– Молчи. Цзи Фэн, это уже второй раз за сегодня, когда на тебя кто-то жалуется, – мрачно сказал глава Вэнь. – Получишь наказание, когда состязания закончатся.
Цзи Фэн скрипнул зубами и опустил голову.
– Слушаюсь, – отойдя в сторону, он пробормотал себе под нос: – Что за девушка будет так непристойно выражаться и жаловаться, просто невероятно…
Отведя душу и отомстив этому противному шисюну, Гу Вэньвэнь наконец отпустила своего Учителя, ухмыльнулась и плюхнулась на землю рядом с его креслом.
– За год ты стала выше… и еще безнадежнее, – покачал головой Мо Хэ.
– Учитель! – возмутилась девушка, хотя на ее лице играла улыбка. Казалось, ей доставляло удовольствие само это слово. – Зато я научилась неплохо готовить.
Мо Хэ некстати вспомнил цыпленка бедняка, который рассыпался на его глазах, но ничего не сказал, опасаясь, как бы Гу Вэньвэнь не принялась доказывать, что ее навыки готовки и впрямь улучшились. Он откинулся на спинку кресла, разглядывая ее и отмечая мешки под глазами, усталый вид, но при этом привычную ему улыбку и энергичность. Пусть он и скучал по ней каждый день с тех пор, как очнулся, и ежедневно справлялся об успехах, но все же, кажется, разлука дала ей больше, чем сидение у постели умирающего. Да и как бы он объяснил тот факт, что остался в плену шиди?
Кажется, Вэнь Цзеши все же неплохо заботился о его ученице. Год без Учителя пошел девушке на пользу, позволив развить самостоятельность и независимое мышление. Из ребенка-сорванца она превратилась в статную сильную девушку, которая могла дать отпор старшему ученику Великого ордена. Значит, даже без Мо Хэ… у нее все будет хорошо.
Будто услышав его мысли, Гу Вэньвэнь тихо спросила:
– Учитель, теперь мы покинем орден?
Мо Хэ краем глаза заметил, как напрягся Вэнь Цзеши, выпрямившись в кресле.
– Нет… – покачал Мо Хэ головой, – пока нет.
Разочарование мелькнуло на лице Гу Вэньвэнь, но она уже не была той наивной девчонкой, что год назад, и научилась владеть собой.
– Понятно.
Она отвернулась к арене, делая вид, что внимательно следит за сражениями, и вытерла рукавом злые слезы. Мо Хэ мысленно кивнул: его ученица безошибочно поняла, что сейчас не время и не место это обсуждать.
– Ты сказал, что хочешь отобрать ученика? – заговорил Вэнь Цзеши. – В самом деле? – В его голосе слышалось недоверие. – После…
Гу Вэньвэнь немедленно повернулась обратно.
– После чего, глава Вэнь? – Мо Хэ пристально посмотрел на него. – Что такого в том, что я, первый старейшина ордена Чэньси, тоже хочу взять ученика? Гу Вэньвэнь не повредит компания. К тому же на моем пике нам вдвоем будет слишком одиноко.
– На… твоем пике? – Брови Вэнь Цзеши взлетели еще выше.
Старейшины вокруг него переглянулись и заволновались. Слова Мо Хэ только что подтвердили их худший кошмар! Неужели кого-то и впрямь выселят с пика из-за того, что этот бродячий «старейшина» решил вернуться?! Они недовольно уставились на Вэнь Цзеши, и на лбу того выступил холодный пот.
– Да, я планирую пока остановиться на заднем склоне Багряной скалы, – кивнул Мо Хэ. – Ты не против?
Старейшины вокруг облегченно выдохнули. Багряная скала даже не была отдельным пиком – просто суровый и совершенно бесплодный клочок земли на северном конце ордена за Солнечным пиком. Никаких духовных жил там не проходило, совершенствоваться из-за северного ветра было невозможно, да и сама Багряная скала состояла всего из нескольких сотен чжанов. То, что она входила в границы барьера Чэньси, объяснялось лишь тем, что под обрывом Багряной скалы располагалась неплохая духовная пещера, но из-за ветров и труднодоступности никто ею не пользовался. В общем и целом это было место, которое никому не было нужно.
– Я… – Вэнь Цзеши, разумеется, был против. Как он мог предоставить своему великому шисюну жалкий каменный клочок, когда Мо Хэ только что совершил уже второй легендарный подвиг и прославил Чэньси в Поднебесной?!
– Этот Мо не хочет теснить остальных старейшин и главу Вэня, а природная ци на Багряной скале особенно хорошо подходит для совершенствования Вэньвэнь.
