Он пожалел, что не отдал Мо Хэ пару артефактов из своих запасов. Тревога стала еще сильнее – откуда эта уверенность в победе?
– Зачем ты нас собрал? – хмуро спросил Тао У, который не любил ходить вокруг да около. – Еще и у ордена Чэньси. – Он бросил косой взгляд на Се Юньци, но тот никак не отреагировал. Тао У стал еще мрачнее: кто из демонов не слышал о падении Третьего дворца?
– Полагаю, что мы, братья, провели уже достаточно времени в сражениях, – начала издалека Луань Дунь, – не находите?
– И в самом деле, столько времени прошло, а у нас все еще ничья, – вздохнул Те-эр и пощекотал пальцем подбородок шэяо. – Эти битвы так утомляют.
У Се Юньци дернулся глаз: тупая свинья и пальцем не пошевелила за год, какие же битвы его «утомляют»? Тао У уже открыл рот, чтобы снова обругать Те-эра, но Луань Дунь подняла ладонь.
Из них четверых она родилась раньше всех и потому номинально считалась старшей. Хотя среди демонов старшинство ничего не значило, все же некоторое уважение братья ей оказывали. По большей части потому, что все знали: Луань Дунь безумна и непредсказуема и в любой момент может сойти с ума.
– Боюсь, Четвертый брат ошибся, – ухмыльнулась она, и на ее пальце появился зеленый огонек. В свете дня он казался почти невидимым и потому потусторонним.
– А? – Те-эр отвлекся от чаши вина и недоуменно поднял брови. – И в чем же?
– «У нас все еще ничья», – повторила Луань Дунь. – Это не так.
Тао У снова бросил взгляд на Се Юньци. Тот начал раздражаться.
– То, что ты заполучил мой дворец, не значит, что ты выиграл. Спор был на золотое ядро даоса, – очаровательно улыбнулся Се Юньци, крепко сжимая в руке палочки. – Я гостеприимно принял тебя в своем доме, но, как говорится, злобная псина укусила Люй Дунбиня[391]. Даю тебе один день, чтобы прибраться и свалить прочь в свою дыру.
В его глазах блеснуло алое пламя, но Луань Дунь и бровью не повела, только рассмеялась, будто услышала отличную шутку.
– Третий братец, должно быть, слишком много времени провел в компании праведных заклинателей, что у него аж мозги заплыли светлой ци, – снисходительно ответила она.
Се Юньци оскалился, и темная энергия заклубилась в воздухе, но прежде, чем он успел что-то ответить, Луань Дунь сказала:
– Должно быть, этот даос невероятно хорош, раз заставил Третьего брата предать демонов. Ц-ц, мы недооценили эту Бессмертную душу.
Се Юньци захлопнул рот.
– Что ты имеешь в виду? – спросил вместо него Тао У.
Луань Дунь не ответила, только слегка повернула голову на Те-эра. У Се Юньци сжалось сердце, и прежние подозрения стали обретать смысл. Эти ублюдки заранее сговорились. Что бы сейчас они ни выкинули, он уже понял, к чему все идет.
– Боюсь, братья, придется мне высказаться, – с притворным вздохом сожаления заговорил Те-эр. – Моя А-Шуй как раз хотела поздороваться с Третьим братом, верно, дорогая? – Он погладил одну из шэяо по голове, и та, ластясь, прижалась к нему. – Расскажи братьям то же, что мне. Никто тебя не накажет.
Се Юньци сжал кулаки. Прекрасная змейка повернулась всем телом к нему и поклонилась до пола, мягким голосом проговорив:
– Третий господин, вы, должно быть, еще помните о поветрии в Шанло год назад…
– Помню, – мрачно отозвался он. – Даочжан Сюаньи тогда прикончил какую-то змею, одну из приспешниц Четвертого брата. Но какое к этому имею отношение я?
Те-эр горестно вздохнул, и А-Шуй снова заговорила:
– Это всем известно, Третий господин, но… – Она украдкой бросила на него взгляд. – Но, Третий господин, как вы объясните тот факт, что побывали с даочжаном в скрытом пространстве сестрицы Шуай, но вышли вдвоем целые и невредимые, а сестрица погибла?
– Как ты смеешь допрашивать меня? – Тяжелая аура прижала девушку к полу, и она затряслась от страха, но Те-эр успокаивающе похлопал ее по плечу, и давление исчезло.
– К чему так злиться на невинную девушку, Третий брат? – промурлыкал он. – Разве это такой сложный вопрос?
