На нём росли грибы. Здоровенные, с толстыми ножками и широкими шляпками, они свисали вниз целыми группами. Их свет позволял разглядеть излом разрушенного слоя и понять, что камня под нами оказалось гораздо меньше, чем я себе представлял. Сверху он выглядел обычным дном огромной полости, а снизу был потолком следующей. Часть грибов сорвало вместе с обломками, и теперь их шляпки валялись внизу, слабо светясь среди камней возле машины.

До земли, по моим прикидкам, оставалось около сотни метров. Это хоть немного обнадёживало, но уверенности в том, что червь выдержал падение, у меня пока не было. Даже с такой высоты можно было неплохо покалечить нашу железяку, особенно если она приземлилась на здоровенную плиту.

Корпус лежал среди обломков и раздавленного кустарника. Возле передних секций темнела развороченная земля, а по бокам валялись комья почвы, которые машина разбросала при падении. Несколько секций я различал достаточно хорошо, остальные ещё скрывались за оседающей пылью. Сказать отсюда, что именно у нас сломалось и сможем ли мы ехать дальше, было невозможно.

Я немного отвёл доску в сторону, стараясь рассмотреть место, где можно приземлиться подальше от кучи камней. Хорошо ещё, что под проломом не оказалось ни домов, ни других построек. С состоянием червя я хотя бы мог разобраться сам, а вот объяснять кому-нибудь, почему на его крышу свалилась моя машина, мне совершенно не хотелось.

— Только учти, человек, — сказал Лисс, пока я выбирал место для спуска, — мы сейчас окажемся на демоническом плане. Грибы эти проклятые и вся остальная дрянь тут как раз для них.

— Ты уверен? Я ведь уже видел их город, и там всё выглядело совершенно иначе.

— Потому что те красномордые зачем-то забрались слишком высоко. Не знаю, что им там понадобилось, но обычно они живут гораздо ниже. В таких местах, куда ты сейчас уронил свою железную машину.

Я ещё раз посмотрел вниз. Никакого города под нами не было видно, только кустарник, неровная земля и грибы, освещавшие её со свода. Демонический город, в котором мы когда-то встретились с эльфом, тоже находился под землёй, но выглядел гораздо более обжитым. Здесь же пока даже дороги не обнаружилось, хотя я видел только небольшой участок вокруг пролома.

— То есть там были какие-то отщепенцы? — уточнил я.

— Там были демоны, человек. У них и без этого с головой плохо, а зачем они решили жить так высоко — у них самих и спрашивай. Мне не очень нравилось там находиться, если ты помнишь. Нет, так-то я существо уникальное, я везде могу устроиться хорошо. Но в итоге ты всё там сломал, и получилось не так хорошо. Зато я нашёл тебя.

— Ты часто бывал в таких местах?

— Бывал, и не по одному разу, — проворчал эльф. — Мы с ними очень давно воюем, если ты вдруг забыл, и довольно часто нам приходится ходить туда, где они живут, потому что сами они уходить оттуда совершенно не хотят.

Хорошего от этой новости ждать не приходилось. Демонов мне здесь только и не хватало. Но, судя по тому, что мы видели с края образовавшегося провала, под нами не было ни одного жилого строения или других следов человеческой либо демонской работы. Вполне себе дикое место обитания, вон даже какие-то животные между кустами шмыгают. Тогда, немного подумав, я принял решение спуститься следом к червю, проверить его работоспособность, быстренько залезть в него и продолжить путь вниз. Общаться с демонами в мои планы не входило.

Этер вокруг был плотным, гораздо более насыщенным, чем на поверхности, но при этом вполне себе пристойным. Человек здесь мог выжить спокойно, даже слабый практик, и культивация начальной ступени проходила бы достаточно быстро.

Доску я опустил прямо на целую верхнюю пластину возле люка. Лисс перебрался на корпус, Савва вышла следом, а я убрал крылья и наконец смог нормально осмотреть машину.

