– Убирайтесь спать, дети.
– Есть, – дружно козырнули курсанты и осклабились. Настроение у обоих заметно улучшилось.
Оставалось только забрать флайдер Рика со стоянки, где он остался дожидаться хозяина. Затем курсанта Саттора ожидало возвращение в академию и расплата за самоволку. Парень даже не дергался, решив – чему быть, того не миновать. Егор фонтанировал идеями всю дорогу до стоянки, изобретая новые версия срочной отлучки друга из академии, Рик их браковал.
– На тебя не угодишь, – проворчал Брато.
– Ну, какая любовь всей моей жизни? – возмутился Саттор. – Меня Лара, как тряпку, порвет, кастрирует и спляшет на костях.
– Да откуда она узнает? – в ответ возмутился Егор. – И вообще, пусть обеспечит тебе алиби. Придумаем ей проблему, из-за которой ты вынужден был отлучиться…
– А потом ей объясняй, куда я мотался в самоволку? Фантазируй дальше.
– Неблагодарная скотина, – буркнул Ястреб. – После полуночи моя фантазия дает сбой. Короче, вернемся вместе. Мне придумаем проблему, а ты, как мой лучший и единственный друг, кинулся спасать товарища. Вот какой ты молодец.
– Короче, скажем правду, – усмехнулся Рик.
– Пошел в зад, – оскорбился Брато.
– Лучше в свой флайдер, – решил его приятель. – Он меня уже заждался.
– Поцелуй его в капот, – фыркнул Ястреб, останавливаясь рядом с транспортником Рика.
Саттор обхватил друга за шею, притянул к себе его голову и звонко чмокнул в макушку.
– Не ревнуй, детка, тебя я тоже люблю, – осклабился парень и быстро выскочил наружу под вопль:
– Проваливай, неблагодарная свинья! Пусть тебе твой флайдер фантазирует, а мой гениальный мозг больше на тебя не работает, хоть обслюнявь меня полностью!
– Ты такой милый, когда злишься, – подмигнул Рик и нырнул в прохладное нутро своего транспортника.
В академию они возвращались вместе. Егор решил, что лучше поспать то время, которое потратит на дорогу до дяди и утром на обратный путь. На академической стоянке друзья разошлись: Брато отправился на КП, чтобы отметить свое возвращение, Рик поспешил к лазу. Встретились они снова у казармы. Дежурный курсант, заметив приятелей, махнул рукой, подозвав их.
– Саттор, ты счастливчик, – сообщил курсант. – Никто не заметил, что тебя нет. Романов улетел за своей семьей, а дежурный офицер сам исчез, как только ректор убрался. Так что я отметил тебя в присутствующих.
– Фу-ух, – выдохнул Рик. – Просто отличная новость.
– Счастливчик, – хмыкнул дежурный.
– Не-е, – протянул Брато. – Разрушитель.
– Разрушитель? – живо заинтересовался курсант.
Ему никто не ответил, друзья спешили занять свои койки и проспать оставшееся до подъема время с чистой совестью. Дежурный почесал в затылке:
– А кто сказал, что Разрушитель не может быть Счастливчиком?
Согласиться или опровергнуть было некому, и курсант махнул рукой.
Глава 6
Весна, пройдя положенный ей цикл, встретилась с долгожданным летом. Кадеты уже отправились на каникулы, курсантов ожидали переводные экзамены, но ранее тепло мешало думать об учебе. В аудиториях царила тишина, пропитанная леностью и желанием поскорей покинуть скучную лекцию, и лишь голоса преподавателей, да редкий шорох нарушали тоску ожидания. Третья Космическая готовилась вновь погрузится в сонное забытье, пока не наступит осень, и гул голосов подопечных не разобьет на осколки устоявшийся за лето покой.
