— Да-да! Ты абсолютно прав, друг мой! — довольно, как сытый кот, улыбнулся местный хозяин, — Лучше подождём. Тем веселее потом будет! Надо будет спровоцировать Вардха на хорошую ставку. Уверен, что в этот раз я ему не проиграю, — закончил он мысль, наблюдая за тем, как новичок с какой-то сумасшедшей скоростью наносит удары копьем по воздуху, используя его скорее как шест.
— Я тоже так думаю, — с ироничной улыбкой поддержал его наставник, — В этом сезоне наш новичок, я уверен, многих удивить сможет. Представляете, что он тут учудил? Помните огрха нашего, Арха?
— Конечно, помню, — недовольно проворчал толстяк, — Я столько денег в него вложил, а в итоге герцогу за бесценок пришлось отдать. К чему ты сейчас вообще про него вспомнил? Только настроение мне испортил.
— Так вот, — как ни в чём ни бывало продолжил наставник, не обращая ни малейшего внимания на недовольство начальства, — Новичок в первый же день до его меча добрался...
— До той здоровенной железяки, которую мы специально для него выковали? — перебил того хозяин, — Ею же кроме Арха никто не мог сражаться? Да и он-то им с трудом пользовался, как дубиной обычной. Никакого умения, одна сила. Я уже его продать или на перековку собирался отдать.
— Не торопитесь. Возможно, этого не потребуется, — ухмыльнулся наставник, — Наш новичок явно полюбил его. И могу сказать, что в его руках этот меч двигался гора-а-аздо быстрее, чем у Арха...
* * *
— Мих! — окликнул меня Тайга, когда я намахавшись копьём, поставил его обратно. Именно так теперь звучало моё имя. Михаил их чем-то не устроило. Я посмотрел на него, и он разразился небольшой речью, в которой я разобрал только «идти» и «еда». Я кивнул ему, что и здесь означало согласие, и потопал за ним следом. Уже почти неделя прошла, как мой новый владелец привёл меня в эту то ли казарму, то ли что-то наподобие её, с тренировочными залами, и отдали под команду какого-то лысого хрена, у которого уже было в подчинении одиннадцать человек. Он же, как только понял, что я не понимаю его, приставил ко мне, видимо, самого молодого из подчинённых, который стал меня учить местному языку, и к этому моменты я успел выучить порядка трёхсот новых слов. Могло бы быть и больше, вот только в замкнутом пространстве, с ограниченным количеством предметов, многому не научишься. Практически всё, что здесь было из вещей, я уже выучил. Ну, и названия самых элементарных действий, типа идти, стоять, сидеть, лежать и тому подобного. Говорить вот только у меня пока плохо получалось. Больно уж язык у них был сложен в произношении. Много шипящих звуков, и большое значение имели ударение и интонации. Чем-то то-ли японский, то-ли китайский напоминал.
Мои новые, так сказать, коллеги, приняли меня в свой коллектив с некоторой настороженностью и опаской. Я и в нашем-то мире далеко не маленький был, вымахав уже за метр восемьдесят ростом, с весом за восемьдесят кило, тут же я почему-то на фоне местных жителей вообще великаном оказался. Средний рост у людей здесь был намного меньше, чем у нас, и составлял где-то метр семьдесят у мужчин, примерно. Понятное дело, что я пока видел слишком мало людей, чтобы делать глобальный вывод, но из того, что видел, получалось так. Так что я в их глазах, видимо, вообще гигантом был.
И уже здесь же на меня одели обещанный ошейник. Как только меня привели, завели в комнату без окон, у входа поставили целую четвёрку охранников, и ещё двое с обнажёнными мечами стояли рядом с толстяком, который лично защёлкнул его у меня на шее. Сама процедура была безболезненна, но настолько унизительна для меня, что я еле-еле себя сдержал от необдуманных действий, но, видимо, чем-то себя всё же выдал, так как тот толстяк в какой-то момент вдруг отпрыгнул от меня, что-то крикнув, охране у входа, которые тоже сразу же достали мечи из ножен, и шагнули внутрь комнаты. Но я стоял абсолютно спокойно, не делая никаких движений, и вскоре все успокоились. Толстяк судорожно достал из кармана амулет, что-то на нём нажал, ошейник наградил меня лёгким разрядом электричества, от которого я даже не поморщился, после чего мой типа владелец благодушно отпустил охрану, поманил меня за собой пальцем, и повёл меня к остальному своему движимому имуществу.
Наставник Хон сразу же решил проверить, что я из себя представляю, и махнул мне рукой на стойку с оружием, очевидно, чтобы я выбрал то, с которым мне привычнее было сражаться. Я скептически взглянул на всевозможное представленное тут холодное оружие, о котором я не имел ни малейшего представления по использованию, и тяжело вздохнул. Лучше бы пистолет дали, или автомат... Там бы я хоть как-нибудь разобрался. Но делать было нечего. Скоро меня наверняка на тренировочный бой отправят, а выходить на него с голыми руками было бы плохой идеей. Я достал один из мечей, где-то с метр длиной, и неуверенно помахал им в воздухе, пытаясь привыкнуть. А на вид он гораздо тяжелее! — прикинул я, продолжая им размахивать, — Килограмм пять, я бы сказал. Ерунда! Потом потрогал лезвие, и обнаружил, что он совсем тупой. Видимо, чтобы мы не поубивали тут друг друга, — догадался я, присматриваясь к остальному оружию, которое тоже оказалось тупым. Ну и отлично! — с облегчением выдохнул я себе тихо под нос, — Так уже проще... — решил было я, и тут услышал смешки неподалёку. Как оказалось, остальные рабы отвлеклись от тренировок и с насмешкой смотрели на то, как я неуклюже машу мечом, тихонько переговариваясь друг с другом. Да и хрен с ними! — решил я, сосредотачиваясь опять на оружии. Убить пока не убьют, а там что-нибудь придумаю... С этими мыслями я поудобнее взялся за меч двумя руками, и изо всех сил, на пределе возможного, сделал им три удара. Меч молнией рассёк воздух, загудев рассерженным шмелем, а в зале установилась полная тишина. Смешки закончились, и все изумлённо смотрели на меня.
Чего это они? — не понял я, убирая меч обратно в стойку с оружием, — Видимо, слишком резким переход для них оказался от нелепого размахивания до быстрых рубящих ударов. И это они ещё не знают, что я полный ноль во владении холодным оружием. Быстрый и сильный — ноль... Но да ладно. Об этом потом подумаю, а пока надо с другим оружием познакомиться, — решил я, и стал изучать остальные средства убийства себе подобных. Впрочем, особого разнообразия тут не было. Пара видов копий, несколько сабель, ещё пара видов мечей, один из которых был совсем уж гигантский, почти с меня ростом в длину, где-то по подбородок мне, и с широким, сантиметров пятнадцать, лезвием... Килограмм тридцать, наверное, — прикинул я, взяв его в руки и аккуратно пару раз взмахнув им, стараясь ничего и никого не задеть. Таким если приголубишь, так и его тупость на спасёт. Переломает всё что можно. Хм... Так может, его и выбрать? С такой длиной хрена с два кто сможет ко мне подобраться, я же любого им как дубиной забью.
Я положил его на плечо, и двинулся к наставнику, который при виде меня чуть в сторону не шарахнулся, выпучив глаза, но вскоре успокоился, увидев, что агрессии я никакой не проявляю, и махнул мне головой в сторону большого свободного пространства в центре помещения, используемого в качестве тренировочной площадки. Я кивнул, и неспешно пошёл туда. Через несколько минут ко мне подскочили пара человек, вывалив передо мной кучу вещей, и жестами показали, чтобы я одевался. Я поднял с пола что-то вроде толстой куртки, из какого-то плотного материала, и явно чем-то набитой, видимо, чтобы от ударов защитить. Штаны тоже были из такого же материала. Защита, видимо, такая, — догадался я, напяливая их. На голову нахлобучил толстую шапку с какими-то железными вставками. На удивление, всё пришлось впору, и даже немного большим было. Значит, не все люди у них такие мелкие, как здесь, раз вещи на мой размер нашлись? Представляю, какой я сейчас «красавчик». Интересно, на арену они тут в таком же виде выходят? Оборжаться же можно. Зрители в восторге, наверное... Под вещами обнаружилась кольчуга из толстых массивных колец, с рукавами мне по локоть, и длиной до середины бедра. Я нацепил и её, разумно предположив, что лишней защиты не бывает, и сделал несколько шагов и резких ударов кулаком по воздуху, проверяя, ничего ли не мешает. Было малость неудобно и непривычно, но терпимо... Я поднял валяющийся на полу меч, и замер в центре площадки в ожидании противника.
