— Убрать нахала? — с нехорошей интонацией уточнил Кин.
Я обреченно вздохнула и оглядела их всех по очереди. Что ж за жизнь собачья? Даже поговорить спокойно с человеком не дадут.
* * *
Красивая карета прогремела колесами, проезжая мимо. Я проводила ее взглядом, отстранено отмечая, что у того, кто виден в окошке кареты смешной длинный нос. Указывать на это никому не стала, вряд ли длинный нос хозяина красивого экипажа мог кого-то сейчас заинтересовать кроме меня. Молчание затягивалось, и теперь все трое смотрели на меня, ожидая хоть какой-нибудь реакции. Из лавки напротив до моего обоняния донесся аппетитный запах копченостей. Я сглотнула и тоскливо посмотрела на лавку. Молчаливая троица начала раздражать.
— Марсия, — первым не выдержал Кинан. — Кто это такой и, что ему от тебя надо?
— Господин перепутал меня с одной своей знакомой, — сказала я, потом потянула на себя Нейса. Он нагнулся, и я зашептала. — У мужика не все дома. Ты с ним поаккуратней, жалко ведь. Смотри, какой худенький. Может, покормим его? Вон, смотри, лавка, там такие замечательные сосиски продают. Сходи, купи, а? А еще буженинки для своей киски, мяу?
— Не-а, — усмехнулся Кинан. — Киска своему котику мозги пудрит.
— Чего это? — обиделась я. — Я даже отсюда чувствую, что сосисочки должны быть замечательными. — Потянула носом и гулко сглотнула. — Ну, мяу?
— Мяу, — наконец, сдался Нейс. — Но потом.
— Я захлебнусь слюной, и моя безвременная кончина будет на твоей совести, если, конечно, она у тебя есть, — проворчала я.
Кинан снова усмехнулся, но с места не сдвинулся. Ну, хотя бы враждебности поубавилось. А про сосиски и буженину я, вообще-то, говорила серьезно. Сильвия все еще хлопала глазами, ожидая пояснений. И что мне с ней делать? Говорю же, тугодумка! Могла бы уже все понять и закрыть рот, пока туда не залетела ворона. И Айомхар хорош, ведь ясно же сказала, никто не должен знать о прошлом, а он выдает такое. Уйти что ли от них от всех сразу? Что делает кошка, когда ничего не может сделать? Правильно, удаляется с гордо поднятой головы. Уйти не дадут, это и так ясно.
— Уважаемый, — я подошла к Айомхару и сделала страшные глаза.
— Вам не хорошо? — спросил он, глядя, как я строю ему рожи и подмигиваю одним глазом.
— Мне замечательно, — буркнула я, только вот нервный тик замучил и зуд в лапах, жутко хочется кому-нибудь рожу расцарапать, чтобы голова начала работать. — Так вот, уважаемый, надеюсь, вы уже поняли, что обознались? — и снова начала подмигивать.
— Марсия, — позвал Кин. Я обернулась все с той же жуткой гримасой. — Э-э, ты в порядке?
— Да! — рявкнула я.
Объясняться с троицей мне надоело, и я вернулась к первоначальному плану. Развернулась и удалилась с гордо поднятой головой… в сторону колбасной лавки.
— Ты куда? — крикнула Сильвия.
— Пойду, сожру пару сосисок, — ответила я, вызвав у бывшего воина легкий шок.
Остальные к моему заявлению отнеслись спокойно, и не такое от меня слышали. Когда я обернулась у входа в лавку, в глазах Айомхара читалось явное сомнение. Он внимательно разглядывал меня. Что, не признал? То-то и оно. Я себя тоже первую неделю с трудом признавала, а потом ничего, привыкла, даже сама себе понравилась. И все-таки поговорить с ним хочется, но Кин уже не отвяжется, да и Силя тоже. Запах из лавки манил все сильней, но… Снова сглотнула и пошла обратно. Теперь я потянула за рукав Айомхара. Он послушно отошел вместе со мной. Тут же Кин сделал шаг в нашу сторону, но я предупреждающе подняла руку и, пользуясь тем, что мужчина не смотрит, указала Нейсу на него глазами и покрутила пальцем у виска.
— Айомхар, — быстро зашептала я, прячась за ним, — мне многое нужно спросить, но сейчас не получится. Жду завтра в академии после восьми. Оставить у себя не смогу.
— Понял, моя… — начал он, но я нахмурилась. — Простите.
— Прощайте, уважаемый, — громко произнесла я. — Надеюсь, вы поняли, что ошиблись.
