План был таков. Сначала во дворец доставили двух «женщин». О том, что торговцы из поселения частенько делают Эхсану подарки, рассказал все тот же пойманный «бес», даже имена назвал. Потому дар был доставлен от имени конкретного человека. Дальше начиналась та возня с повозками, жалобщиками-караванщиками, «искавшими справедливости» за ночной налет «разбойников». Суета была нужна, чтобы отвлечь внимание «беса» от меня и того дара, что он получил первым. Выматывать его собирались весь день. Вечером же, когда все лягут спать, Красавчик и Эрмин должны были найти меня и забрать. Затем добраться до кухни тем путем, по которому мы так и не пошли. После выбраться в сад, дойти до стены, самой близкой к кухне, перебраться через нее, а там бы нас уже ждал капитан и остальные пираты. То, что Самель не немой, кухари узнали лишь, когда появились мы.
Привел «подарок» один из караванщиков, выдав их за чужеземок, купленных на невольничьем рынке. Он и вел разговор с Эхсаном, он же и объяснил, как мужчинам распределили роли. А то, что дворец достаточно пуст, объяснилось очень просто. Его не ремонтировали, а продолжали строить. Эхсан еще не перевез туда свой гарем, потому никого, кроме Бехмана, служанок и меня, на женской половине не было. Похититель решил меня скрывать пока вдали от всех; это так же играло на руку моим спасителям.
Но случилось все иначе. Эхсан решил посмотреть на свой подарок. В отличие от моего осмотра, Красавчика он пощупал как раз за то место, которое упоминал Эрмин. Молодой пират вознегодовал, но сдержался. А когда Бехман пытался что-то шутливо сказать и потрепал Эмила за щеку, тот сорвался и ударил бедолагу. Бехман вернулся с охранником, дальнейшее известно.
– Ты у меня год без бабы будешь, – сказал Лоет в окончание своей гневной речи. – Хотя ты, оказывается, даже мужикам нравишься. Так что голодным не останешься. Тренируй зад.
– Капитан!
– Бесишь! – рявкнул Вэй и оставил пунцового Красавчика скрежетать зубами.
Затем капитан подошел ко мне, долго и тяжело смотрел, а потом тихо сказал:
– В Хаддису мы придем через три дня.
– Так скоро?! – вырвалось у меня.
Лоет кивнул и отошел, а я осталась стоять и смотреть ему в спину, уговаривая себя, что я рада, потому что скоро увижу своего мужа. Только почему-то вместо радости долгожданной встречи была горечь скорой разлуки.
Глава 37
На этом привале настояла я – на нашем последнем привале. Хаддиса уже виднелась впереди. Легко угадываемые очертания города таяли в сгущающейся темноте. Я стояла и смотрела на цель нашего долгого путешествия, пролетевшего так быстро, как короткий вдох. Казалось, только вчера я поднялась на борт пиратского брига с милым названием «Счастливчик», где с отчаянной решимостью выдвигала капитану Лоету свои требования, искушая баснословными суммами, после чего мы подписали договор.
Наши приключения и трудности сейчас казались страшным, но чарующим сном. Дымкой, затуманившей сознание и увлекшей в невиданный далекий край другой жизни, которой я никогда не буду жить.
– Ангелок!
Я обернулась и с улыбкой посмотрела на Самеля, подзывавшего меня на ужин. Мои дорогие пираты, бесшабашные, жестокие, но не менее человечные, чем коммерсанты в моем родном городе, а в чем-то, возможно, и больше. Решились бы мой папенька и его друзья на авантюру со спасением их друга из тюрьмы в чужом государстве? Нет, они бы попытались дать взятку и оплакали смерть того, кого невозможно было выкупить. А наши дамы? Смогли бы они отправиться в сомнительное и долгое плавание, чтобы вернуть своего близкого человека? Не думаю. Потому мне оказались ближе разбойники с морских просторов – я чем-то похожа на них.
Но смогла бы я подружиться с ними, если бы не сильная рука и непоколебимая воля одного-единственного человека? Капитана Вэйлра Лоета. Он задал тон всему путешествию, сделав меня недоступной для грязных посягательств. Дав возможность своим людям разглядеть во мне не объект для сиюминутного низменного желания, а еще одного, пусть и временного, члена команды. И хвала Всевышнему, что я не стала задирать перед ними нос, чем заслужила их дружбу и уважение, щедро даря в ответ свое дружеское расположение.
