– Похоже, мы оказались на пути замаскированной базы, и эти корабли летят как раз оттуда. Нежелательные свидетели, которые могли пролететь мимо, но личная неприязнь этого допустить не может. Мотивация неплохая – скрыть секрет. – Он снова потер ладони, картина происходящего стала четче. – Командиров линкора и базы на связь. – После сам активировал общий канал связи и произнес для своего экипажа и для двух командиров: – Господа, мы случайно оказались нежелательными свидетелями проделок Траора. Прямо по курсу находится их замаскированная под астероид база. Она на стадии разработки, иначе не могу объяснить спешное бегство. Траорцы пойдут на полное уничтожение наших сил, думаю, подмога вскоре прибудет, иначе бы они не тянули время. «Дарвин», готовьтесь к скачку, «Шустрый» продолжает прикрывать отход «Дарвина». Как только место для скачка будет расчищено, уходите следом за нашей базой. «Завоеватель» работает щитом. Мы уйдем, когда охранять будет некого. Вопросы есть?
– Есть, – отозвался подполковник Сигл. – Коммандер, вы хотите принять на себя всю силу удара, это безумие.
– Подполковник, «Шустрому» работы хватит. Второй траорец остается в тени, думаю, они попытаются помешать отходу «Дарвина».
– Вас понял. И все-таки…
– Перед скачком отправите нам на подмогу своих киборгов, – оборвал его генерал.
– Вас понял, коммандер, – козырнул Сигл.
– Полковник Михайлов? – взгляд Саттора переместился на командира базы.
– Вас понял, коммандер. Начинаем готовиться к скачку.
– Исполнять, – чеканно велел Георг и переключился на своих пилотов: – Все осознали глубину заднего прохода, куда мы с вами влетаем?
– Так точно, – послышался ответ.
– Отлично. Штурмовым звеньям приготовиться к вылету. Истребители расчистят вам дорогу к траорцу. Корабль должен быть уничтожен, ребята. От этого зависит, насколько быстро мы сможем убраться отсюда. Мы больше не осторожничаем. Истребители, задача ясна? Убираете с дороги штурмовиков всё это мелкое крылатое дерьмо.
– Вас поняли, – понеслись доклады командиров звеньев.
– Тряпки в руки и вперед!
– Есть.
– К-1, К-2, К-3, позиция «Щит».
– Приказ принят.
– Приступить к исполнению. Артиллеристам, готовность «Один».
– Есть готовность «Один», – отозвался командир артиллерийской службы – майор Саджади.
Генерал молитвенно сложил руки, поднял к лицу и на короткое мгновение прижал кончики указательных пальцев к губам. После резко выдохнул, хлопнул в ладоши, отрывисто бросил:
– Поехали, – и вернулся к экрану, словно дирижер, управляя симфонией начинающего сражения.
Руки коммандера запорхали, меняя расположение изображений. Верхняя часть, где летели траорцы, разделилась на два сектора: в одном остался первый корабль и его истребители, во второй неспешно скользил другой корабль, всё более увеличивая угол отклонения от курса – он шел на траекторию скачка «Чарльза Дарвина». Ладонь генерала коснулась экрана, и теперь там появились изображения базы и линкора. «Шустрый» начал движение, спеша перехватить свою цель. «Дарвин» отходил назад, их задача была проста и однозначна.
Оставив ненадолго линкор и базу, Саттор переключил внимание на первый корабль траорцев и свои истребители. Три подразделения киборгов растянулись в двойную цепь, закрывая собой машины с людьми. Взгляд коммандера нашел «Пантер», Георг на мгновение увеличил сектор обзора, заметил машину Рика и удовлетворенно кивнул – его поставили замыкающим, значит, Югай решил держать курсанта вдали от эпицентра сражения. Генерал махнул рукой, словно хотел стереть с экрана всё, что сейчас отображалось на нем, и второй траорец исчез, захватив с собой и линкор с «Дарвином».
Георг смотрел только на противников, шедших на сближение. Истребители траорца висели перед его носом, как приклеенные, коммандер вновь задумался. Какого черта? Они подпускают землян почти вплотную к своему носителю. Открыть огонь траорец не сможет, мешают свои, врезаться в рой сражающихся машин тоже.
