— Антон Лерой, — отчеканил шпион. — Я родился в Вегасе в две тысячи пятьсот пятом году…
— Чушь! — рявкнул Бергер. — Мы только что выяснили, что Антон Лерой, родившийся в Вегасе в две тысячи пятьсот пятом году не имеет к вам никакого отношения. Настоящее имя и цель появления на Демосе. Отвечать!
Арестованный молчал. Он теперь не смотрел ни на службиста, ни на военных, ни на досье Лероя. Шпион думал, и оставалось только ждать, что он скажет, впрочем, в откровенность как-то не верилось. Бергер свернул биографию ветеринара и убрал коммуникатор.
— Ну, хорошо, — наконец, отозвался «Антон». — Я расскажу. Да, я не тот, за кого себя выдавал. Я — наемник. У меня нет команды, я работаю один. На меня вышли через агентство, предложили хорошие деньги, и я согласился. После этого мне дали задание, документы и легенду. Я прилетел на Землю, прошел собеседование и попал на Демос. Моей задачей было собирать данные и отправлять их.
— Кто нанял? — спросил Бергер.
— Я не знаю, честно, — наемник теперь был более собран. Он прекратил игры и казался искренним. — Сначала связь держали через агентство, потом через контактор. Я не знаю ни имени нанимателя, ни откуда он.
— На какой планете находится агентство?
— Сорг.
— Кто владелец?
— Зачем вам это?! Я могу рассказать про свое задание…
— Вы соргианин?
— Да… Может вам еще и мой адрес назвать?
— Ваш позывной. Как с вами связывается агентство? Как давно занимаетесь этой работой?
— Эта информация вам не нужна! — заорал «Лерой». — Вам ведь нужны подробности моего задания, и я готов вам рассказать про это!
— Кто еще работает с вами?
— Никто, — наемник выдохнул. Кажется, он успокоился. — Я один. Моим заданием было…
— Название вашего агентства.
— На кой черт?! Спрашивайте про зада…
Побагровевший наемник не спускал с Бергера взбешенного взгляда. Он хотел говорить о своем задании, службист не желал слушать его исповеди, и агента это злило. Не понимал Стена и Чоу. Полковник пока молчал, но губы его поджались, и казалось, что Бернард на грани того, чтобы обвинить капитана в идиотизме и перехватить инициативу. Саттор это видел и просто наступил своему командиру на ногу, привлекая его внимание. А когда тот посмотрел на майора, Рик отрицательно покачал головой, призывая Чоу успокоиться и не вмешиваться в ход допроса. Комендант скрипнул зубами, но послушался и немного расслабился.
Бергер продолжать задавать свои вопросы и не получал на них ответы, но, похоже, нисколько не был расстроен, службист выглядел удовлетворенным. Наемник уже не стремился рассказывать о своем задании. Он психовал и даже, кажется, перестал думать над тем, о чем его спрашивают.
— Как с вами связывается агентство?
— Я не буду отвечать на эти вопросы!
— Как давно занимаетесь ремеслом наемника?
— Идите на хрен!
— Ваш позывной?
— Вас не касается!
— Кто хозяин вашего агентства?
— Не скажу!
— Вы наемник?
— Да!
— Вы работаете в агентстве?
— Да, мать вашу, да!!!
— Вы с Эстеры?
— Да! — выкрикнул шпион и осекся. Глаза его на мгновение расширились, и от лица отхлынула краска, еще секунду назад обильно заливавшая его. Бергеру удалось дезориентировать «Лероя».
Рик едва заметно улыбнулся, мысленно аплодируя службисту, даже Чоу кривовато ухмыльнулся и окончательно расслабился, наконец, начав доверять капитану СБГ.
— Я с Copra, — замотал головой наемник. — Вы меня запутали своими вопросами! Спрашивайте про задание, и я отвечу…
— Вы собирали информацию из базы памяти роботов, а потом передавали ее наемникам, верно? Использовали усилитель сигнала?
— Да, всё верно, — ответил «Лерой» и заметно расслабился. — Я же сказал, что готов к сотрудничеству, зачем было задавать дурацкие вопросы?
— Вы правы, Антон, — вновь дружелюбно улыбнулся Бергер. — Передохните, мы сейчас вернемся. Господа офицеры, — обратился он к Чоу и Саттору, — может, выпьем кофе? Что-то пересохло в горле.