Теперь я точно знала, что договор был излишней предосторожностью, потому что Вэйлр в любом случае не допустил бы в отношении женщины на своем борту насилия и неприличных высказываний. Рожденный аристократом, он остался им, даже став разбойником. Капитан Лоет благородней многих не по праву рождения или полученному воспитанию – он такой в душе. Да, он бывал груб, циничен и даже жесток, но неизменно справедлив. Несмотря на те зуботычины, которые получала от него его команда за провинности, он продолжал заботиться о них не меньше, чем обо мне. И команда «Счастливчика» это знала. Они особо не говорили об этом, но любили и ценили своего капитана, иначе разве бросились бы они спасать его? Даже Красавчик, которому доставалось больше всех, признался, что менять корабль и капитана он не собирался и не собирается. Милые мои пираты, как же мне повезло познакомиться с вами и узнать цену настоящего благородства и настоящей дружбы, в которую можно верить. Уж я-то теперь точно знаю разницу между многолетней фальшью и тем, когда ты видишь в глазах еще недавно чужих тебе людей заботу и желание помочь и защитить.
– Ангел мой, ты грустишь, – Вэй сел напротив меня. – Мы уже близко к цели и могли бы уже сегодня…
– Завтра, – тихо ответила я. – Дай мне последнюю ночь побыть одной из вас. Последнюю ночь побыть рядом… – договаривать я не стала, а Лоет не настаивал на продолжении фразы.
– Пойду-ка, я спать, – господин Даэль потянулся и удалился за круг огня.
– Да, я тоже, еще тянет рана, – Кузнечик подмигнул мне и скрылся следом за боцманом.
– А я прогуляюсь, осмотрюсь, – Мельник ни на кого не смотрел.
– Тоже разомнусь, а то от постоянной скачки уже зад стал деревянным, – Красавчик устремился за Мельником.
– Накормлю кучера, – Самель подхватил миску и ушел к Эрмину.
Мы с капитаном остались наедине. Бонг и Оли оставили нас еще после моего спасения от участи наложницы шейха Фазиля. Лекарь сказал, что догонит отряд на обратном пути, и ни у кого не возникло сомнения, что так оно и будет. Мы тепло попрощались, желая удачи нашему колдуну в том предприятии, ради которого он отправился с нами. Я долго и с необычайной нежностью гладила Оли, оказавшуюся, как и говорил капитан, милейшим созданием.
– Прогуляемся?
Я подняла глаза на Лоета и несмело кивнула, в одно мгновение растеряв весь свой боевой дух и став вдруг прежней Адой. Впрочем, нет. Прежняя Ада бы в отчаянии замотала головой и скрылась в раковине своих сомнений, бесконечно терзая саму себя. Поднявшись со своего места, я подошла к моему пирату, и мы направились в сторону от остальных. Брели молча, не глядя друг на друга и не произнося ни слова.
Мне так много хотелось сказать этому необыкновенному мужчине, но слов не было. Точней, они были, но казались пустыми и неправильными, потому так и остались невысказанными.
– Я схожу с ума от мысли, что мне нужно отдать тебя, – вдруг произнес Лоет. – Я даже не знаю того, в чьих руках окажется мой Ангел. Кто-то чужой, далекий и безмерно богатый.
– У Дамиана достаточно денег, но он вряд ли может считаться… – начала я, не до конца поняв фразу капитана.
– Деньги? При чем здесь деньги, Ада? – он остановился и развернулся ко мне. – Ты – богатство, ты! Но это единственное сокровище, на которое я не могу покушаться. И от того боль становится вовсе невыносимой… Дьявол! – капитан мотнул головой. – Забудь. Забудь все, что я сказал. Это минутная слабость, и она прошла.
– Я… – Набравшись смелости, я подошла к нему близко-близко, обняла его лицо ладонями, заставляя посмотреть на меня. – Я не хочу забывать, Вэй. Я хочу запомнить тебя и то, что ты чувствовал ко мне.
Он накрыл мои руки своими, большими и теплыми. Затем поцеловал одну мою ладонь, вторую и убрал от своего лица, продолжая сжимать их.