Однако времени на волнение мне не оставили. Герцогиня направилась прочь из своих покоев, и вся наша стайка последовала за своей госпожой. Но пока добирались до большой трапезной залы, ее светлость, оказавшаяся сегодня не в меру рассеянной, то и дело останавливалась и отсылала кого-то из фрейлин с поручениями.
Сначала она вдруг обнаружила, остановившись у одного из зеркал, мимо которых мы проходили, что гарнитур, выбранный ею, совершенно не смотрится с платьем. В итоге мы ждали, когда одна из женщин сбегает в покои, принесет шкатулку, после чего герцогиня сменила украшения, а после ждали, когда фрейлина отнесет шкатулку обратно и вернется.
На лестнице ее светлость почувствовала головную боль и потребовала принести ей снадобье. Конечно же, мы стояли и ждали, когда герцогине принесут лекарство. Затем ждали, когда оно подействует. После любовались видами Малого парка, даже послушали сентиментальную историю о том, как ее светлость, еще будучи ребенком, играла там с сестрой и няньками.
— Какое чудесное, какое беззаботное время было тогда…
Ее прервали спешные шаги, кто-то почти бежал в нашу сторону. Герцогиня устремила недовольный взгляд на того, кто посмел прервать ее воспоминания, но, узнав королевского распорядителя, искренне изумилась:
— Неужто вы за нами, ваша милость? Все собрались?
Вельможа, исполнявший обязанности распорядителя, укоризненно покачал головой:
— Ваша светлость, Его Величество уже прибыл и крайне недоволен, что еще не все собрались. Поспешите, ради всех богов, ваша светлость.
— Разумеется, господин королевский распорядитель, — чуть склонила голову герцогиня. — Мы уже идем. — Затем обернулась к нам и праведно вознегодовала: — Как не совестно, дамы?! Мы отправляемся на завтрак и более не задерживаемся!
Фрейлины повинно склонили головы, я чуть замешкалась, неприятно удивленная тем, что виноватыми оказались мы, но тут же последовала общему примеру, встретившись с насмешливым взглядом ее светлости. Когда женщина распрямились, на лицах их не было ни обиды, ни досады, ну и я не стала кривиться. Наш путь возобновился и продолжился ровно до высоких дверей, покрытых резьбой, перед которыми стояли стражники, они же нас и впустили, распахнув обе темные створы перед ее светлостью. И мы вошли.
Неспешно, с гордо вздернутыми подбородками, как и наша госпожа, мы неспешно вошли в трапезную и двинулись к местам, приготовленным для нас. И если бы королевством правила государыня, а не государь, это могла быть только герцогиня Аританская. Столько достоинства было в ней в эту минуту, когда она плыла по зале под прицелом взглядов всех придворных.
Она остановилась напротив места, на котором восседал Его Величество. Ее свита, то есть мы, встали за спиной ее светлости и дружно присели в церемонном реверансе. Я краем глаза следила за другими фрейлинами, и когда они, выдержав необходимую паузу, распрямились, я последовала их примеру, не задержавшись ни на мгновение. А потом подняла голову и встретилась с пристальным взглядом короля. Уголки моих губ едва заметно дрогнули в улыбке, и я опустила глаза, но уже в следующую секунду опять смотрела перед собой уже без всякой тени улыбки. Государь посмотрел на герцогиню и вопросил:
— По какой причине вы заставляете нас ждать, дорогая тетушка?
— О, — ее светлость изящно взмахнула рукой: — Ваше Величество, неужели вы будете гневаться на меня за то, что я женщина? Вы не можете не знать, насколько мы хрупки и подвержены всяческим недомоганиям. Не далее как четыре дня назад, вы не сумели навестить меня из-за страданий одной из придворных дам, к которой вы так милостиво проявили сочувствие. Я вас поняла, так уж и вы поймите меня, мой обожаемый племянник, и простите великодушно. — И она склонила голову.
Пока герцогиня говорила, я исподволь смотрела на женщину, сидевшую рядом с принцессой. Блондинка, одетая богато, но не вульгарно. Черты ее лица были лишены яркости, но достаточно нежны, чтобы сосредоточить на себе мужские взгляды. Пожалуй, дядя был прав, говоря, что графиня Хальт, хоть и не красива, но привлекательна. А еще она тоже изучала меня, но совсем не скрываясь. А вместе с ней меня разглядывала и принцесса Селия. Ее Высочество склонила голову к фаворитке своего брата и что-то шепнула, Серпина хмыкнула, а я всё это запомнила.
