— Благодарю, — я, чуть склонила голову.
Встала и направилась к двери, но стоило взяться за ручку, как ректор меня окликнул.
— Марсия, где вы остановились? — спросил он.
— У троюродной сестры, — ответила я, не задумываясь.
— Если вам нужно жилье, можете об этом сказать в секретариате, вам выделят комнату в общежитие для преподавателей. — Сказал лорд Ронан и вернулся к своим занятиям.
— Благодарю, — снова кивнула я и вышла из кабинета.
Стоило двери закрыться, как у меня затряслись ноги, и захотелось срочно вылизать себя. Сильвия подбежала ко мне, Нарвис шел следом за ней. Они посмотрели на прошение, на подпись директора, и моя хозяйка радостно подпрыгнула, хлопая в ладоши. А вот долговязый внимательно посмотрел на меня.
— Кто это писал? — спросил он.
— Я, — выдохнула и присела на корточки, непроизвольно лизнув руку.
— Марси, — зашипела Сильвия, взяла меня за руку и потащила подальше от кабинета. — Рассказывай, — потребовала она.
— Да, как все прошло? — поддержал подругу Нарвис.
— Там была не я, — сказала я, все еще пытаясь унять дрожь в теле.
Я рассказала им про то, как зашла в кабинет, и как начала разговаривать. Маги меня внимательно слушали. Нарв хмурился, Сильвия все шире открывала рот.
— Сили, закрой рот, так ведут себя только неотесанные деревенщины, — фыркнула я. — Благородная леди всегда следит за своими манерами, — и тут же прикусила язык, ошалело глядя на них.
— Ты-то откуда знаешь? — немного обиделась Сильвия.
— Память тела, — почти шепотом произнес долговязый. — Память тела и сознание Марси начинают переплетаться. Даже жутко представить, что будет дальше.
— Вы еще главного не знаете, — ответила я. — Я знакома с магией, и я знаю все о зельеварении. Меня ректор спрашивал, а я отвечала. Силь, мне страшно, — я всхлипнула и уткнулась ей в плечо.
Мои недоучки переглянулись. Сильвия гладила меня, Нарвис хмурился и тер подбородок. Он огляделся и потянул нас дальше, к секретариату. Я немного пришла в себя. В конце концов, я вам кто? Я КОШКА! А кошки наглые и смелые, если им это выгодно. А мне выгодно, потому что теперь у меня не будет проблем с пропитанием, наверное. Ректора-то я и забыла спросить о насущном, надо не забыть спросить в этом как его — секретариате. Слово-то какое основательное. Секретариат. Напридумывают эти люди.
Мы подошли к большой белой двери. Нарвис постучал и подтолкнул меня. Сильвия пошла было со мной, но ее опять удержал долговязый. В кабинете сидели две женщины. Одна помоложе, вторая постарше. Обе скользнули по мне равнодушными взглядами и снова уткнулись в свои бумаги. Я решительно подошла к первой, той, что постарше, и положила перед ней прошение. Она бегло осмотрела его, вернула мне и указала на молодую.
Я повторила свой маневр. Молодая женщина, так же, как и ее коллега, прочитала мое прошение, встала из-за стола и достала из шкафчика папку. И все это молча и деловито. Мне вручили еще одну бумагу и вернулись к прерванному делу. Я уставилась на лист, постепенно понимая, что читаю его. Это был договор о найме. Я узнала, что мой рабочий день будет начинаться в девять утра, а заканчиваться в семь вечера. У меня был один выходной и право пользоваться услугами целителя академии, а так же столовой. Это пункт меня особо порадовал. Жалованье мне полагалось десять золотых на первые два месяца. Это был мой испытательный срок. Потом жалование увеличивалось в два раза. К слову, стипендия Сильвии составляла четыре золотых. Так что я буду просто богачкой. Святители, почему я все это знаю? Почему Святители? Кошачьи боги! А, неважно, я буду сыта и довольна жизнью, пока два раздолбая ищут, как меня вернуть в мое тело. Надеюсь, они с этим быстро справятся, иначе я превращусь в человека, а это потеря, знаете ли.
— Вас все устраивает, госпожа Коттинс? — подала голос секретарь.
— Да, меня все устраивает, — кивнула я.
— Вам нужна комната? — она взглянула на меня поверх очков в тонкой оправе.
— Нужна, — я решительно кивнула. Зачем, потом разберемся.
