- Встанем здесь, - он кивком указал на место, где почти никого не было. - Не будем бросаться в глаза, но сами увидим все. Меня разбирает любопытство, что же я вез.
- Почему вы не посмотрели? - удивилась я.
- Не знаю, - пожал плечами лорд. - Смотреть чужие подарки, это все равно, что читать чужие письма. Как вы считаете?
Теперь настала моя очередь пожимать плечами. Может он в чем-то и прав. Но я бы, наверное, не удержалась. В зале появился граф, и все склонили головы, приветствуя правителя этих земель. Он рассеянно улыбнулся, отвечая на приветствие. Затем нашел глазами кого-то в толпе придворных и улыбнулся теплее. Я проследила его взгляд, там стояла леди Адиль, немного бледная, даже глаза вроде были красными. Похоже, дама много плакала.
- Графиня Лизель Исибэйл Рэнлад - Кетер, - провозгласил распорядитель, и все головы обернулись к дверям.
Леди Лизель теперь была одета в платье жемчужного цвета с лиловыми вставками. Она двигалась не спеша, соблюдая торжественный момент. Следом шел один из младших лордов клана Орлов. Он нес в руках шелковую подушечку, на которой что-то поблескивало время от времени. За ними двигался лорд Кетер и остальные родовитые горцы. Они поравнялись с нами, я вытянула шею, пытаясь разглядеть то, что лежало на подушке.
- Хм-м, - издал негромкое восклицание лорд Ронан. Его лицо стало вдруг очень серьезным. - Иногда стоит изменять своим принципам, - совсем тихо сказал он.
Я посмотрела на него, затем перевела взгляд на леди Лизель, которая повернулась к младшему лорду, взяла в руки свой дар и протянула мужу с легким поклоном. Я сделала несколько шагов на цыпочках, чтобы приблизиться к графской чете, наконец, разглядела и... Кажется земля разверзлась под моими ногами.
- Святители, - сдавленно выдохнула я. - Паутина Света.
И сознание погрузилось во тьму.
* * *
Все вернулось, все, что я забывала долгие годы. Обрушилось на меня неподъемной глыбой, раздавило, уничтожило. Я не плакала, нет. Сидела, сгорбившись на полу, и смотрела перед собой пустым взглядом. Надо мной возвышался лорд Ронан, который скрыл мое бессознательное тело и вынес на балкон. Он молчал, ждал, что я начну говорить, а я не начинала, переживая мгновение за мгновением тот страшный день, когда привела в наше небольшое поселение чужаков. Я! Я сама привела убийц! В тот день, когда папа вернулся вечером, а мама не пустила меня смотреть на котят Ранди.
Я ведь все-таки сбежала, пока мама отвлеклась. Вылезла их окна, перелезла через стену, окружавшую наше селение, и умчалась в горы, где у Ранди было логово. Пума встретила меня ворчанием, но так она всегда меня встречала. Иногда била лапой, не выпуская когтей, когда я слишком много и громко шалила. В тот день я провозилась с котятами почти до захода. Ранди охотилась, а я присматривала за малышами. Опомнилась только, когда начали сгущаться сумерки.
- Пока, котята, - сказала я, перецеловав каждого. - Пока, Ранди, - помахала пуме, убегая в сторону дома.
Я прошла половину пути до селения, когда услышала лошадиное ржание. Их было семеро. Молодой лорд с длинными пшеничными волосами и его люди. Я выскочила на них, чуть не угодив под копыта лошадей. Лорд еле успел осадить своего коня. Он сдвинул брови и склонился ко мне.
- Ты слепая, девочка? - грозно спросил он.
- Нет, - испуганно пискнула я.
- Тогда почему не смотришь, куда бежишь? - он все так же грозно смотрел на меня.
- Мне домой надо, - дрожа от страха, ответила я. - Меня мама уже ищет.
- Где твой дом? Мы не видели тут никаких поселений, - лорд спешился и присел передо мной на корточки.
- Там, - я махнула рукой в сторону нашего селения, спрятанного среди скал.
- Отлично, - мужчина обернулся к своим людям. - Хоть будет, где переночевать. - Затем снова посмотрел на меня. - Проводи нас до своего дома, мы немного заплутали.
- Мне не велят водить чужаков, - призналась я.
- Я Стиф, - лорд протянул руку. - А как тебя зовут?
- Айлин, - я вложила ладошку в его руку, и мужчина пожал ее.
- Вот, мы уже с тобой знакомы, - улыбнулся он. - Значит, я не чужой.