— Что ж, упрек обоснован, ваша светлость, — сухо произнес государь. — Примите и мои извинения. Впредь подобные разговоры должны вестись между мной и вами. Вы меня услышали?
— Разумеется, Ваше Величество, — склонила голову герцогиня. — И я бы так непременно и поступила, но с некоторых пор я могу разговаривать с вами только на таких вот встречах. Когда же мне обращаться к вам, если в остальное время у вас находятся дела более важные, чем беседы с вашей родственницей?
— Я буду навещать вас чаще, — ответил король. — Теперь пройдите к вашему месту, и мы, наконец, позавтракаем.
— Ваше Величество, — учтиво склонила голову герцогиня, а мы вновь присели в реверансе.
Уже продолжив путь, я не удержалась и скосила глаза – государь провожал нас взглядом. А когда мы рассаживались, герцогиня посмотрела на меня и улыбнулась, и я осознала, что все наши задержки были ничем иным, как сознательным желанием опоздать на завтрак. Именно ради этого момента, когда мы шли по зале под взглядами придворных и короля, было затеяно представление с украшениями и головной болью. И эти ее воспоминания имели лишь одну цель – потянуть время. Должно быть, и эта сцена с прилюдными жалобами была устроена, чтобы затащить к себе царствующего племянника. Оставалось ждать, что из всего этого выйдет.
Коротко вздохнув, я принялась за завтрак. Дядю я пока не увидела, хотя была уверена, что он тоже где-то здесь. Вытягивать шею было неприлично, и я оставила попытки поздороваться с главой своего рода. Но был еще один человек, на которого мне хотелось поглядеть – герцог Ришем. Его невестку я рассмотреть успела, а вот его нет, даже не представляла, как он выглядит. Однако он тоже должен был находиться в трапезной зале, значит, оставалось ждать, когда мне его покажут.
По окончании завтрака Его Величество первым покинул залу. Под одну руку его держала графиня Хальт, под другую принцесса Селия. За ними направились фрейлины Ее Высочества. Придворные поднялись с мест, провожая их, осталась сидеть только герцогиня и… мы. А как иначе? Мы тени нашей госпожи, и если она не пожелала встать, провожая какую-то графиню, то и ее фрейлины остались сидеть. И лишь когда двери за королем закрылись, ее светлость поднялась на ноги. Уходили мы так же, как и вошли, под взглядами придворных. Некоторые не успели сесть на прежние места или же намеревались уйти, в любом случае, нас тоже провожали стоя.
Дядю я все-таки увидела. Он поклонился герцогине, а после улыбнулся мне, я ответила ему улыбкой, уже не скрываясь. Радость от встречи с главой рода я таить не собиралась. У меня на это было полное право. Но вскоре мы покинули залу, и ее сиятельство объявила:
— Хочу прогуляться, — нам оставалось лишь последовать за ней.
В Малый парк мы не пошли. Едва покинув дворец, ее светлость устремилась к воротам – мы направлялись в Большой парк. К причуде герцогини я отнеслась спокойно. Впрочем, в это время аллеи Большого парка были еще пусты. Гуляющие обычно появлялись тут ближе к полудню. А сейчас он был весь в нашем распоряжении. Лично мне идея побродить по дорожкам даже понравилась. Погода была чудесной.
Мы вышли через те ворота, через которые дядюшка впервые привел меня во дворец, и я даже прерывисто вздохнула, вспомнив тот день. Кто же знал, что его требование привести меня в Большой парк так повернет мою жизнь? Я никогда не мечтала стать фрейлиной, меня не готовили к этому. Однако я иду за герцогиней Аританской, и моя покровительница ожидает от меня вовсе не усердия в службе, а иного усердия и верности тоже иной. Она ожидала от меня то, что я не собиралась давать в полной мере…
— Шанриз, подойдите ко мне, — услышала я голос ее светлости и поспешила на призыв. Она взяла меня под руку. Я повернула голову к герцогине и увидела на ее устах мечтательную улыбку. Однако заговорила ее светлость не сразу. Обернувшись, она велела не наступать ей на пятки, и женщины замедлили шаг. Расстояние между нами и ими постепенно увеличилось: — Вам нравится во дворце, дитя мое? — спросила с улыбкой герцогиня.