— По семь рублей, ваше превосходительство.
— Своим? Агентам?
— Так точно, им самим.
— Значит, ты будешь у нас теперь посредником. Что скажешь?
Я на секунду задумался. Надо мне оно или нет? По идее, дело выгодное.
— Что я с этого буду иметь?
— А мне почём знать? Сам решай. Я себе буду брать двадцать процентов, ты тоже бери… рубль-полтора, я не знаю. Сколько считаешь нужным? Остальное ребятам, кто ездит.
Определённо, выгодное предложение. Интересно, почему Меншиков обратился именно ко мне? Раньше эти вопросы, кажется, решал Веселовский, а он погиб и стало некому, а может быть, директор захотел всю схему под себя перестроить, чтоб меньше посредников и больше прибыли. В любом случае, расспрашивать я не стал.
— Я буду по рублю брать, — сказал я.
— Дело твоё. Когда поедешь продавать то, что вы с парнями набрали?
— Завтра или послезавтра после уроков.
— Ладно. Как я и сказал, деньги — в конверте секретарю. А по поводу случившегося… чтоб никакой мести, ты понял меня, Кирилл?
— Ваше превосходительство, Якут отмщён. Людей погибло достаточно. Я не намерен мстить. Обещаю.
— Добро. Тогда на этом всё.
В пятницу после уроков я отправился на Осиновую шестнадцать и оттуда позвонил Марине. Она приехала быстро. Пока мы измеряли кристаллы, сидя за столом в пристройке, я рассказал о происшествии и попросил новый вездеход взамен «Бульдога» превратившегося в груду металлолома. В тот же день забежал в салон связи и купил мобильник, поскольку старый во время перестрелки не выжил, а так же обналичил в банке нужную сумму, которую тем же вечером в конверте отнёс в директорскую приёмную.
Мы с Бурдюковым решили, что будет справедливо, если добычу покойного Якута разделим между выжившими: две части — нам, одна — Журавлёву. Мы надеялись, он очнётся. Таким образом, вылазка в Новоегорьевский лес принесла мне в общей сложности тысячу шестьсот рублей.
В субботу я ездил на учения в составе боевой группы, а в воскресенье отдыхал вместе с Соней в Москве. Из-за моего ранения поездку к источнику Марина перенесла. Посетить очередное место силы нам предстояло лишь через неделю.
Глава 18
Очередная красная зона затерялась на просторах Сибири. Неподалёку находился город Солнечный, который агенты превратили в полигон для изучения аномалий в их естественных условиях обитания. Пустошь раскинулась восточнее. Площадь её примерно равнялась площадям Можайского и Ржевского особых округов. Она была далеко не самой крупной даже в Российской империи, не говоря уж о мире, но в отличие от большинства зон, здесь располагалось место силы.
В Сибири красные зоны были нечастым явлением. Обычно они возникали близко к местам обитания людей, а вот тайга и тундра иных интересовали мало за редким исключением. Поэтому через пару тысяч лет, когда вся европейская часть материка превратится в мёртвую пустошь, человечеству будет, куда податься. Однако если население Земли к тому времени не сократится, людям придётся воевать уже не только с иномирными существами, но и друг с другом за право жить на не повреждённых клочках суши.
За последние сто лет на Земле не случилось ни одной крупной войны. Все государства направляли свои силы, главным образом, на борьбу с синими монстрами. И как я понял, СКИФ, а точнее, всемирная ассоциация, частью которой являлась данная служба, играла не последнюю роль в урегулировании международных отношений. Недавно я и сам оказался свидетелем того, как ловко агенты разрулили ситуацию с «восстанием пограничников» в Москве. Если б не вмешательство СКИФ, ссора военных и генерал-губернатора могла бы обернуться трагедией с большим количеством жертв, в том числе, и среди самой нужной для государства прослойки общества — защитников.
Марина не распространялась о деятельности всемирной ассоциации — та была ещё более секретной, чем СКИФ. Когда же речь зашла о международной ситуации, моя наставница принялась глубокомысленно рассуждать о том, что неуёмные амбиции и жадность обычно вредят самим же людям, ведя их к погибели, и когда на кону будущее всего человечества, кому-то приходится брать на себя ответственность за разрешение споров межу сильными мира сего.