Второй курс находился на одной из последних лекций по истории рас, входивших в Межгалактический Альянс. Преподаватель – господин Йоханес стоял, навалившись на кафедру, и вещал о княжеских родах Стронна. Взгляд преподавателя блуждал по рядам, ни на ком не задерживаясь. Он сцедил зевок в ладонь, буркнул извинение и продолжил:
– По верованиям стронноцев, их князья – прямые потомки Богов, потому наделены несколько неординарными способностями. Жабры и умение дышать под водой отличают высокие рода от рядовых жителей Стронна. Кожный покров красноватого цвета, как и цвет глаз тоже являются признаками принадлежности к княжеской семье. Эволюция неплохо поработала…
Рик рассеянно следил за полетом пылинок в солнечном луче, затем перевел взгляд на Егора, пристроившегося рядом. Даже его неугомонный приятель, любивший историю и обычно внимательно слушавший всё, о чем говорили преподаватели, сегодня не проявлял интереса к лекции. Его взгляд был устремлен в пустоту. Брато покусывал нижнюю губу, раздумывая о чем-то. И парень мог бы предположить наличие проблем у Ястреба, но вдруг заметил, как друг мечтательно улыбнулся, и хмыкнул, сразу поняв, о чем грезит легкомысленный курсант.
Саттор отвернулся к окну, рядом с которым занял место и бросил взгляд на административный корпус. Окна во многих кабинетах были распахнуты, и Рик испытал легкий прилив зависти, в аудиторию свежий воздух поступал только через вентиляцию, но он не нес ароматов наступившего лета, не давал почувствовать дуновение теплого ветра. Парень вздохнул и посмотрел вниз. Большая стеклянная дверь административного корпуса и на высокое крыльцо вышел ректор.
Следом за генералом появилась рыжеватая девушка в легком светлом платье. Ее волосы были собраны в хвост, открывая шею, на которой, должно быть, была надета тонкая золотая цепочка с блестящим камушком, эту подвеску дочь Романова носила часто. Саттор снова хмыкнул и толкнул локтем Брато. Тот обернулся к приятелю, глядя с неодобрением. Рик кивнул на окно. Егор вытянул шею, пытаясь рассмотреть на что указывает Рик, и глаза его стремительно поменяли цвет, заливая карюю радужку ярким багрянцем. Брато увидел предмет своих воздыханий.
Они познакомились совсем недавно, хотя Ильса Романова появилась в академии еще месяц назад. Поначалу генерал привез семью в городок, находившийся неподалеку от Третьей Космической. Там они прожили до первых чисел мая, затем перебрались на территорию академического городка и заняли один из заброшенных домов, куда ранее складывали ненужный учебный хлам. Романов постарался на славу, и теперь это был маленький, но уютный жилой домик. Ректор собирался задержаться в академии надолго.
Рик помнил Ильсу еще писклявой малявкой, не очень хорошо, но все-таки помнил, как ее приводил на ужин в честь возвращения отца и сына Сатторов, когда ему исполнилось восемь лет. Гораздо большее впечатление на него произвел визуал, который поставил подполковник Романов на своем флагманском крейсере, когда Георг забрал мальчика с его родной планеты. Это было подобно волшебству для маленького дикаря, потому видение леса и смеявшейся крохи отложилось в голове.
И вот эта кроха выросла и превратилась в симпатичную стройную девушку с выразительными зелеными глазами. Она была похожа на своего отца, даже знаменитое упрямство Романова читалось во вздернутом подбородке и поджатых губах. Но черты лица Ильсы были мягче и приятней. В ней ощущалась женственность, которая обещала развиться и оформиться в яркую привлекательность. Впрочем, на Рика повзрослевшая Ильса впечатления не произвела, не больше, чем любая другая симпатичная девчонка. А вот Егор…
Брато приметил ее примерно две недели назад, вот также, из окна аудитории. Сидел и смотрел на незнакомку в легком платье. Ветер трепал ее распущенные волосы, играл прядями, время от времени кидая их в лицо девушки. Она придерживала пряди тонкими пальцами и вертела головой, словно заблудилась и не знала, куда ей нужно идти. Егор настолько увлекся, что не заметил, как в аудиторию вошел преподаватель. И когда курсанты поднялись на ноги, приветствуя капитана Симпсона, Брато продолжал сидеть, развернувшись к окну. Рик толкнул приятеля, тот обернулся к нему, бросил рассеянный взгляд побагровевших глаз и вновь посмотрел в окно.
– Егор, – зашипел Саттор. – Охренел? Встань.
– Кто это? – негромко спросил Брато, не отрывая взгляда от окна, но в тишине аудитории его голос долетел до преподавателя.
– Курсант Брато, – позвал тот. – Вы не узнали меня, или хотите сказать, кто я такой, чтобы оказывать мне уважение?