— Подпишите договор, — она протянула мне перо, и я нарисовала свой вензель. Подумала и нахулиганила, пририсовав к вензелю кошачьи уши.
Женщина написала короткую записку, поставила печать и протянула мне.
— Отдадите смотрителю общежития, — сказала она.
— Я могу идти? — спросила я.
— Да, — она снова зашуршала бумагами.
Мои студенты ждали меня под дверью. Я показала им записку, и Сильвия надулась.
— Могла бы и со мной жить, — произнесла она.
— Так правильней, — не согласился Нарвис. — Раз Марсия начинает жизнь человека, то пусть все будет по правилам.
— Но вы должны вернуть меня в кошку, — я нацелила палец на Нарва.
Он кивнул, и мы пошли знакомить меня с преподавателем зельеварения, господином Сканлоном Терло.
Глава 5
Господин Терло, румяный и жизнерадостный толстячок, потирал руки, стоя посреди своего царства. Он оглянулся на меня, подмигнул и снова вернулся к созерцанию подготовленного мной сырья для следующей группы. Я скромно поправила белоснежный фартучек и ждала указаний преподавателя. Указаний не было, и мне оставалось лишь поклониться и уйти в хранилище, чтобы разложить по местам, оставшееся с прошлого занятия.
— Марсия, девочка, — крикнул господин Терло, когда я уже исчезла в своей каморке. — Ты не донесла корень валерианы. Нарежь, пожалуйста, тридцать кусков.
— Валериана, тридцать кусков, — повторила я и крикнула. — Одну минутку, профессор.
Я не забыла, я сознательно проигнорировала этот корень. А он заметил, нехорошо. Я же кошка, хоть и в теле человека. Помню, как в нашей деревне, куда мы ездили на каникулах, мать моей недотепы готовила успокоительный настой. Я же чуть с ума не сошла, пока терлась рядом. Валялась в разлитых каплях, веселясь, как дурной котенок. Лакала, наслаждаясь этим дурманом, а потом долго сидела, летая в сказочных небесах. О-ох, непередаваемые ощущения. А вдруг я и сейчас так же?
— Марсия! — повторно крикнул Терло.
— Еще минутку, — отозвалась я, — режу.
Аудитория начала заполняться студентами, их голоса доносились сквозь закрытую дверь каморки. Делать нечего, будем рисковать. Я набрала побольше воздуха в легкие и задержала дыхание, на всякий случай. Корень валерианы хранился в стеклянном шкафчике, где стояли куча склянок с другими корнями и травами. Взяла один из корешков двумя пальчиками и, на вытянутых руках, отнесла на стол, где лежала обычная разделочная доска. Взяла нож и задумалась, какой величины должны быть кусочки. Услужливая память подсказала: для сонного зелья берется кусочек корня валерианы величиной с ноготь мизинца. Ага, ясно. Посмотрела на свой мизинец и начала кромсать. Пока занималась делом, расслабилась и вдохнула. Какой приятный запах, м-м, очень приятный. Я подняла один из отрезанных кусочков, глубоко втянула носом и мечтательно замурлыкала, вспоминая славное кошачье прошлое.
— Марсия! — голос профессора достиг сознания, когда я стояла у стеклянного шкафчика и доставала следующий корень… для себя. А что, это не алмазная пыль и не чешуя дракона. Материал дешевый и не подлежит учету.
— Бегу! — крикнула я, схватила доску и направилась с ней в аудиторию.
Ну, как же хорошо-то… Я склонилась к доске и снова вдохнула. Мяу, нет мр-р-р, просто один сплошной мр-р-р-р. Так я и вышла в аудиторию, удерживая на лице мечтательное выражение. Господин Терло внимательно посмотрел на меня поверх очков, перевел взгляд на студентов и нахмурился.
— Благодарю, Марсия, — сухо сказал он. — Вы можете идти.
— Да, пр-рофессор-р, — ответила я, продолжая мурчать.
Развернулась, сделала несколько шагов…
— Кис-кис-кис, — донеслось откуда-то сбоку.
— Мяу, — ответила я, поворачивая голову.
На меня с любопытством смотрели практически все, кто находился в аудитории. На втором ряду широко улыбался какой-то парень. Он махнул мне рукой, и я улыбнулась в ответ. Какой хор-р-рошенький, вот бы потереться об него, мр…