– С пеленками Тамин сам справится, – усмехнулась мама.
Фендар за стол не вернулся, он вышел на улицу. За ним последовал Элькос. Возможно, хотел поговорить с халимом, а может, и попросту это была тактичность, раз я намеревалась кормить сына. Берик тоже вскоре ушел, и в доме мы остались втроем. И пока занимались дайнанчи, я размышляла о словах ученого.
Его досада была мне понятна, как и осознание закоснелости существования. Ведь и вправду, не сохранив прежних комбинаций, они могли составлять новые. Развивать письменность и обучать людей, но вместо этого тряслись над остатками былого величия, отчего-то почитая их достоянием только ученого мира.
И вместо развития только продолжили терять, ничего не отдавая остальному миру. Когда-то Фендар сетовал на то, что его учитель оставил важный шахасат каану, но тот его не сохранил. Учитель оказался мудр, каан глуп, но причиной тому я видела вовсе не равнодушие правителя Курменая. Если бы людям прививали такие ценности, как важность истории, любовь к чтению и писательству, то дела ныне обстояли бы иначе. Когда есть развитие мысли, тогда есть и развитие достижений.
– Наелся, – констатировала Ашит, чем вывела меня из задумчивости. – Иди, мы сами справимся.
Усмехнувшись, я передала Тамина бабушке. После поправила одежду и направилась к выходу.
– Берик, – позвала я, – надо запрячь Ветра.
– Не надо, – произнесла мама из дома. – Так идите. Вы на священных землях – не устанете.
– Замечательно, – улыбнулась я. – Тогда пройдемся, я не прочь.
После спустилась с крыльца. Фендар и Элькос негромко переговаривались в стороне от дома, Берик сидел на крыльце, но с моим появлением поднялся на ноги и теперь стоял рядом. Я деловито потерла руки и провозгласила, вновь ощутив себя полководцем, ну, или главой экспедиции:
– Вперед!
– Куда? – уточнил Берик, и я указала:
– Туда.
Мы обогнули дом шаманки и направились прямо. Впереди был только далекий горизонт, за которым невозможно было угадать хоть что-то. Ни скал, ни деревьев, только одна сплошная степь. Впрочем, этим обстоятельством я точно не была расстроена. Усталость нам не грозила, зато солнышко грело, и под ногами тихо шуршала трава. Подняв голову, я прищурилась и посмотрела на чистое голубое небо, почти не затянутое облаками.
– Как же замечательно!
Хамче и ученый продолжали свой разговор, но я к нему не прислушивалась. Пока возобновлять дискуссий мне не хотелось. Берик брел рядом, ведя ладонью по верхушкам травы. Задел цветок, сорвал его и протянул мне.
– Спасибо, – улыбнулась я.
После устроила его в волосах и скосила глаза на своего телохранителя.
– Красиво, – одобрил ягир, и я негромко рассмеялась.
Рядом с нами забавлялись животные, то обгоняя нас, то отставая. Даже Малыш не остался у дома, а последовал за Ветром и Урушем. Им тоже было хорошо и спокойно на священных землях. Элы, разумеется, тоже не отставал, но не бегал. Он степенно вышагивал подле своего всадника. Все-таки невероятный меланхолик.
А степь всё тянулась и тянулась, и казалось, что конца ей не будет. Мы шли и шли, особо не замечая ни расстояния, ни времени. Постепенно и я начала втягиваться в разговор ученых, порой вставлял свое слово и Берик. Мы вновь обсуждали прошлое Белого мира. Я пересказывала, что прочитала, задавалась вопросами, но ответов на них толком не было, одни сплошные предположения. Для выводов нам всем не хватало знаний.
– Смотрите, там дом, – неожиданно произнес Элькос, прервав беседу.
Я ощутила трепет, неужели сейчас мы познакомимся с кем-то, кто живет в другой стороне от таганов? Предвкушение разгорелось столь сильно, что я даже прибавила шаг. Но вдруг остановилась и нахмурилась, потому что…
– Это же дом вещей, – озвучил мои мысли телохранитель.
И, подтверждая его слова, Уруш стрелой помчался вперед, к своей хозяйке. Мама стояла с Тамином на руках рядом со своим домом. Она махнула нам, а после направилась на ту сторону, где был вход.
– Но мы не сворачивали, верно? – спросила я больше саму себя, чем своих спутников. – Мы всё время шли только прямо, так?
