А вот это уже интересно, конденсат от кондиционеров тонкой струйкой бежит в импровизированную клумбу. Из засыпанной мелким щебнем тракторной покрышки произрастает ядовито–красного цвета пальма. Не то чтобы пальма, так, пальмочка, метра полтора высотой. И не то чтобы вся красная, местный хлорофилл в ней явно присутствует, но впечатление создается именно ядовито красное.

Занимаю крайнее место на стоянке у домика и начинаю сдирать с себя начинающие прилипать к телу тёплые вещи, на улице никак не меньше двадцати пяти по Цельсию.

У мелких с раздеванием дела не продвигаются — гипс мешает. Обливаясь потом, помогаю детям избавиться от лишней одежды. Мысленно хвалю себя за то, что прислушался к совету Татьяны и загодя приготовил летнюю одежду. Хвалить меня — любимого, окромя меня же — любимого в ближайшей перспективе решительно некому.

Минут десять, пыхтя и обливаясь потом, привожу форму одежды в соответствие с текущим моментом: майки, шорты, лёгкие шлепки на ногах. Тёплую одежду пока за сиденье закину, потом разберёмся, что с ней делать. И надо бы кепки прикупить при таком–то солнышке. Хотя, лично я уже созрел до сомбреро с метровыми полями.

— Ну что, зайцы, заценим местное гостеприимство? — зайцам по фигу. У них проблемы поважнее имеются — расчесать зудящую кожу под гипсом.

Поскольку на дверях не написано — «Китайцам и собакам вход воспрещён», вваливаемся в двери всей кодлой, с Мухой включительно. Через небольшой тамбур, логично, нечего жару в помещение пускать, попадаем в офис. Довольно просторное помещение, кожаные кресла и диваны, журнальные столики с кучками ярких брошюр. Вдоль стен застеклённые стойки как в банках, под стеклом информационные плакаты на разных языках.

И никого.

— Полистайте пока журналы, — пристроив семейство на диван, сам иду к окошку с надписями на русском.

На стойке притаилась кнопка вызова, нажмём, мы не гордые.

Буквально через минуту появляется женщина в серой форме с неизменным знаком архитектора вселенной, и сообщает мне про фюнф минутен.

Довожу, что я «ихь ферштее». Наливаю себе воды из стоящего в углу кулера, успеваю выпить всего глоток, остальное тут же отбирают мелкие. Коротая минуты, бесцельно брожу по залу, рассматривая развешанные на стенах информационные плакаты.

«Фюнф минутен» растягивается минут на двадцать.

— Ваши Ай–Ди пожалуйста, — наконец–то до нас снизошли.

Женщина лет сорока, с грубоватыми чертами лица и короткой стрижкой, в неизменной серой форме забирает наши айдишники. — Приветствую Вас на территории Новой Земли. Как добрались? — фальшиво улыбается тетка.

— Спасибо, хорошо.

— Если у вас есть староземельные деньги, тут последнее место, где их можно обменять на экю.

Выгребаю остатки наличности.

— Ознакомитесь пока с брошюрой, об особенностях местной финансовой системы, — тетка пересчитывает мою мелочёвку и подводит итог, — Семьдесят три экю.

Киваю.

— Экю зачисляем на ваш Ай–Ди. Кроме того вам зачисляется 1000 экю и по 1000 экю за ваших детей. На Ай–Ди ваших детей зачисляется по 500 экю по программе поддержки переселенцев с детьми. Но снять эти средства можно только по достижении четырнадцати лет. Четырнадцати местных лет, — ценное уточнение. — Либо их могут снять в экстренной ситуации службы Ордена. Например, если потребуется экстренная медицинская помощь, — заученно–монотонно бубнит тетка.

Разумно, я согласный на такие расклады.

— За собаку ничего не положено? Ну, нет, так нет.

— Если у вас есть драгоценные металлы или камни, советую поменять их в местном отделении банка Ордена на экю и зачислить средства на ваш Ай–Ди. Тут бывает небезопасно. Курсы обмена в брошюре. Кроме того советую приобрести за 20 экю справочник по особенностям Новой Земли.

Приобретаю без вариантов.

— Что–то пустовато у вас тут. Курортный сезон ещё не начался?

