— Примерно четверть, судя по свечению. — ответил тот. — В принципе накопителей хватит, чтобы делать два полноценных запуска, ну или три-четыре, если мы будем не просто так там крылышками махать, а просто просматривать местность вперед и по флангам, чтобы никакая тварь до нас не добралась.

Леви подошёл, глядя на меня оценивающе.

— Итак, Кор. Что видел?

Я вытер пот со лба, собираясь с мыслями. С высоты всё выглядело по-другому, детали смазывались в общую картину, но кое-что запомнилось чётко.

— Впереди, километрах в двадцати, очередные руины. Большие такие. И не просто развалины, а целый комплекс, часть стен ещё стоит. С низу выглядит как холм, но если на него забраться, то можно попасть в открытые верхние комнаты, и лошадей туда завести. Возможно там есть и спуск ниже, но не уверен. Мы ночевали неподалёку, когда шли в горы.

— Помню, — кивнул сержант. — Значит идём спокойно.

— Да, тварей по близости нет, я пока плохо ориентируюсь, но до ночевки и далее километров на десять полная тишина.

— Странно, — Стейн подъехал ближе, прислушиваясь. — Слишком пусто. После того, что мы видели в горах, я ожидал, что они будут везде.

— Может, им тоже нужно отдыхать, — пробурчал кто-то из бойцов. — Или жрать друг друга. Я бы на их месте уже сожрал кого-нибудь, честно.

Послышался приглушённый смех. Я оглядел отряд, и вот тут до меня дошло, насколько они все выглядят дерьмово. Пыль въелась в кожу и одежду, лица серые от усталости, глаза красные от усталости и недосыпа. Кто-то хромал, кто-то держался за перевязанный бок, но упрямо шел на своих двоих. Алекс сидел на лошади, бледный, но живой, и это уже казалось чудом.

Мы все выглядели как люди, которые только что прошли через мясорубку и теперь пытались сделать вид, что с ними всё в порядке. Правда количество знатно подсократилось и все это видели.

— Дойдём до тех руин, остановимся на ночь, — решил Леви. — Двадцать километров — это ещё пять-шесть часов ходьбы. Сделаем по-другому.

В итоге Гаррет, Алекс, и еще четверо парней отправились вперед на лошадях, загрузив оставшихся еще большей поклаже. Их задача была проста — занять место и подготовить его к ночлегу, а Гаррету задача — притащить обратно четверку лошадей, и понемногу перевезти весь отряд. И в итоге вместо шести часов похода, за четыре часа, из которых час я ехал на лошади, и наш отряд оказался в нужном месте в полном составе.

— Действительно. Пока сам на холм не заедешь, не увидишь. — удивился Леви тому, как удобно оказалось расположено укрытие, куда вместе с лошадьми спокойно можно было человек тридцать разместить и хрен их кто увидит. Холм не выделялся с среди других, разве что был немного круче. А для Гаррета и разведчиков, он вообще казался бесполезным, так как чуть дальше была более удобная точка обзора. Поэтому и пропустили.

— Да тут вообще застройка как в городе. — согласился лейтенант. — Кругом что-то было. Древнее, а до сих пор частично сохранное.

Ночевка прошло голодно и грустно. Стейни в итоге решил не убивать одну лошадь, а чтобы ускорить передвижение отряда, разделить его на две группы и перевозить частями, не отменяя при этом марша. Ну, а первое дежурство досталось мне и Марку. Без костра, слушая дыхание товарищей, мы сидели наверху, укрывшись от глаз врага и полагались скорее на слух, чем на глаза. Ночь была тёмной.

— Как думаешь, больно было? — вдруг спросил Марк, сидя прислонившись к моей спине. — Когда они умирали. Серг, Талир, ну…

— Не знаю, — ответил я честно. — Надеюсь, что нет. Надеюсь, всё прошло быстро.

— Я тоже надеюсь, — Марк сплюнул в сторону. — Потому что, если я сдохну в этой Пустоши, хочу, чтобы быстро. Без мучений, без агонии. Раз — и темнота. Понимаешь?

— Понимаю.

— Ну и отлично. Потому что если придётся, я рассчитываю, что ты меня прикончишь, если что-то пойдёт не так. Не дашь мучиться.