– Да, – отозвался магистр. – Только прямо, но перед нами и вправду дом шаманки.
– Ерунда какая-то, – пробормотала я. – Такого не может быть.
– Хм… – Элькос потер подбородок. – Пройдемся тогда в ту сторону? – он указал налево, и я кивнула. Берик и Фендар возражать тоже не стали.
Усталости не было, как и обещала мама. Я чувствовала себя так, будто только что вышла из дома, а не прошагала не менее пары часов под солнцем. И вновь мы шли, время от времени проверяя свое направление, и вроде бы ни разу не сбились с выбранного пути, но…
– Дом вещей, – объявил ягир, приставив к глазам ладонь. – Мы снова возвращаемся.
– Но почему?! – воскликнула я, глядя на стремительно приближавшуюся к нам точку. Уруш опять бежал к нам, однако теперь от дома моей названой матери. – Как такое возможно, чтобы две дороги в разные стороны привели к началу путешествия, ни разу не заложив петли?
Магистр снова потер подбородок и указал взглядом на каменную гряду:
– А давайте-ка поднимемся туда и посмотрим, что находится на другом склоне. Вы, душа моя, постойте внизу. Да и Берик может остаться в этот раз с вами, я схожу один.
– И мне интересно, – возразил ягир. – Я тоже пойду.
– Но если там хорошая дорога, то позовите меня, – вставила я, опасаясь остаться не у дел.
– Непременно, – заверил хамче.
Мы вернулись к гряде, но уже подальше от логова охо, и магистр с ягиром направились на вершину, оставив нас с халимом внизу. И пока они поднимались, я гладила одной рукой Ветра, второй – Малыша. Саул шипел на маленького бегуна, но йенах внимания на его ревность не обращал. И когда мой скакун попытался укусить Малыша, я погрозила ему пальцем:
– Не будь жадиной.
– Мьяв, – ответствовал ревнивец и скандалист, йенах промолчал. Его всё устраивало.
Я не отрывала взгляда от двух мужчин, уже почти достигших вершины гряды. Забравшись на нее, Элькос и Берик обернулись ко мне, а после начали спуск на ту сторону. Я ощутила раздражение и обиду – меня оставляли без личных открытий. Однако уже спустя пару минут я увидела, как мои спутники возвращаются. Возможно, я пропустила момент, когда они снова появились на вершине, но увидела их, когда мужчины прошли одну треть склона.
Вскоре они подошли к нам, и я перевела вопросительный взгляд с одного на другого. Берик почесал в затылке и пожал плечами.
– Почему вы вернулись? – нетерпеливо спросила я. – Что там находится?
– Священные земли, – ответил Элькос. – Еще дом шаманки и вы, девочка моя. Мы не возвращались, мы спустились на той стороне и пришли к вам.
– То есть? – озадачилась я.
– Когда мы поднялись, – заговорил Берик, – то увидели впереди то же самое, что за спиной. Мы полезли вниз и пришли к тебе.
– А я увидела, как вы исчезли из виду, а потом вновь появились, но уже почти на полпути вниз, – вновь перевела взгляд с одного на другого и вопросила: – Как такое возможно?
– Путь закрыт, – ответил магистр. – Дальше пути нет, ни туда, – он указал на наше первое направление, после нацелил палец на вторую дорогу, – ни туда и ни туда, – теперь хамче кивнул на гряду. – Только в сторону Айдыгера.
Хмыкнув, я ответила недоверием во взгляде, а после спросила:
– Хотите сказать, что священные земли – это конец мира?
Маг пожал плечами, а после все-таки кивнул:
– Что-то в этом роде.
– Но так ведь не бывает! – возмутилась я. – Мир не может быть ограничен, верно?
И оборвала сама себя, вдруг подумав, а если что-то после Дэрбинэ? И есть ли что-то дальше земель, на которых живут племена за рекой? Ведь и вправду никто и никогда не говорил о пришельцах из дальних земель! И Рахон не рассказывал, что находится за Даасом. Будто мы единственные, кто остался в Белом мире… на весь Белый мир!
Однако я помню карту в саваларе, и там мир был велик. Моря, океаны, озера и реки, разные континенты – всё это было. И если только у нас люди пришли в упадок, то там ведь должны были продолжать развиваться. Но тогда почему никто не появился здесь за столько времени? Ни экспедиций, ни попыток принести цивилизацию, ни торговли – ничего! Ничего подобного не происходит, и, кажется, даже само время застыло.