— Командир, Вики.
Рик перевел взгляд на связистку и, кивнув, активировал переговорник:
— Майор Саттор на связи.
— Рик, — Лапин перешел на обыденный тон, значит, нет новой вводной. Хорошо. — Поступило распоряжение, вы задержитесь на Демосе.
Все-таки вводная… Рик отошел к своему креслу, сел и закинул руки за голову. Тон неофициальный, потому что «Королева Виктория» уйдет.
— «Княжич»? — спросил Саттор.
— Он тоже остается, — ответил Лапин. — Санчес уже поставлен в известность. Будете находиться там, как вспомогательные силы. Наша помощь не нужна, а вы прикомандированы к флотилии Чоу до особого распоряжения. Астродромы Демоса не предусматривают наличия крупногабаритных кораблей, а ваши малыши там местечко найдут. Сам знаешь, мы даже на планету не будем спускаться.
— Тэд, я понял, — улыбнулся Рик. — Не распыляйся.
— Тебе вроде как обещали возвращение на Землю, — ответил Тадеуш Лапин. — Я подслащиваю пилюлю.
— Уже зубы сводит, — усмехнулся майор. — Не в космосе, и на том спасибо.
— Ты излишки своим отсыпь, — произнес младший коммандер, — им пригодится.
— Будет исполнено, господин подполковник.
— Хороший мальчик, — усмехнулся Лапин. — Ладно, собрались. Через час выйдем к точке входа в коридор. Особое внимание.
— Есть особое внимание, — уже чеканно ответил Рик и отключил переговорник. После обвел взглядом притихших членов команды, находившихся в рубке, и спросил: — Кто хочет ощутить землю под ногами?
— Все хотят, — ответил первый помощник, стоявший у панорамного иллюминатора.
— Тогда вас обрадует, что мы будем топтать землю Демоса до особого распоряжения, — объявил новость командир.
— Демоса? — переспросила связистка.
— Но землю же, — весомо ответил ей Саттор и велел: — Всем собраться. Через час войдем в коридор. Вики отстанет на орбите, до поверхности планеты «Ветер» поведем мы и «Княжич». Всё, сопли стерли, взор зажгли патриотизмом и продолжаем служить империи и императору. Слава!
— Слава! — по привычке, отработанной до автоматизма, гаркнули люди.
— Вот и замечательно, — одобрительно кивнул майор и устремил взгляд в пространство перед собой.
А дома хорошо… Он подавил короткий вздох и снова закинул руки за голову. После закрыл глаза и позволил себе ненадолго расслабиться…
— Р-р-рик! Р-р-ри-и-ик! Бр-р-рати-и-ик!!!
Рик, стоявший на вершине невысокого холма, обернулся на звук детского голоса. Он еще никого не увидел, но на губах его появилась улыбка, и майор поспешил вниз.
— Р-р-ри-ик!
Из-за деревьев выбежала девочка четырех лет от роду. Ее волосы ярко-рыжие волосы, казалось, могли поспорить с солнечными лучами, щедро заливавшими землю. Девчушка бежала, смешно вскидывая вверх острые коленки и мужчина весело рассмеялся, глядя на ребенка. Он нагнулся, раскинул руки в стороны, и девочка влетела ему в объятья, обхватила шею Саттора руками и возвестила об очевидном факте:
— Плиехал!
— Плиехал? — с добродушной иронией переспросил ее старший брат. — Да, Лита?
— Р-р-рита! — грозно зарычала девочка.
Рик снова рассмеялся и звонко расцеловал сестру в румяные щеки, затем в нос, усыпанный веснушками, и малышка сморщилась под новый смешок брата:
— Фу-у.
И пока Рита ожесточенно терла нос, Рик посмотрел вперед и приветливо махнул рукой отцу, уже немолодому, но по-прежнему подтянутому, с военной выправкой. В отличие от дочери, он не бежал. Шел неспешно, но на губах генерала играла приветливая улыбка.
— Привет, пап, — улыбнулся Рик.
— Здравствуй, сын, — кивнул Георг Саттор.
Он попытался снять с рук младшего Саттора дочь, но Рита замотала головой, еще сильней сжав объятья на шее брата.
— Задушишь! — воскликнул Рик.
— Мой Рик, — безапелляционно заявила девочка.
— Да отдай мне его хоть ненадолго, — возмутился отец.
— Нет, — снова мотнула головой Рита.
— Упрямая, как ослица, — сердито фыркнул Георг и обнял обоих детей разом.
— Саттор, — со значением ответил Рик.
— Да, — весомо поддакнула Рита.