Голова червя почти наполовину ушла в грунт. Земля закрывала нижние резцы, а перед первой секцией вырос небольшой вал, который она нагребла при падении. Сам корпус не переломился, задние секции лежали ровно, и это уже немного успокаивало. Чтобы вывести голову наружу, придётся освободить резцы и заставить машину податься назад. Сразу делать этого я не собирался, поскольку на боку лежал здоровенный кусок каменного перекрытия.

— Ну и что скажешь, человек, будет ползать? — спросил Лисс.

— Надеюсь. Сейчас посмотрю, что придавило сбоку, а ты пока оставайся здесь.

Я присел возле края корпуса. Каменная плита легла на наружную железную пластину и среднюю часть раскрытого ножа. Лезвие выгнуло, а его острый конец завернуло под нижний край камня. Не спасла даже крепость рун, настолько сильным был удар.

Основание ножа оставалось снаружи, поэтому до рунного крепления можно было добраться. Вот только поднимать плиту, пока за неё цеплялся нож, было нельзя. Вместе с камнем мы потянули бы лезвие и могли вырвать его из секции, повредив механизм.

— Савва, спустись с этой стороны и подержи плиту, — попросил я. — Пока только прими её вес, с места не двигай.

Она спрыгнула на землю и подхватила камень снизу. Я спустился рядом, убедился, что плита больше не давит на нож, и взялся за доступное основание лезвия.

— Господин, его конец загнут под камень, — сказала Савва. — Нож придётся убирать вместе с плитой.

— Так и сделаем. Ты держишь камень, я отсоединяю нож от корпуса.

Сначала я убрал питание с движения этого ножа, чтобы механизм случайно не попытался его втянуть. Затем разомкнул рунную связку, которая удерживала основание лезвия в креплении на секции, и подхватил освободившийся нож. Загнутый конец всё ещё цеплялся за плиту, поэтому мы с Саввой отнесли их в сторону от корпуса. Она поставила камень на ребро и придержала, пока я ослаблял рунное укрепление лезвия и разгибал зацепившийся конец.

Нож отделился от плиты. Выправлять его целиком здесь я не собирался, поэтому убрал в сумку для дальнейшего ремонта. Место на боку червя пока останется пустым, зато погнутый металл больше не помешает движению. Остальные ножи тоже нужно было проверить.

Когда вернулись к корпусу, я уже мог осмотреть железную пластину, на которой лежал камень. Её смяло возле края, и этот край выступал к соседнему сегменту. При изгибе корпуса пластины могли зацепиться друг за друга. Крепление снятого ножа осталось целым. Железная пластина тоже не оторвалась от своих опор, поэтому снимать её целиком не требовалось.

Савва придерживала железную пластину, пока я ослаблял её рунное укрепление и выправлял выступающий край. Затем вернул прежнюю подачу этера и провёл рукой вдоль стыка. Между сегментами снова оставался свободный промежуток, который требовался им при повороте. Теперь можно было заняться головой.

Я убрал доску в сумку, спустился к управлению и попросил Савву отойти от передних секций.

Задние секции приняли упор, но голову сразу выдернуть не получилось. Я не стал прибавлять усилие, поскольку нижние резцы ещё оставались в земле. Включил их на малой подаче, дал измельчить грунт вокруг передней части и только после этого повторил попытку сдвинуть машину назад.

Голова механизма спокойно вышла из земли. По пластинам застучали мелкие камни, корпус прошёл ещё пару метров, и я остановился. Затем немного повернул передние секции, проверяя исправленный стык. Железные пластины не задевали друг друга, секции двигались без рывков.

Когда я выбрался наружу, Лисс уже сидел возле люка.

— Теперь можно?

— Да, рабочая железяка, надёжная, как твоё сквернословие, — ответил я. — Собирайтесь, будем отправляться.

Савва поднялась на корпус, а я пропустил её вниз и подумал о том, что нужно было всё-таки немного изменить внутреннее устройство червя. Савву можно было бы засунуть в пространственную сумку, и пусть бы она там сидела, места меньше занимала. Так было бы гораздо удобнее. Но, с другой стороны, в случае опасности вытащить её оттуда заняло бы слишком много времени. Так что ради собственного телохранителя немного потерпеть неудобства — не такое уж плохое решение.