Гу Вэньвэнь изумленно округлила глаза.

– У меня что-то на лице? – спросила она.

– Нет, я просто никогда не видел такой прекрасной девушки, – без всякого стеснения отозвался Се Юньци. – Вы словно первый весенний цветок, распустившийся среди снегов, а улыбка ваша способна покорять царства.

Цзи Фэн молча перевел взгляд со своей растрепанной шимэй на прекрасную небожительницу с флейтой, затем снова на шимэй, и подумал, что этот гость явно слепой.

– К-хм, – кашлянул он, выступая вперед. – Меня зовут Цзи Фэн, я старший ученик ордена и первый ученик главы Вэня. Приветствую собратьев на тропе совершенствования в нашем ордене Чэньси.

– Что ты влезаешь? Не видишь, мне комплименты делают? – фыркнула Гу Вэньвэнь и еще шире улыбнулась Се Юньци. Тому даже стало как-то не по себе. – Брат Сяо, твоя секта кажется мне знакомой, мы могли где-то встречаться?

Цзи Фэн нахмурился: «Что еще за “брат Сяо”? Откуда такая фамильярность с каким-то невзрачным, жалким, слабым заклинателем из неизвестной секты?» Он с ног до головы оглядел этого Сяо Шэ, но не заметил в нем ничего выдающегося.

– Вряд ли, но осмелюсь спросить, как зовут прекрасную барышню? – продолжил Се Юньци, продолжая улыбаться.

– Гу Вэньвэнь, – хихикнула та, отмечая, что этот молодой человек хоть и не так ослепительно хорош собой, но имеет приятную внешность и достойный характер. Не то что один шисюн! – «Гу» как «долина», «Вэнь» как «письмо».

– Какое чудесное имя, – без зазрения совести польстил Се Юньци и широко улыбнулся.

Сердце Гу Вэньвэнь екнуло, и она слегка нахмурила брови, но затем молодой человек продолжил:

– Надеюсь, что войду в орден и смогу совершенствоваться подле шицзе.

Лицо Гу Вэньвэнь вдруг дрогнуло.

– Сначала придется пройти испытание, а потом уже сможете называть шимэй… шицзе, – снова влез Цзи Фэн. Гу Вэньвэнь тут же взяла себя в руки и с недовольным лицом повернулась к нему.

– Тебе заняться нечем? Вон еще два гостя ждут, пока ты их запишешь, – отбрила она его.

Тот задохнулся от возмущения, но все же повернулся к Су Янлэю и Юэлинь, думая про себя, что прекрасная девушка радует глаз намного больше, чем взбалмошная шимэй, да к тому же еще и молчит. Он наскоро записал обоих и снова повернулся к Гу Вэньвэнь, которая щебетала с Сяо Шэ. Цзи Фэн кашлянул и недовольно нахмурился.

– В горле, что ли, пересохло? – спросила его Гу Вэньвэнь.

– Нет… то есть да, такая жара, – невозмутимо сказал Цзи Фэн.

– Сочувствую, – без капли искренности отозвалась девушка и снова повернулась к юноше. – Я провожу вас троих до гостевых дворов.

– Шимэй Гу, нам нельзя покидать свой пост, – тут же напомнил ей шисюн.

«Какой же ты противный!» – подумала про себя Гу Вэньвэнь, но спорить не стала и лишь сказала:

– Тогда прошу простить, ступайте прямо до Лунного пика.

– Я же еще увижу прекрасную сестрицу на состязаниях? – улыбнулся Се Юньци, глядя, как медленно краснеют уши его названной шицзе.

– Конечно! Я обязательно приду посмотреть, – твердо ответила та, не обращая внимания на то, как сильно и далеко закатил глаза Цзи Фэн.

Когда трое гостей направились по деревянному мостику, она повернулась к пыхтящему от возмущения шисюну:

– Смотри, как бы глаза не вывалились от натуги, – посоветовала она ему и еще до того, как он успел что-то сказать, повернулась к следующему гостю. – Добро пожаловать в орден Чэньси!

Се Юньци медленно шагал по мостику позади брата и сестры Су, без конца оглядываясь на ворота. Су Янлэй не выдержал и рассмеялся:

– Брат Сяо, неужели тебе так понравилась эта девушка? Тогда тебе стоит постараться и попасть в ученики к ее Учителю, и вы сможете часто видеться!