— Детишки, — усмехнулся генерал и кивнул в сторону крыши, видневшейся в просвете между деревьями: — Идем, Рина там уже царский стол накрыла. С утра женщины нервы истрепали. Наконец-то, хоть еще один мужик в доме появился. Я в этом бабьем царстве скоро совсем размякну.
— Тебе можно, — улыбнулся майор. — Заслужил.
— Веришь, скучаю по службе. Там хоть матом ругаться можно было, а здесь только пальцем грожу, — вздохнул коммандер на пенсии.
— Врешь, — хмыкнул Рик.
Старший Саттор ответил суровым взглядом, но младший его выдержал, и Георг сдался. Он махнул рукой и сознался:
— Вру. Хотя иногда и вправду скучаю по службе, все-таки это почти вся моя жизнь. Но сейчас у меня самый лучший экипаж, хотя субординация для них пустое слово, особенно для этой вот рыжей таракашки, — генерал тепло взглянул на дочь, притихшую на руках брата. — А лошадки стали отличной заменой бездушному металлу. Отдыхаю, сын, душой отдыхаю. Еще бы тебя видеть почаще, и вообще жил бы в раю.
Рик улыбнулся и потрепал отца по плечу свободной рукой. Тот накрыл пальцы сына сухой, чуть шершавой ладонью, слегка сжал, но быстро отпустил и зашагал в сторону своего нового дома. Майор Саттор подмигнул сестре и опустил ее на землю. Затем протянул руку и, ощутив, как маленькие пальчики сжали его ладонь, направился вслед за отцом. Рядом подпрыгивала Маргарита Саттор, напевая странную, но задорную песенку, слова которой придумывала на ходу:
— А ко мне плиехал Лик. Нет! Р-рик, Р-рик! Ко мне пр-риехал брат, вот так, вот так. Он большой и сильный брат, он Леське уши оборвет, да-да. А не будет длазниться, ду-у-ур-р-рочка-а-а…
Рик открыл глаза и поймал себя на том, что улыбается. Сестру он любил. Наверное, если бы она появилась, пока младший Саттор учился в Кадетском корпусе, парень начал ревновать, все-таки родная дочь, а он приемыш. Но Рита родилась, когда он уже бороздил бескрайние просторы Вселенной, и, увидев спящего пупса с рыжим пушком волос на голове, умилился и как-то быстро привязался к девочке. И когда навещал отца на его лошадиной ферме, сменившей космический крейсер, проводил с сестрой много времени и баловал без зазрения совести, несмотря на ворчания Рины — ее матери, и увещевания отца. Увещевания, впрочем, слабые, даже фальшивые, потому что сам суровый генерал души в дочери не чаял.
Майор встряхнулся и отогнал приятные воспоминания. Всё потом. Сейчас их ожидало завершение задания по сопровождению, и Саттор надеялся, что оно пройдет так же, как и весь рейд — без осложнений.
— Мы приближаемся к сектору встречи, — доложил лейтенант.
— Отправить код по запросу, — приказал Рик, не сводя взгляда с экрана.
Там появились новые сообщения от системы слежения. Командир
«Шустрого», читавший полосу информатора, вдруг усмехнулся и вспомнил, как когда-то, когда впервые попал на военный корабль, смотрел на непонятные значки на таком же экране и мечтал, что однажды сможет понимать их с такой же легкостью, как смену времен года. Теперь маленький дикарь с Танора умел делать всё, о чем даже не мог мечтать в те далекие семь лет, и ему было даже немного грустно от сознания того, что чудеса остались в прошлом. Когда-то для него каждый день был наполнен открытиями, а теперь все они превратились в обыденность.
— Передаю код-пропуск, — сообщила связистка.
Рик кивнул и снова откинулся на спинку кресла. Колонна достигла места встречи. «Шустрый» вошел в коридор первым. За ним последовал линкор, после корабль миссии, замыкающим летел «Княжич». Они так и приблизились к орбите Демоса, продвигаясь мимо цепочки кораблей прикрытия, выстроенных для встречи «Ветра».
— А на Аривее пушки смотрели бы нам в лоб, — усмехнулся первый помощник.
Саттор кинул на него короткий взгляд и хмыкнул. Это было верным замечанием. Нигде в Альянсе так не давили на психику, как на подлете к этой гаремной планете. Обычно сторожевики не демонстрировали так явно готовность к атаке, но на орбите Аривее был установлен целый заградительный комплекс, щетинившийся орудиями по ходу движения корабля гостей планеты: будь то обычные туристы или же дипломатическая миссия — встреча была одинаковой.