На третий день произошло кое-что интересное. Мы как обычно дрались на палках возле повозки, когда один из охранников соседей окликнул нас.

— Эй, парни! — крикнул он. — Вы чего делаете?

Я обернулся. Это был один из двух воинов, высокий, белоголовый с небольшой узкой бородкой.

— Тренируемся, — ответил я. — А что?

— Тренируетесь, — фыркнул он. — Да вы же всё делаете не так. Даже стойки неправильные. С мечами так не сражаются.

Я усмехнулся.

— Ну и правильно, с мечами так не сражаются. Мы сражаемся палками.

И огрел Алекса по голове для наглядности. Тот охнул, потёр макушку.

— Четверо мне свидетели, Корвин! Предупреждать надо!

Охранник рассмеялся. Потом из окна соседней повозки раздался ещё один смех, звонкий и молодой. Ткань откинулась, и оттуда выглянул наш знакомый незнакомец. Капюшон сполз, открывая лицо. Тонкие черты, большие глаза, каштановые волосы, собранные в хвост.

Определённо девушка.

Она хотела что-то сказать, но голос охранника её перебил:

— Госпожа, закройте окно!

Девушка дёрнулась, ткань упала обратно. Охранник повернулся к нам, лицо его стало жёстким.

— Забудьте, что видели, — сказал он коротко. — Иначе будут проблемы.

Он развернулся и ушёл к повозке. Мы с Алексом переглянулись.

— Нас убьют, — обречённо сказал друг. — Разделают как детей.

Я кивнул, чувствуя холодок в животе. Мы случайно узнали что-то, чего не должны были знать. А за такие вещи в этом мире некоторые платят и жизнью. Это было не приятно.

Ночью я не спал. Лежал на тюфяке, прислушиваясь к каждому шороху. Алекс тоже ворочался, явно не находя покоя. Я уже готовился к тому, что придётся драться или бежать, когда дверь нашей комнаты тихо скрипнула и в нее негромко постучались.

Я мгновенно вскочил, схватился за рунные камни. Алекс же потянулся к копью, когда дверь открылась. В дверном проёме стояла фигура. Высокая, в плаще. Я узнал того самого охранника.

— Спокойно, — сказал он тихо, поднимая руки. — Я просто хочу познакомиться с земляками. Устал от нанимателя, если честно. Можно войти?

Я колебался. Но он не выглядел враждебным. Более того, в руках у него была бутылка вина и три чашки.

— Входи, — разрешил я, опускаясь на кровать.

Охранник вошёл, прикрыл дверь. Сел на пол, поставил бутылку и чашки между нами.

— Меня зовут Карл, — представился он. — Я из Северного Порта. Нанялся охранять одну особу до Степного Цветка. Скучная работа, если честно.

Он разлил вино по чашкам, протянул нам.

— Я Корвин, — сказал я осторожно. — Это Алекс.

— Рад знакомству, — кивнул Карл. — Вы тоже из Северного Порта?

— Нет, — ответил Алекс. — Из Тёплого Стана. Ну, я оттуда. Корвин вообще из-под Торвальдов.

— Понятно, — Карл отпил вина. — А что вас в Степной Цветок привело? Торговля? Или ищете школу практиков?

Я напрягся. Он знал, что мы практики. Видимо, заметил по глазам или по тому, как мы двигаемся.

— Школу, секту, мы мало об этом знаем. — признался я. — Хотим найти учителя, стать настоящими практиками. Мы новички, толком ничего не умеем.

— Молодцы, — одобрительно кивнул Карл. — Степной Цветок хорошее место для этого. Там куча сект, школ, кланов. Найдёте что-то подходящее. Главное, не попасть в какую-нибудь мясорубку. Некоторые секты любят использовать новичков как пушечное мясо.

Мы помолчали, потягивая вино. Оно было терпким, но неплохим. Карл расслабился, откинулся на стену.

— Слушайте, насчёт того, что вы сегодня видели, — сказал он вдруг. — Забудьте. Серьёзно. Моя госпожа не любит, когда её узнают. Если кто-то проболтается, будут неприятности. Не для вас, для неё. Понимаете?

— Понимаем, — кивнул я. — Мы ничего не видели. Ничего не слышали.

— Хорошо, — Карл встал, забрал бутылку и чашки. — Тогда доброй ночи, земляки. Может, ещё увидимся в Степном Цветке.

Он вышел, тихо прикрыв дверь. Мы с Алексом переглянулись.

— Странный тип, — сказал Алекс.