Се Юньци промахнулся мимо доски, и его нога чуть не провалилась в пропасть, но, к счастью, Су Янлэй вовремя придержал его за локоть.

– Разумеется, я приложу все силы! – стеснительно выдавил юноша и даже покраснел, будто и правда страдал от внезапного приступа чувств.

– Ай-я, ты же не спросил, у кого она учится! – вдруг спохватился Су Янлэй и тоже обернулся, будто был готов броситься обратно к воротам. Теперь уже Су Юэлинь раздраженно дернула его за рукав, не позволяя останавливаться. – Ладно, ты права, еще успеется, в конце концов, все будут присутствовать на состязаниях. Быть может, даже удастся сойтись с ней в бою.

– Ученики Чэньси тоже принимают участие? – заинтересовался Се Юньци.

– По правилам можно вызвать внутреннего ученика ордена на поединок, если окажешься в первой пятерке победителей. Это лучший способ доказать, что ты достоин войти в ряды Чэньси, – объяснил Су Янлэй. – Но на самом деле… мало кто этим пользуется, ведь быть в первой пятерке уже достаточно, чтобы тебя заметили старейшины.

Се Юньци был полностью согласен: зачем напрягаться, если можно обойтись без этого? К тому же его цель состояла в другом… Острый взгляд некоего достопочтенного обвел утопающие в облаках пики, будто выискивая тот самый, но все они с этого расстояния казались одинаковыми – мирными и безмятежными, укрытыми пеленой.

Они достигли конца моста и ступили на пик, именуемый Лунным. Вскоре один из внешних учеников распределил их по комнатам и проводил в небольшой дворик, по пути рассказывая, что Лунный пик, отделенный от основной части ордена барьером, являлся местом жительства всех внешних учеников. Здесь же располагалась внешняя арена, гостевые дворы и прочие постройки. Лунный пик находился прямо около Сумеречного, вотчины Кунь Вэйжаня, а потому был во многом с ним связан. В частности потому, что внешние ученики, которым недостало таланта или связей попасть внутрь ордена, обычно охотно становились снабженцами на Сумеречном пике – вроде как оказываешься в Чэньси, выполняешь полезную работу и вроде как считаешься внутренним учеником. Потому у Сумеречного пика никогда не бывало недостатка в учениках, а Лунный между периодами, когда орден открывал набор людей, обычно стоял почти пустой.

Следуя за учеником к комнате, Се Юньци запоминал все, что проходил, в особенности охранные меры. Он быстро заключил, что Лунный пик, кажущийся гостевым и неважным, на деле служил заставой Чэньси – защитным рубежом между внутренними пиками и внешним миром. Это подтверждали мощные охранные заклинания и формации, расположенные практически везде.

– Не бродите в одиночку, а то здесь легко можно угодить в ловушку, – предупредил их ученик, оставляя у ворот дворика. – Один такой гость заблудился на заднем склоне горы и…

– И что? – тут же спросил наивный Су Янлэй.

– И его так и не нашли, – понизив голос, зловеще отозвался ученик. – Но иногда с северной части пика доносится страшный вой, – говорят, это его душа до сих пор мечется в формации!

Су Янлэй содрогнулся, а вот его сестра лишь презрительно фыркнула: «Глупая страшилка». Се Юньци был с ней солидарен: пугать демона озлобленным духом? Пф, этот достопочтенный таких на завтрак ест (и это действительно порой было так). Так что словам того сопляка он не придал никакого значения.

Ученик удалился, а они вошли в гостевой двор: тот был небольшим и, что неожиданно, уже занятым. Из западной комнаты им навстречу вышел юноша в бордовом ханьфу и скривился. Он был юн, не старше нового облика Се Юньци, но с печатью надменности на лице, которую некий достопочтенный до сих пор успешно скрывал. Се Юньци в ответ на презрение ослепительно улыбнулся. Юноша скривился еще больше, оглядывая его бедную одежду. Следом за ним из комнаты вышел еще один человек, и юноша повернулся к нему.

– Чэньси теперь и всяких безродных пускает? – спросил он достаточно громко, чтобы они услышали.

– Молодой господин, вам не стоит так выражаться, – отозвался, по-видимому, его телохранитель – широкоплечий мужчина в черном с мечом на поясе.

– Я полагал, что гостей распределят согласно их статусу, – закатил юноша глаза, – а они подселили в мой двор еще кого-то. Чэньси совсем не уважает Великий клан Цинь! Как я могу делить двор с какими-то… кто это вообще?