Гу Вэньвэнь, которая понятия не имела, о чем речь, большими глазами смотрела на Учителя.
– В таком случае… – Вэнь Цзеши замялся. С одной стороны, он не хотел отпускать Мо Хэ с Лотосового пика, где тот всегда под контролем, а с другой… Багряная скала находилась в самой глубине ордена, и суровые ветра ограничивали любые полеты на мечах в той местности даже трижды искусным заклинателям. – Хорошо, раз такова твоя воля… – сдался он.
Старейшины вокруг выдохнули с облегчением во второй раз. А Кунь Вэйжань тут же встрепенулся:
– Тогда нужно как-то облагородить скалу, там же ничего нет, только старая бамбуковая хижина с прогнившей крышей!
Гу Вэньвэнь, только обрадовавшись, что наконец съедет подальше от Цзи Фэна, возмущенно поджала губы. Стоило этому так называемому Учителю появиться, и он уже спешит заставить ее спать на голых камнях! Как это в его духе. Но даже это не омрачило ее радости, напротив – наполнило знакомым теплом.
– Я немедленно пошлю нескольких умельцев, – Кунь Вэйжань уже поднялся на ноги и направился по ступеням. – Негоже даочжану Сюаньи жить в какой-то хижине, – бормотал он себе под нос.
– Учитель, вы хотите снова взять ученика? – спросила Гу Вэньвэнь, недоверчиво глядя на Мо Хэ. Она не могла понять, как после такого предательства тот готов был принять кого-то еще. Разве не хорошо им было только вдвоем? Зачем кто-то третий?
Мо Хэ кивнул.
– Да, думаю, среди этих молодых людей найдется хороший саженец, который я смогу взрастить правильно, – спокойно проговорил он.
Вэнь Цзеши смотрел на него с таким же недоверием, что и Гу Вэньвэнь. Он еще больше не мог этого понять: весь год Мо Хэ пребывал в меланхолии, ничем не интересовался и даже как будто не хотел жить. А теперь на, тебе – решил взять ученика. Интуиция шептала Вэнь Цзеши, что здесь что-то нечисто, и он посмотрел на кандидатов, что сражались на площадке. Обвел их глазами и остановился на том, на кого, по его мнению, смотрел Мо Хэ.
– Это молодой господин Су, он и впрямь хороший саженец, – медленно проговорил он, глядя на юношу, который только что одолел своего противника и с улыбкой бросился помогать ему подняться. – Слышал, что он приемный сын главы Су из уезда Шиань в Гуйчжоу. Семья Су… теперь малочисленна, но глава Су послал также родную дочь в Чэньси, это о многом говорит, – Вэнь Цзеши указал на Су Юэлинь, которая со скучающим видом стояла чуть поодаль, дожидаясь своего боя. – Шисюн хочет взять его?
Старейшина Хризантемового пика, молодая женщина по имени Мэй Ю, которая знать не знала никакого Мо Хэ, потому что ей было лишь слегка за тридцать, недовольно нахмурилась, и между ее бровями пролегла очаровательная складка. Она уже давно положила глаз на Су Янлэя и Су Юэлинь, но сражаться за ученика с даочжаном Сюаньи – разве это не то же самое, что богомолу пытаться остановить лапками повозку?[363]
Каково же было ее удивление, когда этот свалившийся на голову старейшина Мо застыл.
– Шиань в Гуйчжоу? – Его лицо неестественно дернулось, а взгляд метнулся к Су Янлэю, но он быстро взял себя в руки. – Нет, думаю, что молодой господин Су найдет себе лучшего Учителя, чем я. К тому же я ничего не понимаю в игре на сяо.
Гу Вэньвэнь совершенно не поняла, при чем тут сяо, а вот Мэй Ю довольно улыбнулась: как и ожидалось от великого даочжана Сюаньи, он с первого взгляда понял, что брат и сестра Су идут вместе, как тень следует за телом[364]. Тот же задумчиво смотрел на Су Янлэя и Су Юэлинь.
– Тогда кем заинтересовался мой дорогой шисюн? – вырвал его из размышлений Вэнь Цзеши и невольно нахмурился. Среди молодых людей, уже создавших золотое ядро и пришедших в Чэньси, было не так много достойных: несколько отпрысков Десяти кланов и еще парочка разного происхождения. – Тебе бы подошел кто-нибудь послушный, кроткий и талантливый, дабы А-Вэнь тоже могла почувствовать себя старшей и чему-то научить шиди или шимэй. Это полезно в ее возрасте и поможет отшлифовать характер.