Отчасти поэтому СКИФ до сих пор не предоставляла правительствам свои технологии, поскольку в противном случае людей будет сложнее контролировать. Агенты же этого не желали, ведь у кого сила, у того и власть. Впрочем, Марина об этом прямо не говорила. От неё вообще редко удавалось добиться какой-то конкретики. Приходилось самому обо всём догадываться.
Мы с Мариной завели разговор на эту тему, когда ехали от Солнцевской базы к источнику. Нам предстояло часа три трястись по сибирским пустошам, и чтобы скоротать время, стали фантазировать на тему ближайшего и отдалённого будущего человечества. Затем плавно перешли к политике, которой я почти не интересовался.
На этот раз с нами была Ясмин, но она, как обычно, предпочитала помалкивать.
Мы втроём ехали на полугрузовом вездеходе «Домуз» турецкого производства — точно таком же, на каком катались к предыдущему источнику, но теперь другие агенты нас не сопровождали. По словам Марины, иных здесь обитало не настолько много, чтобы не справиться втроём.
Поначалу гравийная дорога тянулась через лес, потом мы выбрались в пустошь с редкой растительностью. Была середина ноября, и в Сибири уже ударили морозы, а землю припорошил снег, но сквозь тонкую белую простыню пока ещё проглядывала рваными брешами серо-коричневая почва.
Иные, как всегда, бродили по своим владениям. Кое-где существа оказывались совсем близко к дороге, и тогда я стрелял по ним на ходу прямо из окна, главным образом для того, чтобы отогнать их подальше и не дать повредить машину.
Один раз, когда поблизости оказалось относительно большая группа «светлячков», Марина вдруг остановила вездеход, опустила стекло водительской двери и, взяв своё ружьё, принялась отстреливать существ. Что ни выстрел — попадание. Спустя полминуты, на месте, где только что стояла группа иных, остались лишь синие тельца, а уцелевшие существа были далеко от нас.
— Может, собрать? — предложил я.
— Если хочешь, сходи, подождём, — безразлично ответила Марина.
Ну я и пошёл. Поглотить, правда, получилось немного — сто с небольшим единиц.
Спустя некоторое время вдали появился синий столб энергии, пронзивший низко висящие пепельно-серые тучи. Местность здесь была ровная, как стол. А когда до источника оставалось километров пять, мы спешились и дальше потопали на своих двоих. Очень скоро стали нападать иные.
С боем мы продвигались сквозь синий туман. Существа выскакивали из дымки и набрасывались на нас, но большинство тварей поглощали Марина и Ясмин, мне оставались фактически объедки. Да и существ здесь было не так много, как на Северном Урале. Марина сказала, что, во-первых, по равнинам они легко разбредаются, а не скапливаются в одном месте, как в горах, а во-вторых, тут их чаще отстреливают. Тем не менее, даже к этому источнику мне вряд ли удалось бы подобраться в одиночку.
Первой «благодать» получила Ясмин. Мы осторожно двигались сквозь дымку, когда девушка внезапно остановилась и схватилась за голову.
— Есть контакт, — проговорила она. — Три тысячи.
— Хорошо. Идти дальше можешь? — спросила Марина.
— Всё нормально. Могу.
Мы подождали пару минут, пока Ясмин не оклемается, и продолжили путь.
В голове опять зазвучали голоса, причём один из них был особенно сильным, он звал меня домой. Я никак не мог к этому привыкнуть.
— Вербализация ментального воздействия, — объяснила Марина. — Твой мозг так интерпретирует сигналы. Не обращай внимания. Лучше внимательнее смотри вокруг.
Совет оказался весьма своевременным, поскольку в этот момент из тумана снова вынырнули несколько тварей, и Марина с Ясмин, а затем и я, открыли по ним огонь.
Едва мы положили всех существ, как меня накрыло. Однако на этот раз сознание я не терял, и никакие сверкающие щупальца вокруг не мельтешили. Просто заложило уши, голова резко закружилась, в глазах зарябило. Меня повело в сторону, я чуть не упал.