Подумав, я решила, что ему можно доверять, кивнула и повела, показывая дорогу. Они шли, ведя лошадей в поводу. Уже подходя к воротам, я услышала, как мама и тетя Эйли кричат меня.
- Я здесь, мам! - крикнула я и побежала к ним. - Я не одна, я гостей привела, они заплутали, - сообщила я, повиснув на шее тети Эйли.
Эйли была близнецом моего отца. Она обняла меня, прижимая к себе.
- Ты нас напугала, - сказала она, качая головой. - Айли, разве можно сбегать из дома? Хорошо, что папа еще не успел приехать.
Пока она меня отчитывала, до нас дошел лорд со своими людьми. С ними разговаривала мама. Мужчина отвечал ей, но все время смотрел на мою тетю. Она была красивой, моя тетя Эйли. Как сейчас помню ее зеленые глаза с желтоватыми прожилками. Когда яркий свет падал ей на лицо, глаза становились почти желтыми, как у Ранди. Черные густые ресницы и такие же черные изящные дуги бровей. Нежный овал лица и всегда легкий румянец на щеках. Моя добрая тетя любила смеяться, и на ее милом личике так часто играла улыбка. Они с отцом были почти на одно лицо, но нежность тети делала ее особенной. Я обожала заплетать ее тяжелые медно-каштановые волосы. Муж Эйли погиб на охоте, и теперь она жила вместе с нами. Детей они с дядей Баннетом не успели родить, и я была единственной любимицей, которую баловали брат с сестрой, и только мама ругала их и старалась держать меня в строгости. Она называла нас третим близнецом, потому что я была очень похожа на отца, получается и на тетю тоже.
Неожиданных гостей приняли и разметили в доме. Чуть позже приехал папа. Он настороженно отнесся к новым лицам, но никого выгонять не стал. Они долго разговаривали. Потом гостей отправили спать, а мама и папа заперлись в комнате, где хранили очень важную вещь. Родители называли ее "Паутина Света". Один раз я видела эту "паутина". Переплетение серебряных нитей, действительно, было стилизовано под паутину, а в перекрестьях сидели маленькие жемчужины, напоминая дождевые капли.
Ночью я проснулась от вполне естественного желания и вышла из дома. В той самой комнате горел свет, тень под окном я даже сначала не заметила. Наш гость, лорд, сидел и слушал разговор родителей, доносившийся сквозь приоткрытое окно. Стиф приложил палец к губам, и я сбежала, решив рассказать родителям утром.
А утром... Утром лорд исчез, и Эйли мы никак не могли найти. Сели завтракать, решив, что она ушла к водопаду, тетя любила утренние прогулки. Мы ели, и я рассказала про то, что ночью их подслушивали. Отец бросился в комнату, которую он называл хранилищем, а вернулся бледным. Он начал спешно собираться, мама тоже. Меня оставили за старшую. Но родители так и не успели уехать, потому что начался кошмар. Первый крик раздался из соседнего дома. Затем еще и еще. Родители метались от дома к дому, их было немного, всего десять, а затем... Затем закричала мама, когда ее кожа покраснела и пошла волдырями. Все наше поселение заходилось криками боли, потому что болотная гниль сжирает слишком быстро...
- Он отравил воду, у нас был один колодец, - прошептала я, подняв глаза на лорда Ронана.
- Кто? - спросил маг, но опять ушла в воспоминания...
Они гнили на глазах, и я вместе с ними. Когда боль скрутила меня, я сидела над извивающимся телом мамы. Отец пытался прогнать меня, но я не уходила, а потом и я свалилась. А когда очнулась, вокруг меня были только кости, по которым стекала слизь. Моя болезнь остановилась, захватив лишь лицо. Два дня я сидела рядом с мертвецами, а на третий покинула поселение. Нарывы и язвы вспухали на лице, лопались, сочились и засыхали. Такой я и пришла в деревню, находившуюся на склоне. Меня гнали палками. Я ела отбросы, которые выбрасывали за забор, отнимала еду у собак, жевал корни и траву. Не знаю, что позволило мне столько продержаться, но бродила я около двух месяцев, а болезнь все не проходила. А потом был Грахем и мальчишки, которые избили меня, а потом начали кидать камни, желая добить. Младшему было всего пять лет. Учитель пришел, когда я уже захлебывалась в собственной крови. Он разогнал их, взял меня на руки и унес к себе. Вылечил, откормил, защищал, когда горожане требовали меня прогнать. Хев Белфоер разругался со всеми, но не отпустил меня, став мне самым родным человеком. Он мне и дал фамилию Тэмхас. Кэлум я вычеркнула из своей жизни, чтобы забыть, что это я убила своих родных.