– А малыши? – Но на этот вопрос дайн уже не мог ответить, и я спросила самих рырхов: – Вы с нами или в лес?
Разумеется, они ничего не сказали, но остались сидеть подле меня, и я посчитала это за ответ – с нами. Как будет, узнаем, когда придет время, но мне бы и вправду хотелось, чтобы мои подопечные вернулись. Ну, или хотя бы оставались рядом с Иртэгеном, чтобы можно было с ними видеться.
Однако рырхи были не единственными, кто меня интересовал. И теперь, когда главная опасность миновала, а страхи, затаенные и явные, отступили, голова моя заполнилась тысячью вопросов, на которые мне безумно хотелось получить ответы. Я решила начать с последнего и очевидного.
– Стало быть, магистр теперь может открывать порталы на священных землях?
– Похоже, что так, – улыбнулся супруг. – Мы пришли с гор прямо к святилищу, а не к границе. А теперь и вовсе не от кого закрываться. Возможно, ты наконец сможешь отправить родителям послание, а если Отец будет милостив, то и пригласить их сюда. Твоим родным будет любопытно посмотреть не только на внука, но и на то, о чем ты им рассказывала.
– О Хэлл, хоть бы так, – с мольбой произнесла я, и супруг звонко поцеловал меня в щеку.
В это мгновение появились мои телохранители. Выглядело это необычно. С нашего места портала было не видно, и потому казалось, что они шагнули из воздуха. Тут же встрепенулся Элы, ждавший своего всадника, поднялись на лапы и рырхи. Похоже, они и вправду собирались вернуться с нами.
– Идем, – сказал Танияр, но на миг задержался и добавил: – Прости, что отдам тебе сына. Я знаю, что ты давно его носишь и твои руки устали. Но я не знаю, что происходит в Иртэгене. Если придется взяться за ленген…
– Я понимаю, – остановила я супруга и забрала у него дайнанчи. – У меня было время отдохнуть, а скоро Тамина заберет Сурхэм и вряд ли до ночи выпустит. Раз Берик примчался сюда, значит, нас искали по харату, она должно быть взволнована.
Супруг улыбнулся, и мы направились к Элькосу, а за нами зашагали и рырхи. И если моя троица шла позади нас, то Фьер и Айлид уже бежали впереди. Ростом они хоть и были ниже взрослых особей, но уже могли впечатлить, и магистр был впечатлен. Он замер, когда детеныши приблизились к нему, и настороженно следил за ними.
– Душа моя, эти звери идут с нами? – нервно спросил человек, который не побоялся встать против духа.
– Похоже, что так, – ответила я. – Вы не должны их бояться, друг мой. Это только с виду они грозные, но для своей стаи совершенно безопасны, а мы их стая. К тому же они очень умные. Подойдите ко мне.
– Вот уж благодарю покорно, – фыркнул хамче. – Лучше держите их от меня подальше.
Я настаивать не стала, рассудив, что сейчас на уговоры нет времени, лишь попросила рырхов не подходить к магистру. Особенно Бойла, который по складу характера любил пошалить, а значит, мог намеренно напугать впечатлительного победителя Илгиза. Рырхи были умными, потому я верила, что так и будет, как я сказала.
Элькос передернул плечами и отвернулся. Но прежде, чем открыть портал, он сделал плавный жест рукой, и с земли начали подниматься облачка, хотя скорее это была легкая дымка, уплотнившаяся, но все-таки полупрозрачная. На пяти «облачках» лежали тела павших ягиров, а на шестом всё еще бесчувственный Архам. Шесть сгустков белого тумана поплыли к открывающемуся порталу. Магистр позаботился обо всех.
А потом окно перехода открылось, и ягиры вместе с Элькосом вышли первыми. За ними шагнул дайн, а после и мы с дайнанчи и рырхами. Скорбные «облачка» вплыли последними, и портал исчез. А мы остались стоять на большой поляне, где проводился сангар и празднование наступления лета.
– Дайн! – донесся до нас крик со стены. – Это дайн! С ним дайнани!
Ворота, закрытые по моему приказу, открылись, и мы направились в харат. Ягиры со стен смотрели на наше приближение и, наверное, задавались вопросами, откуда мы явились и почему нас так мало. Но это им еще предстояло узнать, а мы ожидали доклада о происходящем в столице. А то, что здесь что-то происходило, было заметно уже потому, что на стенах было слишком мало воинов. Гораздо меньше, чем там находилось еще в начале дня.
