Для своих девятнадцати лет девушка довольно миниатюрна, на голову ниже меня и почти на полторы ниже Гены. Симпатична? Так в этом возрасте все девки свеженькие и симпатичные, соски торчком, русый хвостик на затылке, губки бантиком.
Заметив мой интерес к тому, как девушка отжала заварку через сложенную в четыре слоя марлю, она рачительно пояснила - С утречка чаек забадяжим, купеческий.
- Сидела что ли? - пошутил я.
- Отчим, кумовал на зоне. У нас в посёлке водились: или те, кто служит на зоне, или расконвоированные зеки. Ну и медведи еще, - вполне серьезно ответила девушка.
- Тяжелое детство?
- Всякое бывало.
Ольге маленькой повезло родиться умной, но не повезло родиться в таежном посёлке при зоне. Умная, с упорным характером и симпатичной внешностью первой девки на деревне. Ей бы после школы ехать поступать в ВУЗ областного центра. Но она твердо решила - в Москву.
И не поступила................ бывает.
Ехать домой не позволяла гордость и отсутствие перспективы. А попытка вписаться в московские реалии закончилась вербовщиком Ордена.
- Плотоядные олешки и все что размером меньше собаки опасным хищником не считается? - вернулся к разговору геолог.
- Что за плотоядные олешки? И я бы не горячился, считая безопасными хищников меньше собаки. Встречался мне один экземпляр, Ошо его погонялово. Хоть и ручной, но дико опасный.
- Одомашнили ксенофауну? - с ноткой вопросительного восторга встряла в разговор Олька. Есть у нее прекрасная для женщины черта, не лезть в разговор. Но тут не сдержалась.
- Как минимум один вид одомашнили. Сам не видел, но говорят ковбои Техаса, пасут молодняк рогача, - Олька явно надеялась, развития темы одомашнивания местной фауны, но я вернул разговор в практическое русло. - Что за плотоядные олени, и что по остальной фауне, змеи, рыбы, насекомые?
- Да олени как олени, мелкие, пестренькие, пугливые, обитают на склонах, мясо невкусное. В отличие от земных питаются не только травой, но и любят протеины. Ловят мелких грызнув, ящериц, разоряют птичьи гнезда.
- Если верить передаче "В мире животных" и на Земле подобное не редкость.
- Опасных змей замечено три вида. Многоножка. Крупное насекомое - толи паук, толи жук, кусает хоть и не смертельно, но очень болезненно. Купались только в бухте, не суясь в океан, ибо там плавают такие страсти, что одним своим видом гарантированно лечат любой запор.
В чуть солоноватую воду залива обитатели океана не суются. Эта же повышенная соленость не по вкусу и большинству обитателей пресных вод.
Меня рассказ не впечатлил, ну что это за три ядовитых змеи:
- мёртвая серенькая,
- живущая на ветвях маленькая,
- длинная с башкой треугольной, как не извлекаемый наконечник стрелы?
По насекомым вообще мрак. Аборигены хреновы, у меня тут дети ходят!
Безответственный подход.
- Значит-ца так. Вот вам тетрадь, карандаш и еще кружка чифиря. К утру мне нужны рисунки, мелкой опасной фауны............ и флоры, если таковая выявлена. И это не просьба, это приказ.
Дальше, Оля, вот тебе кейс. Там, хронометр, термометры, гигрометр, разобранный анемометр и журнал метеонаблюдений. Флюгер сделаете сами. Начиная с завтрашнего утра, четыре раза в сутки регистрируешь метеонаблюдения.
Отвечаю на незаданный вопрос "Почему тебе такое счастье". С материка нас будут подогревать ништячками. И я буду их распределять сообразно вкладу каждого в колонизацию региона. Фактически платить вам зарплату в натуральной форме, - вижу по лицу такой подход в их головы не приходил, но они уже оценили перемены и свое место в нем. - Как закончите альбом опасной фауны, жду от вас топографические планы и краткий геологический отчет.
Океан отсюда почти не слышен. Над центром будущего поселения доминирующий шелест ветра в кронах "пиний" разбавляется стоном остывающих камней, сонным фырчаньем лошадей и скрипом гамаков. Спускающийся с гор к морю ночной бриз принес запахи горного леса, прохладу и свежесть.