— Какой… — начал было полковник, но майор остановил его, с готовностью кивнув:
— Да, было бы неплохо.
Бернард ожег Рик взглядом, однако спорить больше не стал, и троица покинула допросную камеру, оставив наемника под присмотром роботов. Уже выходя, Саттор обернулся к арестованному и увидел, как тот вытер пот со лба и тихо выругался. А потом дверь закрылась, и полковник все-таки не выдержал:
— Бергер, какого черта ты не дожимаешь его? Зачем тебе понадобился кофе сейчас?
Службист лишь мазнул по коменданту взглядом и прошел в кабинет дежурного офицера. После уселся за стол и, дождавшись, когда Чоу и разместятся на диване, спросил:
— Какие выводы, господа офицеры?
— Он не наемник, — уверенно произнес Рик, и Бергер согласно кивнул.
— Почему? — спросил полковник, перестав сверлить капитана взглядом.
— Это очевидно, — пожал плечами Стен. — И если бы вы, господин комендант, обращали свое внимание не только на юбки, а иногда тренировали мозг анализом, то сразу бы увидели это.
— А ни пошел бы на хрен, Бергер? — сузив глаза, произнес Чоу, и Саттор поспешил вмешаться.
— Господа офицеры, напоминаю вам, что за стеной сидит враг императора, и мы находимся здесь, чтобы разоблачить его, а не друг друга. Разработки эстерианцев могут оказаться за пределами Демоса в чужих руках. Они могут быть опасны, а значит, мы должны защитить нашу империю превентивно, чтобы после не терять человеческие жизни из-за того, что сейчас вместо службы мы будем грызть друг другу глотки.
Капитан развел руками, показав, что он не собирался устраивать склоку, полковник передернул плечами и устремил взгляд в окно, за которым уже давно стемнело. Рик мысленно пожелал двум соперникам провалиться и откинулся на спинку дивана. Он был раздражен этим противостоянием и тем, что находится в его эпицентре. Сейчас можно было и забыть о сведении счетов, тем более, пищу для рассуждений и выводов им так щедро выдали.
Если «Антон Лерой» и являлся наемником, то это был его первый наем. Но это не могло быть правдой. Во-первых, для операции на Демосе требовался профессионал, и тот, кто сумел нанять с десяток команд, мог позволить себе оплатить мастера, а не неопытного младенца. А шпион, который сидел в допросной, не обладал ни великими актерскими способностями, ни гибкостью мышления, ни навыками в работе секретного агента.
Он не изучил свою легенду, как сделал бы это профессионал, быстро сдался, хотя мог продолжать давить на то, что службист фальсифицирует настоящую биографию с неизвестной целью. Он должен был использовать то, что находится на Демосе, требовать доказательств и тянуть время, сколько это возможно. Но агент быстро выдохся, потому что ему нечего было сказать, и он спешил перейти к теме, в которой чувствовал себя уверенно.
А еще он позволил себе эмоции. Это было ненужной роскошью в работе шпиона. Одно дело сыграть роль, и «Лерой» успешно с ней справлялся вначале допроса, а другое — настоящий срыв, какой произошел после нежелания Бергера говорить о том, о чем был готов рассказывать «наемник». А это означало, что у него существовала определенная программа, которую агент хотел отработать, однако ему не дали, и он посыпался. Причем, на тех вопросах, на которые мог дать ответы.
Агентства по найму были легальны, они имели хозяев, чьи имена не скрывались, а если настоящий владелец хотел остаться в тени, то был тот, кто стоял во главе его компании, прикрывая босса. К тому же наемники имели право обратиться в агентство за помощью, а для этого у них был псевдоним, канал связи и официальная форма запроса. Но «Лерой» отказывался дать эту информацию, как и информацию о своем детстве, потому что не имел отношения ни к одному из агентств, да и вряд ли вообще знал о них что-то конкретное. В допросной камере сидел, кто угодно, только не наемник-одиночка.
И всё это Бергер объяснил Чоу. Рик согласно кивал, когда капитан говорил об излишних эмоциях шпиона и о незнании своей легенды, но осторожно молчал и просто слушал, когда службист рассказывал об агентствах по найму, не желая еще больше оголять свои знания. Впрочем, Стен, посвящая полковника в то, чего он не заметил, больше рассуждал вслух, чем наблюдал за реакцией собеседников.