— Скорее уже закончился. Через месяц начнется сезон дождей. Последние конвои на юг и запад уже ушли. На север ещё пару недель собирают конвои, но север — это не для русских.

— Север не для русских? А для кого он тогда, для негров, что ли?

— В справочнике все есть на эту тему, — поясняет тетка. Видимо, не я один задаюсь подобным вопросом. — Сейчас я провожу вас к доктору на осмотр и необходимые прививки.

В двери, ведущей в недра здания, щелкает привод замка. Стало быть, дальше этой комнатки просто так не пройдёшь.

Доктор оказался голимым негром. Здоровенный, лысый негрила, со зловещим шрамом на полморды, и татуировками малопонятной белому человек тематики. Вылитый каннибал.

А он точно доктор? Может, Орден из экономии в доктора набирает шаманов на полставки?

Негрила в белом халате, с плотоядным оскалом, вколол пневмошприцом уколов на всех. Даже Муху не обделил вниманием, шприц хоть другой взял для собаки.

Демократично тут по части медицины — примерно, как в центральной Африке. Вот интересно, если бы я коня провозил, он бы и коню уколы колол? Или овец отару гнал, вот тут ему было бы, где развернуться.

Прощаемся с доктором и возвращаемся к русскоговорящей тетке.

— Через сутки можете покидать базу, — прилепив к морде дежурную улыбку информирует нас тетка.

— А можем не покидать?

— Можете, но не более трёх полных суток. Потом вы ОБЯЗАНЫ покинуть базу, — заманчивые перспективы.

— А где тут можно перекантоваться, пару дней?

— На территории Базы есть бесплатное жилье Ордена и частный мотель фрау Марты. Советую — остановиться у неё. Переселенцев перед сезоном дождей почти не осталось, и вам это обойдётся совсем недорого. К тому же лучше сразу соответствовать статусу белого человека.

А тетка, похоже, не лишена чувства юмора.

— Может мне с таким статусом к вам в Орден, на работу устроиться?

— Не возьмут. Сотрудников Ордена вербуют на Старой Земле. Хотя не без исключений. Кроме того, поскольку массовый прием переселенцев закрыт до окончания сезона дождей и глядя на вашу выдающуюся внешность, рискну предположить — вы на Старой Земле сделали, что–то очень неординарное, от чего вам пришлось срочно перебраться сюда. Больше того. Не думаю, что ошибусь, если предположу, что у вас там были проблемы в плане лишения жизни нескольких человек. Сколько, если не секрет?

— Пятеро.

— И все неординарно?

— Все.

— Тогда вам прямая дорога в протекторат Русской Армии. Впишитесь как родной.

— Вам Ванга не родственница часом? Или вы прошлое по руке читаете?

— Что вы. Постоите на приеме переселенцев пару лет — еще и не такому научитесь.

— Не постою.

— Возьмите, — тетка протягивает мне электронные часы без браслета. — Местное время отличается от земного. Порядок местного времяисчисления описан во второй главе справочника. Если у вас есть оружие, хранить его на территории базы Ордена разрешается исключительно в транспортном средстве. Переноска оружия по территории базы только в специальной опечатанной сумке.

— И где можно разжиться столь ценным девайсом?

— На выезде из карантинной зоны, справа от дороги будет арсенал. Гельмут вам все подберёт.

— Скажите, а в курортный сезон вся эта поляна бывает заполнена? — киваю в окно.

— Да, иногда до краев.

Прощаемся и выходим обратно на карантинную стоянку.

Бедная Муха, жарко тебе в твоей шубе. Надо срочно тебе воды налить.

Со стороны зоны порталов раздается гул моторов. Через полминуты из–за крайнего ангара выкатывается старенький «Опель–Рекорд» с двухосным автодромом на прицепе и кемпер неизвестной мне марки.

Чего–то я не понимаю, как они на этом тут ездить собрались? В ряду машин карантинного офиса, внедорожными признаками обладает едва ли треть.

О чем это говорит?

Да ни о чем в принципе. Слишком мало информации для анализа.

Пока я достаю Мухину чашку, кавалькада паркуется рядом с моим «головастиком». Знакомый сладковатый запах ганжи расплывается, едва в машинах открываются двери. Не иначе, ребята стресс от перехода сразу снимать начали. На номерах машин «S» — Швеция, вроде. Шведы, стало быть, заглянули на огонёк.