Не дожидаясь ответа, я встала на пути приблизившегося Нейса, взяла его под руку и целенаправленно повела к лавке. Кин несколько раз обернулся назад, но сдался, видя, что я уже не пытаюсь от него отделаться. Сильвия догнала нас, открыла было рот, но тут же закрыла его под моим грозным взглядом. Уф, разобралась. Теперь надо придумать, как отделаться завтра от Кинана, потому что последние четыре дня он не встречал меня после работы, а поднимался ко мне, как только профессор Терло покидал аудиторию. А-а-а, что же это такое? Мне только понравилось иметь приятеля, как он уже начал мешать. Цапнуть бы кого, может легче станет…
Оставшуюся часть дня мы провели более приятно. Вкусно поели, прокатились на каруселях на ярмарке и сходили все-таки в зверинец, а на башню не пошли. Нейс сказал, что туда он поведет меня одну. Но мне на сегодня и зверинца хватило. Мы долго бродили между клетками с разнообразными животными. Сильвия хохотала и хлопала в ладоши, как дитя, вызывая улыбку у Кинана. А мне не понравилось. Я смотрела на животных, сидящих в заточении, и хмурилась. И что тут может быть веселого? Жили себя бедолаги, и вдруг, оп, и посадили за решетку. Не так давно я так же жила своей привычной кошачьей жизнью, бродила по комнатам студентов, вылизывала себе под хвостом и гадила исподтишка тем, кого угораздило обидеть меня. А потом пришли два криворуких студента, и я вынуждена существовать по новым правилам. Но я хотя бы продолжаю жить на свободе, хоть и в новом теле, а бедные животные будут до конца жизни бродить в своих маленьких клетках, не имея, ни выбора, ни возможности что-то изменить. Невольные слезы жалости навернулись на глаза. Пока Сильвия умилялась, глядя на медведя, а Нейс показывал ей на медвежонка в соседней клетке, я, молча, развернулась и покинула зверинец.
Только уткнувшись в глухую стену, я поняла, что одна и заблудилась. Тревожно осмотрелась и поняла, что даже не запомнила дорогу, которая привела меня сюда, потому что полностью ушла в свои мысли. Растерянность перешла в тревогу, а она сменилась паникой. Пришлось присесть у той самой стены на корточки и попробовать взять себя в руки. Я же кошка, значит, могу найти дорогу домой. Нужно только вспомнить старые инстинкты. Но чем дольше я старалась вспомнить, тем больше понимала, что полезные инстинкты исчезли! Я не кошка, я потерявшийся человек, и выбраться мне будет гораздо сложней.
— Так, Марси, спокойно, — прошептала я. — От зверинца я не могла уйти далеко. Значит, нужно просто спросить, где он находится. Кин уже, должно быть, обнаружил, что я исчезла и ищет меня.
Правильно, он же маг, даже Силя криворукая — маг. Они могут найти меня при помощи своего дара. Тогда волноваться вовсе нечего. Нужно еще немного посидеть здесь и подождать, чтобы не разминуться с ними. Кстати! Я порывисто встала, так вот же он повод, чтобы избавиться на завтра от Нейса. Я могу обидеться, что он не обращал на меня внимания, а все больше болтал с Сильвией. Вроде будет по-человечески. Силька как-то на Нарва обиделась, что он повел ее не туда, куда она хотела. Хотя сама ему даже не сказала, куда хочет, зато дулась целый день. А Нарвис тогда сказал, что женщины странные существа, и их даже демоны понять не могут. Точно. Я широко улыбнулась, все-таки хорошо, что я в женском теле.
— Красотка, ты чего скучаешь? — я повернулась и уставилась на двоих типов. Вот тогда-то я и поняла, что значит настоящая бандитская наружность. Айомхар выглядел гораздо приличней.
— Я не скучаю, я друзей жду, — сказала я, чувствуя, что мне лучше уйти отсюда. Инстинкт самосохранения работал без сбоев.
Натянула на лицо независимое выражение и спешно направилась прочь. Отойти мне далеко не дали. Один зашел спереди, вынудив сделать шаг назад, и я тут же ткнулась спиной во второго, беззастенчиво пустившего в ход свои грязные грабли. Как-то сразу бросились в глаза грязные ногти и пятно чего-то засохшего на тыльной стороне ладони. Меня передернуло и захотелось срочно вылизать себя всю. Гадость какая! Первый подступил вплотную и выдохнул мне в лицо облако перегара, чеснока и гнилых зубов. Острый приступ тошноты накатил незамедлительно.