Я свернул направо, как сказал стражник, и через пару минут вышел на поляну, и зрелище, которое открылось передо мной, оказалось неожиданным, потому что я думал, что это будет просто кусок земли, где люди бегают или что-то в этом роде, но на самом деле поляна была обустроена как настоящая тренировочная площадка.

Тут и там валялись камни разного размера, от совсем маленьких, которые можно было поднять одной рукой, до огромных булыжников, которые, наверное, требовали усилий двух человек. У края небольшого озера стояли деревянные столбы, вкопанные в землю и явно предназначенные для отработки ударов или чего-то подобного, а между двумя рядом растущими деревьями была переброшена толстая жердь, похожая на турник.

Рядом виднелась куча бревен, сложенных так, что по ним можно было прыгать или использовать для каких-то других упражнений, и я подумал, что кто-то действительно постарался, чтобы это место было удобным для тренировок.

На поляне уже был один человек, парень примерно моего возраста, может, чуть старше, светловолосый, с загорелой кожей и крепким телосложением, которое говорило о том, что он действительно регулярно тренируется, а не просто прохлаждается. Он как раз поднимал тяжелый камень, килограммов на пятьдесят, не меньше, напрягая все мышцы, лицо его покраснело от усилия, а жилы на шее вздулись, и вот он, с коротким криком, поднял камень над головой, задержал на секунду, а потом с грохотом бросил его на землю, где тот глухо ударился о траву, и парень выдохнул, согнувшись пополам и упёршись руками в колени.

Заметив меня, он выпрямился, вытер пот со лба тыльной стороной ладони и улыбнулся, и улыбка у него была открытая, дружелюбная, без тени подозрительности или недоверия, что сразу располагало.

— Привет, — сказал он, всё ещё тяжело дыша. — Новенький?

— Да, вчера приехал в город, пока останусь тут. — кивнул я, подходя ближе и оглядываясь по поляне. — Корвин Андерс.

— Алекс Дейвик, — представился он, протягивая руку, и я пожал её, почувствовав силу его хватки, которая была крепкой, но не показушной, просто хватка человека, который привык к физическому труду. — Тоже хочешь стать практиком?

— Стараюсь, — повторил я уже знакомую фразу, и Алекс рассмеялся.

— Тогда добро пожаловать, — сказал он, широко разводя руки, словно представляя меня несуществующей публике. — Здесь собираются те, кто думает, что сможет открыть этер, таская камни и бегая вокруг озера. Я тут уже год тренируюсь. Результаты, честно говоря, так себе, но надежда умирает последней, как говорится.

— Целый год? — удивился я, потому что год — это немало. — И как, прогресс есть?

— Медленный, — пожал плечами Алекс, и в его голосе слышалась усталость, но не отчаяние. — Но думаю я что есть. Тут проблема в том, что на нейтральных землях мало практиков вообще. Настоящий край смертных. Земля бедна этером, не то, что в баронствах.

— Мне тоже самое говорили про баронства. — улыбнулся я в ответ. — Так что всегда хорошо там, где нас нет.

— Верно заметил, — одобрительно кивнул Алекс. — Сила тут есть, тот же Край Скорби, но туда ходить страшно, да и опасно. Старшие рядом.

— Я там был, — сказал я осторожно, потому что не хотел вдаваться в детали того, как я оказался в Краю Скорби и что там произошло. — Проходил мимо. Место действительно жуткое. Но такая была работа.

— Смелый ты, парень, — сказал Алекс, качая головой, но не стал углубляться в тему, как я опасался. Он оглядел поляну и спросил: — Так что, будешь тренироваться?

— Да, — кивнул я. — Что тут обычно делают?

— Да всё подряд, — ответил Алекс, махнув рукой в сторону камней и турника. — Камни таскают, чтобы силу нарастить, на турнике подтягиваются, сколько раз сможешь, бегают вокруг озера — там круг примерно километр, так что если раз десять пробежишь, уже хорошо. В воду ныряют, тренируя дыхалку. Кто как может, в общем. Главное — нагрузить тело, чтобы этер легче открывался. После тренировки медитируешь, пытаешься почувствовать его внутри себя, как он течёт по телу, как пульсирует в жилах. У кого-то получается быстрее, у кого-то медленнее. У меня, как видишь, медленнее, — он усмехнулся, но без горечи, просто констатируя факт.