Я уставился на Марка, не зная, что ответить. Он говорил это спокойно, буднично, словно обсуждал погоду.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно, — кивнул Марк. — И ты тоже подумай об этом, Корвин. Если тебя схватят, если начнут жрать заживо, ты захочешь, чтобы кто-то прикончил тебя быстро. Это милосердие, а не жестокость.

— Договорились, — сказал я наконец. — Если что-то пойдёт не так, сделаю. Но и ты то же самое.

— Естественно, — усмехнулся Марк. — Это называется взаимопомощь, птичка.

Эрион, сидевший чуть поодаль И видимо не спавший и слушавший наш разговор, фыркнул.

— Весёлая компания подобралась. Обсуждаете, как будете друг друга убивать. Может, о чём-нибудь приятном поговорим?

— Ты бы спал лучше, твоя смена третьим.

— Не хочу. Не спится мне тут.

— О чём поговорим? — спросил Марк. — О том, как мы скоро сдохнем от голода? Или о том, что впереди ещё дней пять пути через мертвечину? Или о том, что даже если доберёмся до Серой Башни, там может никого не быть?

— Точно, давай о приятном, — согласился Эрион с кривой усмешкой. — Может, вспомним, как в борделе в Цветке хорошо было? Девки там знатные, да какое пиво на вкус.

— Эх, девки, — мечтательно протянул Марк. — Я бы сейчас всё отдал за одну ночь с мягкой женщиной и кружкой пива.

— Я бы за полноценную еду отдал, — вздохнул я. — Мясо, хлеб, суп горячий. Бездна, даже за кашу без соли готов душу продать.

Не смотря на разговоры и общее уныние отряда, ночь прошла спокойно, и утро мы встретили живые, голодные и злые.

И на этот раз летал Гаррет, а я остался с Стейни и Алексом в группе раненых, пока Леви командуя первой группой перевозил нас по очереди, стараясь справиться с начавшими буянить лошадьми. Как будто у нас и так проблем было мало.

Хотя взятые из Башни элексиры практически на второй день поставили на ноги всех, кроме Стейни и Оди, но и они практически шли на поправку, еще пара таких дней и весь отряд будет полностью боеготов. Даже Алекс пришел в себя и вел себя хорошо, практически сразу получив место среди первой группы, как один из лучших бойцов, что в состоянии безумия, что без.

Наблюдая шаг за шагом, одну и ту же серую безграничную пустошь, я усмехнулся. Ни деревьев, ни травы, ни зверей, абсолютно всё вокруг было мертво, растелившись словно саван на покойнике, и только эти развалины напоминают о том, что когда-то здесь тоже жили, звучали детские смешные голоса, и жизнь била рекой.

А потом что-то случилось и всё испортилось. Как там Леви сказал, люди всё испортили, и боги выгнали их сюда, а что они тут испортили, что умерли, не составив о себе даже достойной памяти. В богов я не верил. Может и зря, но атеист во мне преобладал.

Интересно, древние тоже думали, что делают правильно? Что их магия, их руны, их технологии спасут мир? Или они понимали, что идут к катастрофе, но не могли остановиться? Как наркоман, который знает, что убивает себя, но продолжает колоться, потому что не может иначе.

Я покачал головой, отгоняя мрачные мысли. Какая разница, что думали древние. Они мертвы, их цивилизация мертва, а мы живём в руинах их мира и пытаемся не сдохнуть. Вот и вся философия.

Жизнь, тут же показала, что не поздно сделать нам еще хуже. Прискакал Эрион, ведя с собой пятерку лошадей, на которые мы тут же уселись, ускоряя марш и торопясь к первой группе, слушая новости из первых уст.

— Нарвались, на полусотню тварей! — отчаянно жестикулировал боец. — Думали хана, там лаз, сверху не видно и Гаррет пропустил, пришлось прямо на конях прорываться, а там одна из тварей больших.

— Как демон? — уточнил Стейни.

— Не, поменьше. Но тоже урод. Если бы не Алекс, хрен бы укатили, четверо мне свидетели!

— Потери есть? — спросил лейтенант.

— Алекса в руку ранили, когда он твари пасть порвал! — восторженно ответил Эрион. — Он как бог, спустившийся на землю! Столько тварей убил и главного убил, а остальных мы как червей раскатали, ни одного не пропустили! Он ему пасть порвал! Голыми руками!

— Сам Алекс как в итоге? — встрял я под неодобрительный взгляд лейтенанта.