Чуть смазывает природную идиллию запах жженой резины, кусочки которой разбросаны вокруг лагеря, как профилактическое средство против местной фауны. Вроде пока помогает, запах дыма отпугивает живность от лагеря.
Бьющийся с врагами из сна щенок, добрался таки до Ларсовой лапы. Старый кобель недоуменно оторвал морду от земли и ткнулся влажным носом в комок шерсти, разбираясь, что за нафиг? Но, победивший лапу, "нафиг" неожиданно угомонился, и заснул, свернувшись калачиком под боком старого пса. Разбуженный кобель слизнул с протянутой ладони липкий кусочек жженого сахара и вполне миролюбиво отбился спать.
Чифир отступает, и разум вновь обволакивает пелена хронической усталости. Не загнать бы себя раньше времени. Хотел выяснить у местных насчет съедобных, а главное - несъедобных растений, и деловой древесины. Но это терпит до завтра, точнее - уже до сегодня. Хорошо тут ночи длинные.
2 число 06 месяц 17 год. Утро.
- Вдох глубокий руки шире. Не спешите три-четыре. Бодрость духа грация и пластика, - голосом Высоцкого вещает магнитола "Нивы"
- И-и-и-и-и раз! И два-а-а-а!
Дзынь! Высекая искры, кувалда лишь чиркает по забиваемому в грунт толстому лому, и едва не вырывается из рук.
Магнитоле хорошо. Она вместе с "Нивой" припаркована в тенечке.
- И-и-и-и-и раз-з-з-з!
- Общеукрепляющая, утром отрезвляющая.........
- И два-а! - вторю я, обливаясь потом и размахивая кувалдой.
До полудня еще ой как далеко, а припекает градусов на 25°. Легкомысленно одетая или скорее раздетая Алиска тоже имеет помятый вид после вчерашнего. И только собирающим свежесодранную кору детям все нипочем, впрочем, они вчера не бухали.
После эпического заезда между гор - мне до сих пор не верится, что мы проехали, и минимального обустройства на месте психика требовала хорошей пьянки. Ушедшие за оставленной в горах техникой, подстрелили солидных размеров антилопу, а я поднятого Мухой мелкого подсвинка. Немец расстарался, приготовив живность во всех поедаемых белым человеком видах. Так что, к канистре кукурузного самогона закуси было валом.
Начали чинно, часа за два до заката. Ради такого случая прекрасная половина, приоделась и, как смогла, нанесла на мордочки боевую раскраску. Очень пригодился запас шмотья, захабаренный в Порто-Франко и по дороге к Демидовску. А то некоторые не имели парадно-выходного даже в третьем приближении. И хотя кроме Степаныча и Вука особо никто не гнал, кончилось все первобытными плясками у костра. И салютом ракет в мглу ночного неба (все волыны, кроме ствола у непьющего Олега, я предусмотрительно собрал).
Помню, целился в особо наглую - яркую звезду. Не попал.
Смотрел на отплясывающего в сполохах костра Чака. Решил, что чувство ритма и пластика даны неграм от природы. Потом не помню.
Теперь нужно извлечь тяжеленую железяку, по недоразумению обозванную ломом из плотного как камень грунта. Воткнуть на его место оструганную жердь. И первая стойка будущего жилья готова.
Участок под виллу с видом на море мы с Ким выбрали в километре от места пьянки - бедующего культурного-досугового центра западного побережья, южнее здешнего Рио. Зажатая двумя пологими холмами ровная площадка размером со школьный двор, с юга обрезана обрывистым берегом залива. Хотя место впадения реки в залив не так и далеко - метрах в трехстах, вода залива чуть солоноватая, а двухметровый обрывистый берег сразу ныряет на глубину - три-четыре метра.
Пологие склоны холмов не предвещают оползня. А разряженная растительность открывает отлично просматриваемые подступы.
Довершает картину и родничок в основании северо-восточного холма.
Окрестные кусты мы проредили и стащили в кучу еще позавчера. Что не пойдет на дрова, спалим как подсохнет.
Вчера высадили саженцы. Саженцы перенесли дорогу на удивление неплохо - доехало три четверти. Сколько-то конечно не приживутся, но на половину взятого с собой рассчитывать можно.