– А почему я должен был ее спасать? Я защищал только себя от даоса и не хотел, чтобы меня раскрыли, – огрызнулся Се Юньци. – Из-за этого ты окрестил меня предателем демонов? – Он повернулся к Луань Дунь: – С каких пор демоны защищают друг друга?
– Ты прав, братец, – отозвалась та. – Можно сказать, что ты защищал свою добычу – что в этом такого? Каждый из нас поступил бы так же.
Те-эр энергично закивал, а Тао У нахмурился, не понимая, к чему они ведут.
– Однако… – чаша в руке Луань Дунь сделала плавный поворот, – давайте просто вспомним, сколько времени ты провел подле даоса. Ты каждый день тренировался под его началом, притворялся почтительным учеником – должно быть, это было очень утомительно, братец?
Се Юньци презрительно хмыкнул.
– Не более утомительно, чем сражаться с тобой. Скорее похоже на отдых.
Улыбка на лице Луань Дунь вдруг сделалась шире, и Се Юньци невольно похолодел. Он что-то сказал не так.
– Кстати о сражениях. Второй брат, прости, что разнесли твой дворец, – она повернулась к Тао У, и темные брови того сошлись на переносице.
– Вы до сих пор не заплатили, черепашьи яйца, – он с такой силой ударил по столику, что посуда жалобно звякнула.
– Ай-я, совсем позабыл! Впрочем, я теперь могу отдать и долг Третьего брата, ведь, в конце концов, он пришел туда с даосом… – Первая сестра повернула подбородок к Се Юньци, – чтобы уничтожить меня. Ты первым предал честную борьбу, объединившись с праведным заклинателем ради убийства брата. Ц-ц.
Те-эр картинно ахнул, а Тао У сжал кулаки.
– Ха! – выплюнул Се Юньци и издевательски хмыкнул. – Разве не ты первая связалась с праведным орденом? Разве не ты трахаешь Вэнь Цзеши, помогая ему впитать темную ци? Или я в чем-то ошибся, Первая… сестра? – в его голосе сочился яд.
Тао У так резко повернулся на Луань Дунь, что чуть не свернул шею, и в изумлении открыл рот. Те-эр охнул и прикрыл губы, изображая потрясение. Луань Дунь на мгновение застыла, а затем расхохоталась, откидываясь на подушки. Ее тело тряслось будто в истерике, а вино из чаши разлилось на халат, но она даже не заметила.
Се Юньци сжал кулаки, собирая ци, готовый в любое мгновение атаковать.
– Сестра? – все еще недоверчивым тоном переспросил Тао У. – Объяснись, Луань Дунь!
Смех Луань Дунь резко оборвался. Она выпрямилась на подушках, допила вино и поставила чашу на стол.
– А я должна? – спросила она, легкомысленно поднимая брови. – Что ж, раз ты так просишь. – Она взялась за пояс халата, развязывая его, но, когда глаза Тао У округлились, черный теневой клинок вдруг прорезал комнату.
Се Юньци тут же выставил ладони перед собой, но оказалось, что Луань Дунь целилась не в него. С тихим запоздалым вскриком две шэяо упали замертво.
– Ц-ц, я даже не успел их попробовать, – расстроенно проговорил Те-эр, не дернувшийся, когда клинок пронесся мимо его лица. По щеке потекла струйка крови из пореза, и он с любопытством ее слизнул. – Вкусно.
Тао У скривился от отвращения, а в его руках появились парные нювэйдао. Он настороженно посмотрел на Луань Дунь, которая поправила пояс и посмотрела на него.
– Прости, Второй брат, я не горю желанием показывать тебе грудь. Придется поверить Третьему брату на слово.
– Безумная дрянь, – выплюнул Се Юньци. – Обвиняешь меня, а сама скрывалась столько лет. Как я мог побрататься с такой… с такой…
Лицо Луань Дунь вдруг помрачнело.
– С такой – какой? Кто виноват, что вы, дорогие братья, слепые и сами спутали меня с мальчиком? Думаете, мне было приятно скрывать свой пол? Кому охота лгать и прятаться с самого детства? Но что поделать, если в клане Луань вместо мальчика родилась девочка, и мой драгоценный папаша решил, что я должна исполнить пророчество? – ее странный голос истончился, став больше походить на женский, но в нем слышались безумные нотки. Воздух вокруг зарябил от нестабильной ци. – Стать Владыкой демонов может только мальчик? Кто это сказал? КТО?!
