Бывший лейтенант раньше спокойно спал со своими бойцами на каменном полу, сражался в одном строю и был среди нас весьма уважаем. А сейчас я видел, что гвардейцы, его личная охрана, прежде всего боятся своего генерала, а уже только потом уважают.

С такими мыслями я добрался до кают-компании, где совещание не застал. Стейни там был один. Видимо, он уже выслушал доклады от Ринго и теперь хотел снова поговорить со мной один на один.

— Докладывай, — сказал он мне.

— Я не твой подчиненный, генерал Стейни, — ответил я ему достаточно грубо, садясь за стол рядом и складывая руки на столе. — Мне не нравится то, что сейчас происходит.

— Какие-то проблемы? — насторожился он.

— У меня нет проблем, — ответил я. — Скорее проблемы в том, как ты строишь своё управление и что происходит вокруг. Это какой-то откровенный бардак.

Я специально перешёл на ты и начал говорить грубо, как не просто с равным, а с тем, кого я даже немного выше по статусу. И ему сейчас остаётся только либо это принять, либо начать со мной конфликт. Ну он далеко не дурак, а значит, выберет первый вариант.

— Это грубо с твоей стороны, — усмехнулся он. — Так общаться со своим бывшим командиром.

— Новая ситуация — новые правила, — не согласился я с ним. — Нужно покинуть Левиафан и перевести лагерь в центр верфи, чтобы командный пункт находился недалеко от лифта, лазарета и складов, где находятся продукты.

— Ну что ж, давай тогда начнём с этого, — сказал генерал. — Вообще, я хотел обсудить территорию верфи и то, что всё, что здесь находится, должно принадлежать городам Великой Степи по нашему праву. Мы являемся хозяевами корабля, а значит, и всего того, что находится здесь.

— От того, что твой корабль сейчас зажат в чужом причале и не может сдвинуться без разрешения владельца, тебя хозяином этого места корона не делает. Тем более что я запустил верфь в рабочее состояние. Здесь теперь есть свет, вода и можно жить. Так что причин объявить верфь своей у меня нисколько не меньше, но заметь, я этого не делаю.

— Мои офицеры настаивают именно на этом, — не согласился со мной Стейни. — И я придерживаюсь того же мнения.

— Нас могут убить уже сегодня вечером, — сказал я тихо. — От того, что мы делим чужое имущество, никакого толку нет. Если сюда придёт десяток практиков ступени каналов, ты можешь хоть сколько им рассказывать о том, что эта верфь принадлежит тебе.

— И то верно. Мы пытались сломать захваты, но у нас не хватает сил.

— От того, что у вас выйдет освободить корабль от оков, тоже ничего не изменится. Верфь не выпустит вас со своей территории, пока мы не получим допуск из центра. А центр находится где-то там, наверху. И этот центр защищают сильные практики, для которых вся твоя гвардия и офицеры — всего лишь мясо.

— Ты же понимаешь, что этот разговор ни о чём. Сидеть здесь и слушать тебя я не вижу смысла. У меня своя точка зрения, у тебя — своя, — сказал Стейни, поднявшись и расхаживая задумчиво вдоль стены.

— Я вообще не понимаю сути этого разговора. Я пришёл рассказать тебе о том, что находится наверху. Там сильные практики, которых мы убили целых семь штук. Духовные звери, которые нападают и ранят твоих людей, которых, кстати, нужно лечить и лечить быстро. И у меня есть такие возможности, тем более что я могу помочь им перейти на следующую ступень развития, сделав твоих бойцов сильнее. А вместо этого ты занимаешься делёжкой шкуры неубитого медведя. Давай уже смотреть на мир немного по-другому. Здесь не Великая Степь. Здесь совершенно другой мир, и мир гораздо более жестокий, чем тот, к которому ты привык. И твой статус здесь никому не важен.

— Я не откажусь от прав Степи на верфь и все земли, которые мы можем здесь захватить.

— Да мне плевать, — поднялся я. — Я буду спасать только свою команду, если твои люди не будут подчиняться мне и моим приказам.

— Я дам распоряжение, чтобы все десятники и полусотники признавали тебя командиром, — неожиданно сразу пошёл на попятную генерал. — Так ты говоришь, что можешь вылечить людей? Если можешь, сделай это. Раненый сейчас — это обуза. Мы заплатим за каждого раненого. Такой договор тебя устроит? Оплата за нашу охрану и безопасность.

— Господин генерал, — расхохотался я, стоя. — У тебя не хватит золота и серебра для того, чтобы нанять меня в качестве твоего охранника. Я ограбил Серебряный Утёс и вынес оттуда столько драгоценностей, что ты даже представить себе не можешь!

— На самом деле ты не прав, — генерал подошёл к встроенному сейфу, достал ключ и, повернув его несколько раз, открыл дверцу, а затем вытащил оттуда небольшой тубус, напитанный этером и защищённый рунами. — Есть у меня кое-что для тебя весьма интересное.

Стейни положил тубус на стол, но ближе ко мне не подвинул. Видимо, сначала хотел убедиться, что я заинтересовался, и у него, зараза, получилось. Обычную безделушку никто бы не стал держать в настенном сейфе и закрывать тубус рунными слоями тоже. Так что интерес у меня был, даже мягко говоря, нешуточный.

— Что внутри? — спросил я осторожно.

— Техника для мастера рун. Она называется Рунный Слепок. Этот тубус больше сотни лет лежал в хранилище Степного Цветка, в самом тёмном его месте. Отец собирался продать его в Серебряный Утёс, но не получилось. А затем и Серебряный Утёс пал. Я знал, что мы с тобой обязательно встретимся. Я знал, что я могу тебе пригодиться.

— А предложить его за корону вместе с Алексом?

— Ну, я рассчитывал подарить его тебе, когда мы будем прощаться, — спокойно ответил генерал. — Но, видишь, получилось вот так.

— Откуда ты знаешь название?

— Есть небольшой документ, описание, которое смогли создать древние мастера, когда документировали полученные древние сокровища. Что находится внутри на самом деле, я не знаю.

Я протянул руку, но Стейни положил ладонь на тубус.

— Давай сначала договоримся.

— Тогда договаривайся один, — сказал я и снова уселся в кресло. — Я не покупаю закрытые коробки, особенно если продавец не разрешает посмотреть, что находится внутри.

Генерал ничего на это не ответил, но руку всё же убрал. Тут же тубус оказался у меня. Защита чувствовалась хорошо, но угрозы внутри не было. То, что там находилось — свёрнутая пластина, на которую записали общую рунную структуру. Открыть без разрешения владельца её было бы достаточно легко, но я решил не тратить на это время, тем более что должен быть ключ.

— Должен быть ключ, — сказал я.

— Ты даже не спросишь, что делает эта техника?

— Я уже и так примерно понимаю, название достаточно понятное для каждого рунного мастера.

Хитрец приложил палец к небольшой выемке и выпустил из себя немного энергии. Внешняя защита тут же погасла. Я осторожно открыл тубус и вытащил оттуда тонкую металлическую пластину. Рунные линии на ней почти не отражали свет, они уходили вглубь металла и складывались в несколько слоёв. Стоило мне коснуться пластины своим новым навыком, как перед глазами тут же появилось сообщение.

Обнаружена обучающая матрица.

Внешний навык. Рунный Слепок.

Совместимость со специализацией Мастер Рун подтверждена.

Навык позволяет сохранять законченную рунную связку в памяти носителя и создавать её направляющую проекцию на выбранные поверхности. Количество доступных слепков зависит от уровня навыка. Возможно добавление без замены основного навыка специализации.

Я перечитал последнее сообщение несколько раз. До сих пор все навыки появлялись через Систему после моих действий либо выдавались на выбор при их развитии. Здесь же лежала готовая матрица, которую можно было бы добавить отдельно, не дожидаясь нового уровня и не отказываясь от уже полученных возможностей.

Нет, конечно, сама техника для меня была уже практически бесполезна. Сердце Рун сохраняло полноценные схемы, позволяло рассматривать их со всех сторон и проецировать куда угодно. А Рунный Слепок делал то же самое гораздо грубее. На первом уровне носитель мог удерживать только одну связку, причём перед этим был обязан понять каждую входящую в неё руну. Зато обычному мастеру такая возможность экономила бы года три тренировок.