– Не камикадзе же они, – негромкого произнес коммандер и отдал новый приказ: – Киборгам вступить в бой. Остальным звеньям сбавить скорость и занять выжидательную позицию.
– Есть вступить в бой, – доложил ведущий киборг, и истребители подразделений «К» увеличили скорость, стремительно приближаясь к машинам противника.
Саттор нервно покусывал губы, ожидая развязки маневра траорцев. Истребители киборгов вышли на линию огня, и с их бортов замелькали вспышки выстрелов, прочертив ледяную черноту космоса яркими всполохами. Первые машины траорцев огрызнулись ответными выстрелами, часть чужих истребителей полыхнули взрывами. «Скорей всего тоже киборги», – эта мысль прошла по краю сознания коммандера. Он чуть склонил голову вперед, буравя взглядом разворачивающееся сражение.
Киборги прорвались сквозь машины траорцев, зацепив по дороге еще несколько машин, а затем…
– Твари! – гаркнул Саттор.
Машины траорцев слаженно изменили порядок. Они разошлись на несколько ярусов, более всего напомнив шахматное поле. Они помчались вперед, пройдя сквозь киборгов землян. Истребители подразделений «К», не имея возможности мгновенно отреагировать на маневр, пролетели в сторону корабля-носителя. Уже начали закладывать вираж, чтобы погнаться за противником, когда корабль Траора выстрелил из бортовых орудий.
– Импульс, – выдохнул подполковник Санчес.
Саттор зло матернулся, ожесточенно потер лицо, и его руки запорхали по экрану, возвращая обзор к людям. Киборгов у «Завоевателя» больше не было. Импульс уничтожил не только бортовые системы истребителей, но и их пилотов. Но главное, что сейчас траорцы атакуют его истребители с трех позиций…
– Разбить строй! – заорал генерал, и на пилотов посыпались его указания. Порядок расстановки машин сменился.
Рик, до этой минуты, упорно пытавшийся подавить дрожь волнения, вдруг ощутил ледяное спокойствие. Ненормальное, неестественное спокойствие. Парень смотрел на показания своего информатора и ловил себя на мысли, что всё это ему снится. Нет сейчас ни космоса, ни траорских истребителей, ни его «Пантеры». Он тряхнул головой, пытаясь избавиться от неожиданного оцепенения, но так и не смог преодолеть ступор. Осознание, что всё по-настоящему, что уже не будет возможности исправить ошибку и повторить попытку в учебном бою, тоже не будет. Где-то внутри него вопил инстинкт самосохранения, что нужно очухаться, потому что бой идет на самом деле, и если он хочет закончить академию, то лучше пошевелиться, но Рик продолжал смотреть на показания приборов, и тишину в кабине истребителя нарушало лишь его тяжелое хрипловатое дыхание.
Вдруг отчаянно завопила система безопасности, предупреждая о том, что машина взята на прицел, впереди полыхнуло, и истребитель тряхнуло. Голова парня мотнулась, зубы клацнули, прикусили губу, и он машинально слизал солоноватую каплю крови. А потом мимо пронеслась чья-то «Пантера», и информатор предупредил о том, что
– Щегол, мать твою! – заорал в переговорник Травничек. – Решил вздремнуть?! Второе попадание станет последним. Расчухивайся, малой, в столбняк впадешь у папочки в объятьях! Рик!
Саттор замотал головой и ответил:
– Я в порядке.
– Не включишь мозги, это ненадолго, – буркнул капрал. – Не в сим-зале.
– Курсант Саттор, вы можете продолжать бой? – ровно спросил майор Югай.
– Могу, – ответил парень, вдруг ощущая прилив злости.
– Тогда самое время этим заняться.
– Есть, – рявкнул Рик и передернул плечами, окончательно возвращаясь в разум.
Вокруг уже кипел бой, он оставался на его окраине, и потому всё еще не стал живым факелом, потому что неподвижная цель – самая легкая добыча. Саттор понял, что тряхнуло его не от попадания, а от того, что другая машина боднула его истребитель, оттолкнув с линии огня. Травничек – понял Рик и машинально усмехнулся – таран все-таки состоялся, и опять в извращенной форме. Усмешка тут же растаяла, и Саттор хотел уже влезть в гущу, но его остановил голос Негоды: