— Учебные вещи для моих людей тебе делать некогда было, — сказал я. — А на это, значит, время нашлось.

— Себя-то я всё время с собой ношу, мастер. Иначе когда мне было пробовать?

Я хмыкнул, не найдя сразу подходящего ответа. Наглости старику точно хватало, даже если сейчас он и старался выглядеть виноватым.

Пластинки я сложил перед собой, а палочку пока оставил на столе.

— Как ты это сделал, теперь хотя бы понятно. А вот с моей палочкой мы ещё не закончили.

Брин потянулся к палочке, но я убрал её ближе к себе. Старик отдёрнул руку и сделал вид, что всего лишь поправлял ткань.

Резонансный Ключ теперь позволял различить отдельные соединения, которые раньше сливались в один отклик. Внутри дерева проходили узкие связки, стягивавшие этер перед выходом и не позволявшие ему сразу рассеиваться. Стоило подать немного энергии, как медная проволока ощутимо потеплела, а на выходе появился непривычно плотный поток. Вот это мне и нужно было. Я уже прикидывал, как перенести такие связки в собственную конструкцию, и незаметно для себя стал прибавлять подачу. Проволока становилась всё горячее, связки напряглись, и Брин наконец-то не выдержал.

— Она греться начинает, мастер, — сказал старик. — Я сильно не подавал, а то проволока…

— Вижу я, Брин. Не переживай, до твоего следующего побега она точно доживёт.

Нагреваться палочка перестала, когда я уменьшил подачу. С этим пределом ещё предстояло разобраться, иначе усилитель просто перегорит от моего нынешнего потока. А ведь пригодиться он мог во многих моих поделках, и совсем не хотелось испортить единственный образец, который у меня был.

— Мастер, а мы-то что делать будем? — позвал Брин.

Я посмотрел на него и только тогда вспомнил, что все шестеро по-прежнему сидят передо мной.

— Работать будете, Брин, ты же сам просился обратно.

— Разумеется. Мы всегда готовы принести пользу. Только хотелось бы понимать, на каких условиях, чтобы потом никаких недоразумений…

— Все шестеро будете год работать у Горбуна и делать, что он поручит. А дальше посмотрим.

Брин моргнул, и подобострастное выражение на его лице наконец-то исчезло целиком. Один из пятерых подался вперёд, но старик вытянул руку, останавливая его, и снова повернулся ко мне. Как по мне, даже удивительно, что он оказался лидером этой группы.

— Мастер, я всё-таки рунами занимаюсь. Горбун хороший человек, никто не спорит, но у него работа совсем другая.

— Вот и поможет тебе найти, куда свои знания пристроить. Железа у него много, людей постоянно не хватает. Ты же у нас теперь умеешь не только рассказывать, как мало знаешь, но и руками работать. Попилишь деревья и оценишь, насколько приятнее руководить школой, чем махать пилой.

— Год всё-таки немаленький срок.

— Полгода по горам бродить тебя устроило. Здесь хотя бы крыша над головой будет.

— А клейма? — спросил Брин.

— Ставить не буду. Идите вы нафиг со своими клеймами. Я один раз уже потратил время, второй раз на вас тратить не хочу. Вы всё равно отсюда живыми не уйдёте. Так что или работа в Яме, или голова с плеч.

На этот раз даже Брин растерялся, не сразу найдя, что ответить.

— Еду и место для жизни вам обеспечат, — продолжил я. — А материалы и место в мастерских Горбун будет выделять под ту работу, которую вам поручит.

Брин обернулся к остальным, а те на этот раз не стали отводить глаза. Ближайший к нему кивнул, остальные тоже выразили согласие, и старик понял, что торговаться от имени всей компании уже не получится.

— Мы согласны, мастер, — сказал он после небольшой паузы. — Я только хотел заранее выяснить, что именно от нас требуется.

— Вот у Горбуна и выяснишь, когда он тебе работу даст. А палочка останется у меня, тут даже не надейся.

Я убрал усилитель в сумку вместе с пластинками. Брин проводил его таким взглядом, будто отдавал собственную вещь.

Охранникам я поручил отвести шестерых к Горбуну, отдельно напомнив, что на нижние ярусы без сопровождающих их пускать не нужно. Прежних меток големы на них больше не найдут.

Пятеро прошли к двери, а Брин задержался возле стола и всё-таки поклонился.

— Спасибо, мастер. Ты не пожалеешь.

— Лучше сделай так, чтобы Горбун не пожалел. Мне-то с тобой теперь не работать.

Брин ушёл, и я остался один. Разбирать усилитель дальше было интересно, но подробности могли подождать до стоянки. Взялся бы за них сейчас — ещё неделю провозился бы, вместо того чтобы наконец-то отправиться вниз.

У себя за рабочим столом Лиана прижимала ладонью крышку коробочки, но та упорно поднималась, стоило ослабить нажим. Вокруг лежали свёртки, заготовки и ещё несколько коробочек, которые она собиралась взять с собой. Я поднял лежавший на краю свёрток, прежде чем она успела смахнуть его локтем.

— На побережье собралась? — спросил я.

— Собралась. Там нашли травы, которые мне нужны, а люди второй раз прислали совсем не то. Теперь сама посмотрю, пока они всё окончательно не перепутали.

Она забрала у меня свёрток, убрала его в другую коробочку и только после этого повернулась ко мне.

— Ты со своим червём закончил? Мы с тобой последнее время только в проходе и встречаемся.

— Закончил, собираемся выехать. Осталось с Лиссом маршрут посмотреть.

Лиана отодвинула коробочку, которую так и не сумела закрыть.

— Тогда проводить тебя не успею. Эти растения давно ждут, а корабль специально для меня задерживать я не хочу.

— Жалко, конечно, но корабль из-за этого держать не надо. Мы же не на войну едем, нашли бы устройство и спокойно вернулись.

— Тогда возвращайся, мне как раз будет что тебе показать. Если там всё так, как мне описали, с этими травами немало нового попробовать получится.

Лиана переложила лишние заготовки в соседнюю коробочку, а я наконец прижал упрямую крышку. Чувствовал я себя рядом с ней хорошо, но устойчивой пары из нас, похоже, так и не выходило. Каждый оставался сам себе на уме, и мне совсем не хотелось, чтобы она бросала свои дела только ради того, чтобы посидеть рядом со мной.

Может, это ещё и особенности таких, как мы, Помеченных богами. Навыки давали столько возможностей, что очередная интересная работа занимала голову гораздо сильнее всего остального. Только вот мы с Лианой уже рассуждали о подобных вещах и ничего толком не выяснили. Уж больно удобно было бы свалить собственный характер на Систему, вместо того чтобы признать, что самому вечно хочется куда-нибудь полезть.

— Ты крышку-то отпусти, — сказала она. — Или я эту коробку вместе с твоей рукой заберу.

Коробочка закрылась, а Лиана отставила наконец свои вещи и подошла ко мне.

— Ну, ты там не сильно-то рискуй, — попросила она, обнимая меня. — Чтобы не получилось как с островом, хотя ты теперь гораздо сильнее.

Я обнял её в ответ, и уходить сразу совершенно расхотелось, но телячьи нежности я выкинул из головы сразу — не до того. Наша дружба проходила по разным путям. Где-то мы дружили организмами для здоровья, и где-то Лиана значила для меня гораздо больше как человек, с которым можно было поговорить о тех вещах, которые никто больше рядом со мной не понимал. Впрочем, сближаться дальше мы не торопились, словно понимали, что однажды это может закончиться и будет больно каждому. Это было логично, и я собирался придерживаться этого и впредь.

— Найди там свои травы, — сказал я, когда она отстранилась. — А то вернусь, и опять окажется, что поговорить некогда.

— Это ты со своим червём не пропадай. Я хоть знаю, где меня искать.

Лиана немного смущённо улыбнулась, но уже потянулась за следующим свёртком. Я подал его ей, и на этом всё-таки пришлось попрощаться. В итоге получилось всё как-то скомкано и не слишком красиво.

Правда, уже через полчаса я забыл про неё и наше расставание, занявшись непосредственно последними деталями подготовки похода. До центральной области сектора предстояло добираться под землёй, а насколько глубоко придётся опуститься, пока никто из нас толком не знал. Книга помогала представить, что может встретиться по дороге, но готового маршрута в ней не было.