Я кивнул, понимая логику. Физическая нагрузка подготавливала тело, делая его более восприимчивым к этеру, разгоняла кровь, заставляла мышцы гореть, а медитация помогала его открыть, позволяла сосредоточиться на внутренних ощущениях и поймать ту тонкую нить, которая связывала человека с миром энергии.

— Понятно, — сказал я. — Ну что ж, приступлю тогда.

— Давай, — улыбнулся Алекс. — Если что, подскажу. Только не надорвись в первый же день, а то завтра вообще встать не сможешь, я по себе знаю. Когда я первый раз сюда пришел, так переусердствовал, что три дня еле ходил, ноги отваливались, руки не поднимались, и каждое движение было пыткой.

Я начал разминку, потому что бросаться сразу к тяжёлым камням было бы глупо — можно и травму заработать.

Минут десять, вращая руками, делая выпады, разогревался, а потом подошёл к куче камней и выбрал один из средних, килограммов на пятнадцать, не больше. Поднял его, почувствовал, как мышцы напряглись, примерился, и начал делать подъёмы над головой, считая про себя. С каждым разом становилось всё тяжелее, руки начинали дрожать, но я продолжал, потому что останавливаться сейчас, значило бы признать слабость, а этого я не мог себе позволить.

Дошёл до двадцати, бросил камень на траву, и руки тут же заныли, а дыхание сбилось, и я согнулся пополам, пытаясь отдышаться, и услышал одобрительный возглас Алекса.

Черт, да я слабак, мягко говоря! В тренировках я совершенно не разбирался, ни в одной из своих двух жизней. В прошлой, той которая на Земле, как и многие, конечно посещал спортзалы, но надолго меня не хватало, так что, был в этом деле полным профаном, а сейчас мне без них не обойтись, а значит нужно воспитывать привычку и прививать в себе тягу к занятиям.

— Неплохо для первого раза, — сказал он, подходя ближе и хлопая меня по плечу. — Двадцать раз с таким камнем — это прилично. Многие новички после десяти уже падают. Ты занимался чем-то раньше? Кузнец, что ли?

— Помогал дяде, — кивнул я, не вдаваясь в детали, потому что чем меньше о себе рассказываешь, тем меньше шансов, что кто-то вычислит, кто ты на самом деле. — Так, по мелочи.

— Вот оно что, — понимающе кивнул Алекс. — Тогда понятно, откуда сила. У меня попроще история, я в порту грузы таскаю, мешки и всякое такое. Да помогаю травнице, старухе Марте, она у нас в городе одна такая знающая, у неё всегда работа найдётся, то травы собрать, то корни выкопать, то ещё что-нибудь. Платит мало, но регулярно, и в общем-то я даже в плюсе, потому что она меня смесями своими бесплатно снабжает, а они недешёвые, сам знаешь. Ты же собираешься пить отвары?

— Пью, да, — усмехнулся я, вспоминая, как вчера отдал Марте двадцать медных за недельный запас трёх видов отваров. — Сам у неё вчера закупился. Дорого, конечно, но, куда деваться.

— Да они хитрая старуха, у нее прямые поставки в Северный Порт, так она мало того, что тут дерет дорого, так еще дороже туда поставляет. В накладе не остаётся.

— А разве своих трав, тем более таких простых там нет? — спросил я.

— Там рядом нормально уже давно ничего не растёт, еще и Туманный Лес всё портит. Так что возят отовсюду. Начинающих практиков там много, а где много людей, готовых платить деньги, там всегда найдется тот, кто будем продавать им нужное.

Мы поболтали ещё немного, пока я отдыхал, и Алекс рассказал, что обычно сюда приходит человека три-четыре, но в разное время, так что не всегда их встретишь, кто-то приходит на рассвете, кто-то ближе к вечеру, кто-то вообще раз в неделю, потому что у каждого своя жизнь, свои дела, и не все могут себе позволить тратить каждый день по несколько часов на тренировки.

— Народ общительный и хороший, все парни молодые.

Потом я перешёл к турнику, подтянулся раз пятнадцать, прежде чем руки окончательно отказались меня слушаться, а после побежал вокруг озера, и Алекс присоединился ко мне, и мы бежали молча, слушая только своё дыхание и стук ног по утоптанной земле.