– Что происходит в Иртэгене? – сразу же спросил Танияр, едва мы вошли в ворота.
– Сначала пропала дайнани… – ответил ягир на воротах.
– Это я уже всё знаю, – отмахнулся дайн. – Что сейчас здесь происходит?
– Пришлые начали людей мутить. Чавузы пытались их остановить и отвести к чен-ердэму. Еще пришлые требовали показать им каанчи Шакина, говорили, что его дайн с собой утащил, что убить хочет…
Я посмотрела на Танияра. Похоже, в своих выводах мы не ошиблись.
– Когда каанчи вышел с подворья ягиров, кто-то метнул в него нож, – продолжал свой рассказ ягир.
– Убили?
– Нет, ранили только. Он сейчас у Хасиль под охраной. Когда всё началось, в харат перестали пускать и выпускать даже иртэгенцев. – Я кивнула, одобряя решение. – Те, кто смущал людей, остались закрыты внутри Иртэгена. Чавузы и часть ягиров, со стен и кто оставался на подворье, начали отлавливать пришлых. Они полезли в драку, после этого наши их жалеть перестали. Они сейчас где-то там, – ягир махнул в сторону вторых ворот.
– А что иртэгенцы? – спросила я.
– Иртэгенцы с ними ругаться начали, потому сначала пришлось растаскивать крикунов, потом уже пошли драки пришлых с чавузами. Дальше, как сказал. Много не знаю, мы здесь стоим, тут тихо. Знаем только, что люди говорили. И когда Илан пришел, чтобы ягиров взять в помощь, он еще немного рассказал. Нихсэт со своими чавузами оставался. Дайн, а почему вас так мало? Неужто илгизиты всех одолели?
– Войско в горах, мы из священных земель пришли, – ответил Танияр. – Махир туда Ашити выманил. – После устало улыбнулся и хлопнул воина по плечу. – Скажи ягирам, что Илгиза больше нет, совсем нет. Отец забрал брата. Махир и его подручные мертвы.
– А войско йарга? – спросила я то, что мучило меня, но не все вопросы я еще успела задать.
– Хамче их заморозил, когда мы поняли, что придется оставить нашу рать. Так там и стоят, а наши воины скучают, их сторожат, – супруг усмехнулся. – Сейчас здесь разберемся и туда пойдем. Биться им уже не за что. Если хотят умереть – поможем. Сложат оружие – отпустим. Потом поговорим, – оборвал он сам себя. – Отнесите павших на подворье, Архама закройте и приставьте стражу, но не трогать. Я сначала его выслушаю, потом буду решать, что делать дальше.
– Он невиновен… – начала я, но Танияр оборвал:
– Придет в себя – поговорим. Ты ступай домой и с подворья до моего возвращения ни шагу. Ни с кем. И к себе никого не пускай. А мы разберемся со смутьянами.
– Дайн, – позвал ягир, делавший доклад, – стало быть, мы победили?
– Главного врага больше нет, а остальные нам не противники, – ответил Танияр. – Выходит, победили.
После этого приобнял меня за плечи и повел в сторону дома, а за спиной у нас раздалось ликующее: «Хэй!» Я улыбнулась, вдруг по-настоящему ощутив облегчение, и наконец осознала в полной мере – всё! Всё закончилось! Несмотря на смутьянов-провокаторов, несмотря на бывших илгизитов в горах, даже несмотря на глупого, но хитрого Кашура, всё закончилось! Победа!!!
И, откинув голову, я рассмеялась. Легко и радостно. Наконец-то вся эта история, длившаяся долгие столетия, подошла к своему завершению. Конечно же, впереди будет много новых историй, и не только хороших. Еще хватит людям Белого мира потрясений, но будут и радости, будут новые свершения и победы, потому что, как сказал Танияр, всё только начинается.
– Начало Новой эпохи, – произнесла я, найдя название нашему времени.
– Верно, – улыбнулся супруг.
– Только… – Я приостановилась. – Только я одного не могу понять. Илгизиты ведь обладали немалыми способностями к внушению, и я опасалась, что этим они будут особенно опасны. Им ведь тогда и делать бы ничего не пришлось. Как Архам. Он стал слепым орудием Алтааха, и каждый из вас мог стать таким же орудием. Но почему-то они даже не попытались воспользоваться этим неоспоримым преимуществом.