Но при этих равнодушных словах Вэнь Цзеши помрачнел. Его уши дернулись, когда люди вокруг пораженно зашептались: теперь личность этого человека в черном была подтверждена! Это тот самый – сильнейший из ныне живущих, Бессмертная душа!
– Шисюн, я надеялся, что ты поведешь учеников Чэньси в бой, как и подобает старейшине ордена, – мягко произнес Вэнь Цзеши, будто не замечая шепота. За его спиной стояло еще несколько человек, которых Мо Хэ смутно помнил: возможно, тоже старейшины Чэньси. Они недовольно переглянулись на этих словах. Какой-то молодой человек рядом с Вэнь Цзеши нахмурился.
Мо Хэ огляделся: рядом был клан Лу, за спиной шиди – родной орден, а вокруг стояли заклинатели, которые, затаив дыхание, следили за встречей двух легендарных «мечей Чэньси». Лицо Мо Хэ помрачнело: Вэнь Цзеши загнал его в ловушку, вероятно думая, что тот не станет унижать его и отказывать на глазах у всех. Но он просчитался.
– Думаю, у вас порядочно других старейшин, которые способны повести в бой, глава Вэнь. Этот Мо никогда не учил никого из нынешнего поколения в Чэньси и должен оберегать своих учеников в этом нелегком походе. Боюсь, я мало что знаю о нынешних делах ордена и могу ненароком навлечь на кого-то опасность.
Перевод: «Я плохо запоминаю лица и никого не знаю в Чэньси. За твоей спиной много жаждущих занять мое место, а если продолжишь досаждать мне, я не могу ручаться, что все твои ученики выйдут живыми из Второго дворца, потому что я просто не отличу их от демонов».
Вэнь Цзеши и Мо Хэ некоторое время смотрели друг на друга в наступившей тишине. Наконец Вэнь Цзеши мягко вздохнул и сдался.
– Хорошо, шисюн. Ты прав, стоит разбить отряд на небольшие группы, чтобы никто не пострадал. А где же твои ученики? Я буду счастлив познакомиться со своими шичжи[301].
Мо Хэ бросил на него взгляд и невозмутимо отозвался:
– Понятия не имею.
Вэнь Цзеши недоуменно подумал: «Не ты ли только что сказал, что должен “оберегать своих учеников”?! Так где же они?»
– Учитель! – Как назло, именно в этот момент к ним подбежала Гу Вэньвэнь. За ней степенно следовал Се Юньци, а сзади зачем-то потащился Тао У. Вся эта компания, заметив, что Мо Хэ беседует с главой Вэнем, испытала совершенно разные чувства: Вэньвэнь хотела познакомиться с легендарным шишу, Се Юньци отчего-то находил вид Вэнь Цзеши все более и более непривлекательным, а Тао У просто пришел поесть тыквенных семечек[302].
Вэнь Цзеши обернулся на крик и увидел юную девушку.
– А это? – Он ласково улыбнулся Гу Вэньвэнь.
Мо Хэ нахмурился.
– Гу Вэньвэнь, моя первая ученица.
– Наслышан-наслышан. – Вэнь Цзеши протянул руку и потрепал девушку по голове.
Та обхватила кулак ладонью и коротко поклонилась.
– Рада познакомиться с шишу!
– Значит, ты знаешь, что я твой шишу, но ни разу не приезжала навестить меня? Твой Учитель действительно такой бессердечный! Сколько тебе лет? Что тебе нравится? – спросил ее Вэнь Цзеши.
– Восемнадцать. Я люблю поесть и сражаться с нечистью. И Учитель совсем не бессердечный, шишу! У нас просто много дел, – ловко ответила Гу Вэньвэнь и покосилась на Учителя, который стоял мрачнее тучи. Вернее, у него было совершенно спокойное лицо, но она хорошо его знала и понимала, что тот недоволен.
Гу Вэньвэнь немного растерялась. Вэнь Цзеши казался дружелюбным по отношению и к ней, и к Учителю, но последний намеренно отстранялся. И девушка не понимала причин.
– О? И каких же? Я слышал, что шисюн много путешествует по горам и долинам, может статься, в следующий раз вы забредете куда-нибудь поближе к горам Ишань. Двери Чэньси всегда открыты…
– Се Юньци, двадцать пять лет, любимый цвет – красный; как и шицзе, люблю поесть; бродячий заклинатель, второй ученик даочжана Сюаньи. Приветствую шишу, – прервал его громкий голос.
