- Гротер, - я связалась с напарником, - ты сейчас где?
- В гостинице. Лаитерро тащился сзади, пришлось снять номер. Волнуешься, что он пропал?
- Да, - соврала я. – Раз он тебя выследил, задержись там. Мы должны застать момент прелюбодеяния.
- Да сколько угодно, - хмыкнул аривеец. – Точно приведет?
- Я не оставлю ему выбора, - усмехнулась я и отключилась.
Взлохматив себе волосы, я пискнула и крутанулась на одном месте. Жива еще Лиса, жива! Проработала, угадала нужное направление, не промахнулась! Работает еще мозг-то, не сожрал паразит. Впрочем, импульс я тут же погасила, привела в порядок волосы и упала в кресло, отсчитывая минуты. Сейчас Лаитерро должен быть уже недалеко от отеля, сейчас уже входит в отель. Поднимается, подходит к номеру.
- Пять, четыре, три, два, один, ноль… Не поняла.
Стука не раздалось. Я поднялась с кресла, прошлась по номеру и не выдержала. Какого черта? Где опять пропала моя дичь? Подошла к двери, решительно распахнула ее и влетела носом в пышный букет цветов. Букет молниеносно исчез, сменившись объятьями Лаитерро. Подняв голову, я изобразила растерянность, смутилась и испуганно огляделась по сторонам.
- Ох, Адам, - пролепетала я. – А я…
- Пригласишь? – спросил меня, окрыленный недавним открытием, ученый.
- Да… конечно, - я отступила к стене, пропуская его в номер. – А Эрика нет…
- Я знаю, - теперь на его лице появилось недовольное выражение. – Я видел его.
- Правда? – я закрыла дверь и привалилась к ней спиной. – Где он? Уже идет сюда?
- Вряд ли, - усмехнулся Лаитерро. – Примешь?
Он улыбнулся и протянул мне букет. Приняла. Прижала цветы к груди и спрятала в них лицо.
- Красивые, - я добавила в голос волнения.
- Красивые цветы для прекрасной женщины, - аривеец подошел ко мне вплотную и оперся ладонями по обе стороны от моей головы.
Я снова подняла на него взгляд, дыхание стало частым и прерывистым, взгляд лихорадочно заметался по его лицу, то и дело, останавливаясь на губах. Сцена отыграна столько раз, что выходила уже автоматически, без сбоев и пережима. Искуситель склонил голову, приблизив лицо к моему, и букет выпал из дрогнувших рук.
- Лиза, - бархатистым полушепотом произнес Лаитерро, - нежная, трогательная Лиза. Чистая, доверчивая.
- Что вы… ты… Адам, - испуганно прошептала я и закрыла глаза, как только его губы накрыли мой рот.
Ладони ученого легли мне на плечи, скользнули на спину, притягивая к нему. Одна рука поползла вверх, накрыла затылок, не давая увернуться, а поцелуй всё длился и длился… Я не ответила… сразу. Затем все-таки тихо застонала, обвила его шею руками и прижалась всем телом, позволяя языку аривейца скользнуть мне в рот. Дыхание его сбилось, вторая ладонь, всё еще поглаживавшая спину, опустилась ниже, чуть сжав ягодицы… Хватит.
Я уперлась ладонями ему в плечи, отталкивая от себя, не давая целовать себя в шею, рано. Еще рано слизывать спрактум. Лаитерро пока должен действовать по своей воле.
- Лиза… - он попытался меня перехватить.
Я забилась в руках аривейца, вырываясь из объятий.
- Нет, Адам, нет! – с мукой воскликнула я. – Я не могу! Эрик…
- Что – Эрик? – мрачновато спросил Лаитерро, всё ближе подходя к краю ловушки.
- Эрик любит меня. И я… я тоже его люблю. Ты мне нравишься, меня тянет к тебе, Адам. Это так тяжело, - я всхлипнула и отвернулась. – Но я ведь замужем. Не могу обмануть доверие мужа. Эрик этого не заслуживает. Он честный…
- Честный? – всё еще тяжелое дыхание ученого послышалось прямо за моей спиной.
- Да! – воскликнула я, закрывая лицо руками. – Он такой чистый, верный. А я… Я – дрянь! Увлеклась другим мужчиной в наш медовый месяц. Это так низко, так подло. – Порывисто обернулась к Лаитерро, вглядываясь в него сквозь мутную пелену выступивших на глаза слез. – Я так омерзительна в своих желаниях. Мне стыдно смотреть ему в глаза, ведь я… - опускаю глаза и договариваю шепотом, - так часто думаю о тебе…
- Милая, нежная, наивная, - Лаитерро схватил меня за руки и поцеловал по очереди ладони, прижал их к своей груди и снова обнял меня, прижимал к себе. – Всё не так, маленькая. Ты не дрянь, не смей так говорить о себе.