— Угу, — согласился я. — Но вроде не враг. Просто хотел убедиться, что мы не проболтаемся.

— Ну если нам перерезать горло, то мы тоже особо говорить не будем. — ответил друг. — Подумаешь, пару мальков убили, дел-то. Тут поди на каждом шагу так поступают.

— Давай вот не будем суетиться. — раздраженно ответил я, и стукнул друга в плечо кулаком. — Нас даже не отравили, надеюсь. Так что живём, мы ничего не видели и не знаем. Да и видит Венату, плевать мне на эту девку и ее охранников, пусть катится куда хотят, а у нас свой путь.

— Согласен. — кивнул парень. — Но всё равно, не приятно. Хотя она симпатичная.

— Ага, и богатая. Сдурел что ли? — я еще несколько раз ударил друга в плечо, пока он не признал своё поражение и не заткнулся.

На следующий день, мы прямо с утра забрались на крышу. Тариф уже сидел тут, болтая ногами и жуя какую-то лепёшку. Увидев нас, радостно замахал рукой.

— Смотрите! — он указал вдаль, на горизонт.

Вдали, сквозь утреннюю дымку, проступали очертания гор. Вернее, не совсем гор. Скорее, огромных скальных образований, торчащих из степи как зубы какого-то чудовища. Они были странной формы, изломанные, с острыми вершинами.

— Проклятые Клыки, — торжественно объявил Тариф. — Самое гиблое место в округе. Там водятся духовные звери такие, что даже практики, перешедшие на ступень каналов, обходят стороной.

— Духовные звери? — переспросил Алекс, садясь рядом. — Тоже тут водятся?

— Тоже? Да Великая Степь самый главный рассадник этих зверей! — воскликнул Тариф смеясь, сегодня у него было весьма хорошее настроение. — Там, в Клыках, обитает целая стая каменных грифонов. Говорят, они размером с хорошую лошадь, клювы у них как мечи, а когти пробивают броню насквозь.

— Весело, — скривился я. — А люди туда ходят?

— Дурачки ходят, — усмехнулся Тариф, протягивая нам куски лепешки, мы не отказались. — За артефактами, за редкими травами. Раз в год кто-то обязательно собирает экспедицию, потом половина не возвращается. А те, кто возвращаются, обычно без рук или без ног. Или вообще без головы, если повезёт.

— Как это без головы? — не понял Алекс.

— Ну, их товарищи тело приносят, — пояснил Тариф с абсолютно серьёзным видом. — Чтобы похоронить по-человечески. А голову грифоны съели. Они головы любят, там мозги вкусные.

Я поперхнулся лепешкой.

— Ты сейчас серьёзно?

— Абсолютно, — Тариф кивнул, даже не улыбаясь. — Мой дядя в такую экспедицию ходил. Вернулся с одним глазом и без трёх пальцев. Говорит, грифон его чуть не сожрал, но он успел руну активировать. Взрыв такой был, что грифона разорвало, а дядю контузило. Три месяца потом заикался.

— И что, он снова туда пошёл? — спросил Алекс.

— Нет, — Тариф покачал головой. — Он теперь таверну держит в Степном Цветке. Говорит, лучше пьяных купцов обслуживать, чем с грифонами драться. Хотя иногда пьяные купцы опаснее.

Мы рассмеялись. Тариф тоже ухмыльнулся, отряхивая крошки с рубахи.

— А ещё там, в Клыках, живут каменные змеи, — продолжил он. — Они прячутся в скалах, а потом выскакивают и хватают за ногу. Яд у них такой, что человек за минуту каменеет. Буквально. Превращается в статую. Говорят, в одной из пещер целая галерея таких статуй стоит. Все с перекошенными лицами, потому что умирали в агонии.

— Прекрасное место для отдыха, — проворчал я. — Надеюсь, мы туда не поедем?

— Не, — успокоил Тариф. — Мы мимо проедем. Караваны всегда держатся подальше. Хотя один раз грифон напал на караван. Утащил целую лошадь. Погонщик только смотрел, как его имущество улетает в небо. Потом неделю пил от горя.

— А практики действительно умеют летать на мечах? — спросил Алекс, разглядывая скалы вдали.

Тариф хмыкнул.

— Умеют. Но не все. Меч должен быть специальным. Такие мечи стоят как небольшое поместье. Я один раз видел, как практик летел над Степным Цветком. Красиво, конечно. Он так лихо крутился в воздухе, делал петли… А потом упал.

— Упал? — я уставился на него.