Вэнь Цзеши резко обернулся и увидел того самого молодого человека в красном, которого заметил, только приземлившись. Теперь на него обратили внимание все. Се Юньци совершенно лениво выставил перед собой руки и отвесил легкий поклон, а затем невозмутимо встал рядом с Мо Хэ, ослепительно улыбаясь.
Вэнь Цзеши обомлел: откуда у шисюна взялся второй ученик? Но Мо Хэ не возражал, поэтому глава Вэнь мог лишь выдавить улыбку.
– Се Юньци – какое хорошее имя.
– Да, «Юнь» как «лучи солнца», «ци» как «необыкновенный», «Се» как «благодарность». Великолепное имя, и как точно описывает мои достоинства, – без ложной скромности отозвался Се Юньци.
Вэнь Цзеши второй раз за короткое время потерял дар речи. Гу Вэньвэнь хрюкнула от смеха, и даже Мо Хэ слегка улыбнулся, перестав быть таким мрачным.
– И правда, шичжи будто судьбой было уготовано стать учеником Чэньси, – нашелся с ответом глава Вэнь.
– Жаль, что я стал учеником даочжана Сюаньи, – цокнул языком Се Юньци.
Теперь даже вежливый и бесстрастный Вэнь Цзеши мог осознать, что над ним насмехаются. Посчитав словесную перепалку с младшим ниже своего достоинства, Вэнь Цзеши обратился к Мо Хэ:
– Шисюн, тогда надеюсь сразиться с тобой бок о бок за праведный мир.
– Глава Вэнь, не беспокойтесь, Мо Хэ выложится на полную, – прохладно отозвался даос.
После этого Вэнь Цзеши быстрым шагом ушел, забирая с собой свиту.
– Ему будто хвост прищемили, – ухмыльнулся Се Юньци.
Мо Хэ покосился на того, кто только что осмелился критиковать главу Великого ордена на глазах всего праведного мира, и промолчал. Он протянул руку и потрепал высокого Се Юньци по голове, а затем отошел к Лу Уюэ, стоявшему поодаль.
– Отправляемся, – бросил он напоследок.
Се Юньци на мгновение потерял способность ясно мыслить. Лишь когда Тао У рядом противно загоготал, Третий господин вспомнил, что голову мужчины нельзя трогать после достижения совершеннолетия. А этот достопочтенный давно взрослый! Проклятая черепаха! Се Юньци помог даосу выпутаться из этой сети, а что же тот?
* * *
С прибытием Чэньси было решено выдвигаться. Вэнь Цзеши разбил всех на небольшие отряды по двадцать человек, чтобы в каждом оказались заклинатели из разных кланов и орденов, а также лекари, мастера формаций и печатей. Все это должно было обеспечить более-менее безопасное продвижение по Огненной пустоши.
С момента, как Вэнь Цзеши подтвердил его личность, люди жадно поглядывали на Мо Хэ, стремясь оказаться в его отряде. Тот же, когда Вэнь Цзеши обратился к нему и спросил, кого он возьмет с собой, коротко ответил:
– Никого.
Очевидно, что, помня о его могуществе, многие хотели просто спрятать руки в рукава[303] и спокойно следовать за Мо Хэ. Однако тот не собирался предоставлять им такой шанс. Вэнь Цзеши скрипнул зубами, но, памятуя о толпе вокруг, спросил:
– Шисюн, неужто ты, как великий герой, планируешь пойти впереди и разобраться с наместником запада в одиночку?
Се Юньци вскинул брови. Какая наглость! Эти праведные придурки совершенно бесполезны!
– С какой стати мой Учитель должен брать все на себя? Вас здесь вон сколько, а он один. Собираетесь понаблюдать за пожаром с другого берега?
Мо Хэ бросил на него слегка удивленный взгляд. Его второй ученик вскинул подбородок и смело глядел на толпу опешивших заклинателей, будто видел ничтожных блох. Его губы изгибались в презрительной улыбке, но глаза смотрели холодно. У Мо Хэ вдруг потеплело на душе. Никто никогда не заступался за него – пусть и таким экстравагантным способом. Когда триста лет назад он вызвался покончить с Владыкой демонов, люди благодарили его, провожали и смахивали слезы, но ни один человек не остановил. Никто не хотел идти с ним на верную смерть. И Мо Хэ думал, что так и должно быть: он взял на себя эту миссию и поклялся ее завершить.
