, мы пойдем. Хорошего дня!
И, не дав тому опомниться, молодой человек подхватил Гу Вэньвэнь под локоть и направился к воротам лечебницы «Белый олень». Девушка уже не могла сдерживаться и почти повисла на Се Юньци, весело хохоча. Даже великий Третий господин, поудобнее перехватив под мышкой цилиндр, чуть приподнял уголки губ, позволяя девице восхвалять его остроумие и несравненное чувство юмора.