- Но я почти изменила мужчине, который любит меня и верит! – воскликнула я. – Я посмела желать другого, когда он думает лишь обо мне! И ты говоришь, что я не д…
Аривеец снова впился мне в губы, не позволяя договорить. Я обхватила его за плечи, сжала в кулаках ткань рубашки, вновь издав тихий стон. Лаитерро подхватил меня на руки, донес до «супружеского» ложа, уложил на него. Я позволила провести ладонью вдоль своего тела, задрать ткань сарафана, но на этом вновь оттолкнула возбужденного соблазнителя, чья затвердевшая плоть отлично чувствовалась через ткань штанов. Он откатился, тяжело дыша, а я вскочила с кровати, истерично выкрикнув:
- Нет! Я не могу! Это наша постель, я не могу так, Адам! Я не предам Эрика!
Развернувшись и вытирая слезы, я бросилась прочь из номера. Лаитерро догнал меня быстро, впрочем, я и не особо спешила убежать. Он рывком развернул меня к себе, но я уперлась ладонями ученому в грудь и замотала головой:
- Уходи, Адам, уходи! Я не смогу! Он верен мне, а я…
- А ты наивная и доверчивая глупышка, - чеканно ответил злой Лаитерро. – Пока ты страдаешь, считая себя предательницей, он уже изменяет тебе. Я видел его с любовницей. И поверь, твой муженек не страдал и не мучился угрызениями совести.
Я вскинула глаза на аривейца, он кивнул, подтверждая свои слова.
- Это ложь, - затравленно прошептала я. – Ты лжешь, Адам. Зачем ты лжешь?! Эрик никогда…
- Идем, - Лаитерро схватил меня за руку и потащил за собой.
- Я никуда с тобой не пойду! – я попыталась вырваться, но мне ожидаемо не позволили.
Аривеец развернулся ко мне, обхватил лицо ладонями и горячо заговорил:
- Глупая, да разве я посмел бы такое солгать? Я сам видел, как он тискал какую-то женщину. Они сейчас в гостинице. Не веришь? Идем, сама всё увидишь. И если я вру, то клянусь, что больше никогда не приближусь к тебе, как бы тяжело мне не было.
- Почему? Почему ты…
- Потому что влюблен в тебя, как мальчишка, - и снова поцелуй. Короткий, яростный. Ух!
Любители драм – самая легкая добыча. И чем ярче события, тем больше удовольствия они получают, тем охотней идут в расставленные силки. Жаль, что мне чаще доставались мужчины совсем другого типа.
- Идем, - Лаитерро снова сжал мою ладонь и потянул за собой.
- Я иду только для того, чтобы доказать, что ты лжешь, - не слишком уверенно произнесла я.
- Пусть так, - кивнул ученый, не оборачиваясь.
Вскоре мы уже стремительно шли по улице. Точней, стремительно шел аривеец, я семенила сзади. На нас удивленно оборачивались прохожие, но никто не вмешивался, криков о помощи не было. В какой-то момент я увидела тщедушного, провожавшего наш бег с ученым пристальным взглядом. Мне захотелось подмигнуть ему, но я сдержалась и воскликнула:
- Адам! Адам, я упаду!
Он приостановился, давая мне поравняться с ним, и дальше мы шли, немного сбавив темп. Недалеко от гостиницы я увидела знакомый карвер, за рулем сидел чернобородый водитель. Я встретилась с ним взглядом и отрицательно покачала головой. Вряд ли нам понадобятся его услуги, да и видел его Лаитерро. Лишние подозрения нам ни к чему. Брато ответил легким кивком, но карвер с места не сдвинулся.
Аривеец втянул меня в двери гостиницы, достал монету Чилай-ве и постучал ею по стойке. После наклонился к администратору и пошептался с ним.
- Я знаю, в каком он номере, - сказал ученый.
Мы поднялись на второй этаж, Лаитерро без стука толкнул дверь, и она ожидаемо поддалась. Я вошла в номер и застыла, накрыв кривящийся рот ладонью. Мой «муж» с упоением ласкал стонущую под ним женщину.
- Эрик, - выдохнула я. – Ты…
Гротер поднял голову, мгновение непонимающе смотрел на меня, затем лицо его исказилось, и он слетел со своей любовницы: