Я впервые видел этот герб и всё же сразу понял, что передо мной — Сафоновы, приехавшие разбираться из-за дорожного инцидента. Но как? Как, тьма их дери, они узнали про случившееся?
Глава 14
— Кажется, у нас тут кто-то очень деловой появился, — аристократ, одетый в брюки и рубашку, вперил в меня наглый тяжёлый взгляд. — В гости, значит, приехали, господин, как вас там?
— Неважно. С кем говорю?
— Моя фамилия Сафонов.
— Главный, что ли?
— Вроде того. Ты троих моих людей убил. С какой такой стати не в свои дела лезешь, господин неизвестный?
Вот и выяснилось всё. Получается, одного из этих гадов я так и не задушил. Надо было им сразу головы поотрывать, ну или хотя бы пульс проверить.
— А, это которые меня ограбить пытались? — соврал я. — Так и что? Они остановили мою машину, угрожали оружием. Итог закономерен. Как они вообще посмели на благородного человека напасть?
— Хватит врать. Ты первым напал, когда они работу свою выполняли. Любишь погеройствовать? За чернь заступаться?
— Бывает иногда. А ты любишь под ногами путаться? Мне некогда болтать, так что не загораживай дорогу.
Старший Сафонов долго смеялся, качая головой, остальные тоже начали подгыгикивать. Второй аристократ с сигаретой в зубах оскалился:
— Во даёт. Да его давно манерам не учили.
— Поучи, если сможешь, — проговорил я с улыбкой.
— Приятель, да ты, смотрю, шутник, — продолжил старший. — Чувство юмора — это хорошо, — тут он внезапно стал серьёзным. — Только я не шутки шутить приехал. Чего забыл у нас в городе?
— Поесть остановился, — произнёс я тоже серьёзным тоном. — Чего надо-то? Говори, не тяни.
— Да всё просто. Ты нанёс нам ущерб, значит, должен заплатить. Переводишь мне на счёт десять тысяч в качестве компенсации, и мы разойдёмся миром.
Теперь уже я рассмеялся:
— Десять тысяч тебе, да? Прямо взять и на счёт перевести?
— Я что-то непонятное сказал? Да, десять тысяч.
— А тебе не жирно будет?
— Слушай, приятель, — по глазам было видно, что Сафонов начинает злиться. — Ты не нарывайся. Гонор и всё такое. Понимаю. Но не в твоих интересах сейчас зубы скалить. Папенька с маменькой не помогут. Если что-то случится, никто тебя никогда в наших лесах не найдёт.
— А если, допустим, нет у меня десяти тысяч? — продолжал я играть с этими дебилами. — Что тогда?
— Что тогда? Хм. Тогда отдавай свою колымагу, и служаку твою вдобавок по кругу пустим.
— Чего ты сказал⁈ — вскипела ранее молчавшая Полли, и её руки превратились в две ледяные булавы. — Ты кого служанкой назвал, урод? Я тебя самого сейчас по кругу пущу!
— Она не служанка, она княжна, — объяснил я.
— Да откуда ж мне знать, кто она? Герба-то на ней нет. Хотя нам, в общем-то, всё равно, княжна или служанка. И не надо тут своей магией размахивать. У нас тоже магия есть.
Сафонов не врал. Я чувствовал от всех восьмерых вибрации духовного огня, но тоже не слишком сильные. Даже старших мастеров среди этой компании нет. Значит, проблем с ними не возникнет. Банда была настроена крайне радикально, и баловаться с ними воздушной магией я уже не видел смысла.
— Так, ладно, — сказал я. — Шутки в сторону. Говоришь, тебе десять тысяч перевести.
— Парень, ты, никак, туповат? Тебе сколько раз повторить?
— Знаешь, а вот оскорблять нехорошо, — с упрёком посмотрел я на собеседника. — Не получится у нас разговора.
Делаю резкое движение рукой, и Сафонова-старшего прожигает насквозь небольшое копьё тьмы, а заодно и дверь внедорожника за ним. Закрываю нас с Захаром и Полиной воздушным барьером и создаю над собой тёмные сгустки.
Парень в костюме растерялся в первые секунды. Его челюсть отвисла, аж сигарета выпала изо рта. Взгляд с недоумением уставился на мёртвого родственника, а потом — на меня.
И тут началось. Кто-то выхватил пистолеты, кто-то создал силовые поля, у парня в костюме в руках загорелось пламя. Но и я уже был готов атаковать.
Сгустки тьмы градом обрушились на оставшихся семерых бедолаг. Силовые поля рассыпались почти моментально. Трое ближайших бандитов попадали на дорогу, у парня в костюме руки покрылись льдом, и пламя погасло — это Полли вступила в бой. Сафонов не успел ничего предпринять, его обвили чёрные змеи, он завопил и рухнул на землю, изъеденный дымкой.
Ещё один бандит завизжал, поскольку тьма спалила ему плечевой сустав. Человек упал на дорогу, и следующий дымчатый шар добил его. Последние двое успели спрятаться за машинами. Один выхватил пистолет, и высунувшись из-за капота стоящего неподалёку седана, выстрелил в меня пару раз. Тут же его голова рассыпалась пеплом.
Бой закончился. Я пересчитал трупы. Семеро.
— Ждите здесь, — кинул я спутникам и стал обходить машины. Один урод спрятался, и мне надо было его срочно найти, чтобы не сбежал и не доложил своим о нападении.
Обнаружился он быстро. Здоровенный увалень сидел, прижавшись спиной к одном из внедорожников, и дрожал, сжимая в руках пистолет. Он даже не попытался выстрелить, скованный ужасом. Погиб мгновенно: голова и часть туловища рассыпались в прах от удара тьмы.
Драка закончилась так быстро, что немногочисленные прохожие даже не успели понять, что произошло. Пару человек на другой стороне улицы, опасливо косясь на нас, ускорили шаг, какая-то женщина поспешила перейти дорогу. Мимо проехали две машины.
В городе снова воцарились тишина и покой, и только восемь изъеденных тьмой человеческих тел валялись теперь на стоянке рядом с рестораном.
Опять трупы. За моей спиной оставалось всё больше и больше мёртвых людей, решивших, что они имеют право что-то отнять у меня. Они пытались устанавливать свои порядки, пытались подчинить меня себе, но даже не осознавали с какой силой столкнулись.
Одно смущало: азиат, которого я, по всей видимости, так и не придушил на дороге, до сих пор оставался жив и бродил неизвестно где. Вероятно, он даже успел запомнить мой герб или, как минимум, машину. Если Сафоновы знают мой герб, они попытаются отомстить, хотя и не факт, что попрутся для этого в Первосибирск. Но, конечно же, искать по всему городу какого-то недобитка я не собирался. Надо было уезжать, пока наша компания не привлекла к себе ещё больше внимания.
Когда я обернулся к своим, увидел широко распахнутые глаза Полли. Захар-то уже знал, что от меня ожидать, а вот моя новая знакомая видела тёмную магию впервые.
— Ни фига себе! — проговорила Полли.
— Поехали, не будем задерживаться, — обратился я к своим спутникам, и те возражать не стали.
Вскоре наш внедорожник мчался прочь по пустым улицам Гордеевска, оставив позади очередную порцию трупов. Захар, как и прежде, крутил баранку, мы с Полиной расположились на заднем сиденье. Машина уверенно мчалась к границе.
— Вот уроды! — продолжала возмущаться Полли, до сих пор кипевшая от негодования. — Тут все аристократы — такое говно? У нас в Москве такого нет.
— Я тут тоже первый раз, — ответил я, — поэтому не знаю, все ли они здесь такие, или эти — особенные. Говорят — какой-то местный род, который установил свои порядки.
— Так чего вы не поделили? Ты им чем-то помешал?
— Да так, с местными бандитами поцапался, а у тех оказались влиятельные заступники.
— Хм. Забавно. Аристократы заступаются за бандитов. Просто офигеть можно. Никакой чести! А как ты их вообще убил? Что у тебя за магия?
— Стихия тьмы, — раскрыл я, наконец, свой секрет, хотя секретом его можно было назвать с натяжкой. — Это очень редкая штука.
— Первый раз такое вижу.
— Не удивительно. Я и сам не встречал ни разу. Только не болтай об этом, хорошо? Не хочу, чтобы о моих способностях узнали раньше времени. А то исследованиями замучают. Официально моя стихия — воздух.
— Как хочешь, — Полли пожала плечами. — А ранг какой?
— Старший мастер третьей ступени.
— Шутишь? Это же почти великий мастер! Ни разу не видела, чтоб так рано получали столь высокий ранг.